Ваша оценкаО святой жизни Преподобного Сергия, вдохновившей многих на подвиги во славу Божию и ставшей образцом для всех поколений православных христиан, о чудесной помощи Преподобного многим людям, об обители Радонежского чудотворца, Троице-Сергиевой Лавре, рассказывается в этой книге. В издании помещен также акафист Преподобному Сергию и статьи известных духовных писателей, посвященных образу и памяти святого.
Жанры
Рейтинг LiveLib
4,0
78 оценок
- 536%
- 438%
- 322%
- 21%
- 13%
Ваша оценкаПрочитали 96Хотят прочитать 102
Рецензии
LadaVa29 февраля 2012 г.Читать далееУ нас ведь, у православных, как? Если нагрешил в священный месяц рамадан, то идешь в синагогу и каешься!
Цитата из моего сна. Не вру.
Примерно такая же каша из оперных арий, голливудских фильмов, католических романов 18 века и программ "НТВ" возникала у меня в голове на словосочетание "русский святой"
Э-э-э... посыпание головы пеплом? Обидели юродивого, отняли копеечку? Пронзительные взгляды и взмахи огромным распятием?
Даже о чудесах я не думала. А что чудеса? Нас еще в школе учили про эффект самовнушения.
Для всех, таких же, как и я, моя рецензия:
Все ровным счетом наоборот. Если представить себе некую эмоциональную шкалу, то Сергий Радонежский и слово "экзальтация" находились бы на противоположных ее концах. Он весь как неяркое северное русское лето, всегда ровный, всегда ласковый, никогда из ряда вон.
Ведь и мечтал-то о чем? Уйти в лес и молиться. Никаких разрывов с семьей - когда отпустили, тогда и ушел. Никаких подвигов одинокого отшельничества - старшего брата с собой взял. Никакой церковной карьеры - только монахом.
А чем кончилось? Из Википедии: "Сергий Радонежский почитается Русской православной церковью в лике святых как преподобный и считается величайшим подвижником земли Русской." А еще он основатель русского монашества в современном его виде, а еще он чудотворец, а еще..., а еще...
Все в его жизни совершалось естесвенно, незаметно, словно бы и против его воли, само.
Брат не выдержал жизни в лесу, ушел. А Сергий остался... молился, с медведем дружил, жил тем, что в лесу найдет, что на огороде вырастет, что, может быть, крестьяне принесут. Два года(!) жил один. Никого не звал. Сами, сами начали приходить. Люди они такие. Они чуют. Можно сколько угодно не верить в Бога, но что такое эффект присутствия некоторых людей - знают все. Жмешься к ним, как к печке, чего хочешь - сама не знаешь, рядом побыть. Так то просто люди, а это - святой. Слава о нем пошла по всей Руси. Князья за благословением, бедняки за защитой, за чудом. Почему так живуча эта гаденькая версия про самовнушение? Каким самовнушением объяснить воскрешение ребенка? Кто куда самовнушился?Знаете, не хочется пересказывать в рецензии его жизнь и все, чем мы ему, Сергию, обязаны. Не хочется об этом говорить. Он и сам был не мастером на слова. Не проповедник. Учил собой. Вот рядом бы с ним побыть! Не поговорить, не попросить, а так...просто рядом. Думаете, это так уж далеко - 14 век? Но ведь от Христа до Сергия в два раза дальше, чем от Сергия до меня, если счет вести в веках.
Вот что поражает-то: какая страшная древность, какая другая Русь, но Сергий читал тоже самое Евангелие, что могу прочитать и я. Тоже. Самое. Абсолютно.Все. Теперь слово Борису Зайцеву:
Сергий благоуханнейшее дитя Севера. Прохлада, выдержка и кроткое спокойствие, гармония негромких слов и святых дел создали единственный образ русского святого. Сергий глубочайше русский, глубочайше православный. В нем есть смолистость севера России, чистый, крепкий и здоровый ее тип. Если считать - а это очень принято, - что "русское" гримаса, истерия и юродство, "достоевщина", то Сергий - явное опровержение.
В народе, якобы лишь призванном к "ниспровержениям" и разинской разнузданности, к моральному кликушеству и эпилепсии, Сергий как раз пример, любимейший самим народом, - ясности, света прозрачного и ровного.Рекомендации: их не будет. Не торопитесь. Если вы готовы, книга сама вас найдет.
892,3K
Ptica_Alkonost23 января 2020 г.Воспоминания о Святой Горе Афон
Читать далееПредисловие к книге знакомит с писателем так:
В сознании читателей русского зарубежья писательское имя Зайцева связывалось, прежде всего, с двумя главными темами: биографическим жанром (книги о Тургеневе, Жуковском, Чехове) и темой “Святой Руси”, охватывающей “неожитийные” произведения (“Преподобный Сергий Радонежский”, “Богородица Умиление сердец”), и книги путевых очерков (“Афон” и “Валаам”), Последняя тема даже преобладала. Бориса Зайцева (наряду с Иваном Шмелевым) справедливо считают основоположником новой религиозной прозы в эмиграции.В то время как в советской прозе был взят курс на атеистическую идеалогию и описанию человека нового коммунистического формата, Борис Зайцев стоял у истоков релизиозной эмигрантской прозы. Эта небольшая книга, как продолжало меня зазывать предисловие - путевые записи путешествия автора к Святой Горе в 1927 году.
Дневник более чем двухнедельного путешествия по Афону написан в жанре старинных “хожений”, популярных на Руси (начиная со знаменитого “Хожения за три моря” Афанасия Никитина), стой неуловимой простотой и подробностью описания, которые, кажется, ставят как будто только одну задачу: рассказать о Святой Горе тем, кто там не бывал.Рассказать тем, кто не бывал - сложная задача, да еще и с религиозным настроением, но автор с ней прекрасно справился. Первое, что бросается в глаза, это язык произведения. Простые фразы, зачастую очень короткие, но точные, как мазки на картине импрессиониста - шикарно передающие и настрой и атмосферу. при всем при этом автору удалось не скатиться в религиозные экстазы или наоборот, критику местного обихода. Довольно индифиррентно, но при этом так реально и выпукло показаны разные места, разные люди, святыни, чистое существование, честный распорядок дня, без преувеличений, без экзальтации, без налета излишней романтики.
Умело подано все таким образом, что глубоких чувств автора не ощущается, они не затмевают то, что видел он своими глазами и описал в книге. И читатель может составить свое мнение, прочувствовать путешествие своими эмоциями. В век до-интернет технологий, без видео-сториз, без фотографий, словами, просто талантливо нанизанными как бусы в единое произведение, автор смог дать читателю действительно совершить путешествие с ним бок о бок. Вряд ли даже побывав на Афоне сейчас мы получим возможность увидеть то же, все равно все меняется, но в те семнадцать дней Бориса Зайцева благодаря возможностям автора мы сможем попасть в любой момент. Интересны были зарисовки о распорядке дня, о монастырском существовании, о внешнем виде тех или иных творений рук человеческих - глазами художника мы видим необыкновенный, тихий и довольно патриархальный, не смотря на бури века, поменявшие состав паломников, Афон.
Я провел на Афоне семнадцать незабываемых дней. Живя в монастырях, странствуя по полуострову на муле, пешком, плывя вдоль берегов его на лодке, читая о нем книги, я старался все, что мог, вобрать. Ученого, философского или богословского в моем писании нет. Я был на Афоне православным человеком и русским художником. И только.351K
Tintirichka1 октября 2014 г.Читать далееКакая ж хорошая книга! Маленькая жемчужинка.
Первый раз читала, когда проходили Зайцева в университете по литературе, и читала не очень внимательно, но уже тогда загорелась тем светом и интересом к преподобному Сергию и русской истории, что и сейчас остался.
По-моему, как раз книга для тех, кто начинает знакомство с русской православной культурой, она предваряет чтение Епифания премудрого, житийной литературы, и написана просто, понятно и с душой.Сейчас вот перечитала во время и после поездки в Троице-Сергиеву Лавру (уже второй раз Господь сподобил!) и понравилось еще больше – такой свет в душе, такое тепло и чувство, что святой - родной всем нам русским, и в помощи нас не покинет.
111K
Цитаты
- LadaVa28 февраля 2012 г.
Сергий сам - живительный озон, по которому тосковали и которым утолялись. Он давал ощущение истины, истина же всегда мужественна, всегда настраивает положительно, на дело, жизнь, служение и борьбу.
72,8K - LadaVa28 февраля 2012 г.
Когда Дмитрий, собиравший "рати" в Костроме, вернулся, от Москвы остались лишь развалины. Кремль полон трупов - за очистку заплатил он 300 руб., по рублю за 80 трупов.
72,5K - LadaVa28 февраля 2012 г.
Началась общая битва, на гигантском по тем временам фронте в десять верст. Сергий правильно сказал: "Многим плетутся венцы мученические". Их было сплетено немало.
Преподобный же в эти часы молился с братией у себя в церкви. Он говорил о ходе боя. Называл павших и читал заупокойные молитвы. А в конце сказа "Мы победили".52,1K
Подборки с этой книгой
1000 произведений, рекомендованных для комплектования школьной библиотеки
- 998 книг
Главный герой - священник (пастор, викарий, ребе, монах и т.д.)
- 388 книг
Школьная библиотека (Рекомендовано Министерством образования РФ)
- 1 044 книги
Список книг филологического факультета
- 786 книг
Отечественная литература начала ХХ века
- 52 книги
Другие издания
