Исповедь социопата

Я не знаю ни одного социопата, который отрицал бы пусть даже единичный опыт гомосексуальной связи. Поэтому мне думается, что именно гомосексуальность – одна из главных, определяющих черт социопатии. Я, например, полагаюсь именно на этот признак, решая, кто из моих знакомых социопат, а кто нет.

Потрясающее, удивительное и чудесное открытие: я поняла, что, прожив почти два десятка лет, упустила из виду самый простой путь во внутренний мир других людей, всеобщую ахиллесову пяту. Только теперь я поняла смысл выражения «убить добротой». Люди жаждут любви, они хотят, чтобы к ним прикасались, чтобы их принимали. У меня просто кружилась голова от возможности стать для другого человека наркотиком.

Хрупкому и слабому прощают всё

Отец однажды рассказывал, как священник наставлял молодых людей: «Если удержу нет, делайте минет».

Я отлично знаю, что не одной мне нравятся злодеи. Такие, как я, видят в злодеях воплощение свободы.

Для себя я открыла: дети превосходно сознают, что они рабы своих эмоций, и стесняются, как двенадцатилетние мальчики — эрекции. Они не могут ее контролировать и поэтому меньше всего хотят привлекать к ней внимание. Спрашивать об эрекциях нехорошо. То же самое касается слез.

У меня никогда нет искреннего желания общаться. Меня интересует только возможность собрать наиболее полное ментальное досье на человека, с которым разговариваю. Знание — сила, даже знание о том, где похоронена ваша бабушка, я, возможно, смогу как-то использовать в будущем. Поэтому я больше люблю слушать, чем говорить.

К сожалению, я, как и многие другие, плохо запоминаю лица, как правило потому, что быстро оцениваю человека и тут же забываю о нем, если понимаю, что он не стоит внимания.