За Уралом. Американский рабочий в русском городе стали

Польский шпион. В Магнитогорске жил один польский беженец. Это был беззаботный, веселый парень, предпочитавший девушек книгам. Он поступил в институт, однако летом 1936 года его исключили из комсомола и из института. Некоторое время спустя он был арестован. Его обвиняли в том, что он, будучи агентом польской разведки, соблазнил многих студенток и, таким образом, помешал их учебе.

Я его хорошо знал, и если обвинение его в донжуанстве было достаточно справедливо, то обвинение в том, что его любовные похождения были целенаправленным саботажем учебы его возлюбленных, слишком смехотворно, чтобы в это можно было поверить. Большинство студентов не относилось к этому обвинению серьезно, однако никто из них не осмелился сказать об этом на собраниях.

Закрытие электростанции. 7 ноября 1937 года в Магнитогорске разразился скандал. В тот день, когда праздновалась двадцатая годовщина революции, электростанция в течение многих часов была закрыта. Комбинату пришлось брать энергию из Челябинска и Златоуста, а им самим ее не хватало. Это была неприятная история, и ГПУ занялось выяснением. Был арестован сменный инженер, и началось следствие.

Здесь произошло вот что. Ученые прекрасно знают, что вода при определенных условиях замерзает, образуя особую разновидность льда, называемого русскими «придонный лед», поскольку он не плавает, а скапливается на дне. Такой лед иногда нарушает работу насосов. Летом прошлого года теплые сточные воды химического завода спускали в дальнюю часть озера, чтобы они не нагревали поток воды, поступающей на завод, поскольку часть ее используется для охлаждения. Все знали об этом изменении в технологии сбросов, которое дало желаемый результат. Поступающая на завод вода стала холоднее, и все были довольны. 6 ноября 1937 года был сильный мороз и труба, по которой вода поступает на электростанцию, оказалась забитой тяжелым придонным льдом. Поскольку для работы электростанции требуется большое количество воды, сменному инженеру пришлось отключить моторы. Насколько мне известно, ГПУ так и не освободило этого инженера.

Увеличение выпуска продукции, закончившееся катастрофой. В 1935 году произошел сильный взрыв на домне № 2 в Магнитогорске. Кирпичи выпускного отверстия раскрошились, горячий чугун расплавил пластины охладительной камеры и несколько кубических метров воды вылилось на сотни тонн расплавленного чугуна в доменной печи. Произошел взрыв, в результате которого снесло крышу с литейного цеха и несколько человек получили увечья. Восстановительные работы обошлись приблизительно в один миллион рублей, а домна № 2 почти в течение месяца была закрыта на ремонт.

В это время рабочих-доменщиков заставляли увеличивать объем выпуска продукции. Бригады соревновались между собой. И мастеру, и начальнику производства, и почти всем остальным было известно, что выпускное отверстие домны № 2 не в порядке, но никто не хотел взять на себя ответственность и остановить домну для проведения текущих ремонтных работ. Москва все время подгоняла директора. В результате ничего не было сделано, чтобы отремонтировать выпускное отверстие, пока не произошел взрыв. После этого арестовали начальника доменного цеха, и, как говорили на комбинате, дали ему десять лет. Эти слухи трудно проверить, поскольку единственные люди, которые обычно узнают о судьбе арестованных, — это их родители или родственники, хотя даже им часто приходится годами ждать известий об участи своих близких.

Экспертная техническая комиссия, устанавливавшая причины взрыва, пришла к выводу, что он произошел в результате «варварской, неумелой эксплуатации, безразличного отношения к оборудованию комбината и вредительской деятельности».

Случай Завенягина. В конце 1936 года стало очевидно, что в большом запасе резервного угля Магнитогорского комбината происходит процесс самовозгорания. В связи с этим директор комбината Завенягин, который в это время был членом Центрального Комитета партии, решил пользоваться этими резервными запасами угля. Некоторое время не делали заявок на новые поставки угля для комбината, поскольку Завенягин. очевидно, считал, что с финансовой точки зрения лучше не иметь мертвого капитала в виде больших резервов угля. Вероятно, он планировал пополнить запасы, как только резервный уголь начнет подходить к концу. Однако его подвела природа, сыгравшая с ним злую шутку. Как раз в тот момент, когда практически весь уголь был использован и несколько составов с новым запасом шло из Кузнецка в Магнитогорск, началась пурга. Движение на дорогах остановилось дней на семь. Так как уголь имелся лишь в мизерных количествах, а для нормальной работы комбината необходимо около семи тысяч тонн в день, то комбинат на несколько дней пришлось остановить. Снежные завалы были наконец расчищены, и комбинат возобновил производственный процесс.

Хотя этот инцидент обошелся комбинату в миллионы рублей, никто даже не упоминал о вредительстве. Сам Завенягин в это время был занят выявлением вредителей на комбинате, и его ошибка была объяснена случайным стечением обстоятельств.

Некоторое время спустя Завенягина назначили первым заместителем наркома тяжелой промышленности, и он уехал из Магнитогорска. Он был избран в Верховный Совет; считали, что у него большое будущее. Внезапно он исчез.

Свастика на башнях Кремля. В конце 1936 года местная газета «Магнитогорский рабочий» в одном из своих номеров напечатала фотографию Московского Кремля. Если внимательно рассмотреть ее с помощью увеличительного стекла и лупы, то можно увидеть, что стеклянные звезды на Кремлевских башнях имели очертания свастики. Тираж этого номера газеты был конфискован рано утром, но многие люди уже успели купить газету. Редактора немедленно арестовали, а работники редакции были «прочесаны» ГПУ. Были арестованы несколько поляков-эмигрантов, работавших в фотоотделе.

Ситуация осложнилась. Все жители города заговорили об этом деле, и постепенно все смогли увидеть эту фотографию со свастиками в припрятанном кем-то номере газеты. Люди начали интересоваться, чья же это работа. Некоторые утверждали, что это дело рук ГПУ, которому просто надо оправдывать свое существование. Другие предполагали, что это просто случайность — какой-то фотографический курьез, возникший в результате оптических искажений. Несколько человек клялись и божились, что это работа гестапо. Поляки так и не были освобождены, а я, как и Вы, могу только гадать, что это было: вредительство или контрреволюционная деятельность?

В 1932–1933 годах в Магнитогорск было доставлено несколько групп иностранцев. Переходя советскую границу, эти люди стремились обрести в СССР «родину рабочего класса». Они ожидали, что найдут работу и жизненные блага. Среди них были две тысячи беженцев из Польши преимущественно еврейского происхождения, двести финнов (в большинстве своем бывшие контрабандисты), пятьдесят болгар, тридцать немцев, несколько румын и турок.

Эти беженцы были арестованы сразу же после перехода ими границы. Их отправили в Магнитогорск, где они находились под наблюдением ГПУ.

Финны. Хотя беженцев кормили несколько лучше, чем среднего русского рабочего, условия жизни были настолько хуже, чем они ожидали (особенно в 1933 году), что начались беспорядки. В 1935 году финны устроили забастовку, и вся их группа была арестована, а затем исчезла. В Магнитогорске их больше никогда не видели.

Польские беженцы. Беженцы из Польши (в основном евреи) были достаточно мудры, чтобы не устраивать забастовок. Они занимались тем делом, которое им было поручено, и некоторые из них вскоре стали агентами по снабжению, медсестрами, преподавателями немецкого языка, врачами, чертежниками и т. д. В 1935 году и в начале 1936 года казалось, что они станут самыми преуспевающими людьми в Магнитогорске.

Но в 1936 году все изменилось. Некоторые люди из этой группы были арестованы. После таких арестов другие уже совсем потеряли всякие иллюзии относительно жизни в Советском Союзе. Многие попытались бежать. Некоторые из них попробовали заручиться поддержкой польского консула в Москве, они писали туда письма и просили друзей повидаться с консулом. Когда власти узнали об этом, эти люди были арестованы. Мне известно, что двум полякам при помощи польского консула все же удалось уехать. К концу 1937 года почти вся эта группа была ликвидирована. Общее число арестованных польских беженцев в 1936 и 1937 годах составляло приблизительно 1200 человек. По всей видимости, не делалось никакого различия между теми, кто получил советское гражданство, и теми, кто все еще имел статус изгнанника и жил под непосредственным надзором ГПУ. Арестованы были все.

По моему мнению, эта группа в основном состояла из ненадежных и скользких личностей. Конечно, с точки зрения властей, их удаление было желательно. Как я уже говорил, они представляли собой весьма нестабильное сообщество, и нельзя было рассчитывать, что они останутся трудиться на строительстве до самого завершения работ.

Немцы и болгары. Немецкие и болгарские беженцы также жили под наблюдением ГПУ. Они были чрезвычайно неудовлетворены жизнью в Советском Союзе и большинство из них пытались бежать. Все болгары, за исключением одного мужского парикмахера, который все еще находился здесь, были осуждены либо за шпионаж, либо за попытку к бегству.

Несколько немцев (один из них работал в гараже) угнали машину и в 1936 году отправились в Германию. Их задержали в шестидесяти милях от Магнитогорска, все они были осуждены сроком на пять лет каждый. Некоторые из этих немцев были открытыми сторонниками Гитлера. Они обычно собирались и слушали по радио речи немецких руководителей.

Здесь, вероятно, и можно найти ответ на тот вопрос, который с 22 июня 1941 года задавали себе многие американцы: «Каким образом у русских так хорошо идут дела? В чем причина успехов России?»

Россия всегда располагала большим людским потенциалом и несметными природными ресурсами. В течение последних десяти лет русский народ пролил много крови, пота и слез, чтобы создать еще кое-что — современную индустриально-промышленную базу вне досягаемости военных сил любого захватчика, сталинскую крепость на Урале, а также оснащенную современными танками армию. Миллионы русских стали квалифицированными специалистами и хорошими солдатами.

В то же время все население научилось хорошо работать, подчиняться приказам, заниматься своим делом и не лезть в то, что их не касалось, не унывать и не падать духом в тяжелый момент, почти не жалуясь на судьбу.

Вот как надо вести войну на современном этапе.

В 1940 году я присутствовал на митинге рабочих одного из больших московских предприятий. Я видел, как рабочие вставали со своих мест и критиковали директора завода, вносили свои предложения о том, как увеличить выпуск продукции, улучшить ее качество и снизить производственные затраты. Они использовали свое право свободы слова, предоставленное им как советским гражданам. Затем начали обсуждать недавно заключенный советско-германский договор. Рабочие единодушно проголосовали в поддержку заранее подготовленной резолюции, одобрявшей советскую внешнюю политику. Не было никакого обсуждения или дискуссии. Советские рабочие хорошо знали, что относится к кругу вопросов, которые они могут обсуждать, а что — нет.

Многие советские рабочие стали квалифицированными специалистами. Они строили самолеты, которые хорошо летали, а летчики умели управлять ими с большим искусством. Я знаю об этом потому, что я несколько раз сам летал на этих самолетах. По железным дорогам Советского Союза было перевезено больше грузов и пассажиров на милю пути и на единицу подвижного состава, чем было перевезено по железным дорогам любой другой страны в мире, включая и Соединенные Штаты.

В результате кампании чисток было уничтожено много рабочих и специалистов, но Россия — очень большая страна. Большинство населения осталось и продолжало работать на своих предприятиях и выпускать продукцию. Возможно, они были немного обеспокоены, но продолжали делать танки, читать газету «Правда» и устраивать учебные воздушные тревоги в свои выходные дни.

У русских была тяжелая жизнь в 1940 и 1941 годах, и, конечно, она стала еще тяжелее после нападения Германии, но русские люди привыкли преодолевать трудности. Каждый день газеты рассказывали им, что они самые счастливые люди в мире, и они верили в это. Ведь у них всегда были хлеб и работа.

Миллионы таких же людей, как Сёмичкин и Коля, целое десятилетие готовились к войне в промышленном отношении, лично и идеологически.

«Россия должна догнать и перегнать наиболее развитые капиталистические страны как в промышленной, так и в военной областях за десять лет, иначе эти капиталистические страны нас уничтожат», — сказал Сталин в феврале 1931 года. Далее он утверждал, что новые промышленные предприятия должны быть сконцентрированы на Урале и в Сибири, за тысячи миль вдали от ближайших границ, вне досягаемости любых вражеских бомбардировщиков. Надо создать новые отрасли промышленности. До сих пор Россия почти полностью зависела от поставок другими странами резины, других продуктов химической промышленности, станков, тракторов и многого другого. Все это могло и должно было производиться в Советском Союзе, для того чтобы обеспечить независимость страны в техническом и военном отношении.

Бухарин и многие другие старые большевики не были согласны со Сталиным. Они считали, что в первую очередь надо развивать отрасли легкой промышленности — советских людей сначала надо обеспечить товарами народного потребления, прежде чем они приступят к осуществлению программы полной индустриализации страны. Но постепенно, один за другим этих несогласных заставили замолчать. Сталин победил. Россия приступила к выполнению самого огромного плана индустриализации, который когда-либо видел мир.

В 1932 году 56 процентов всего национального дохода Советского Союза было вложено в капитальное строительство. Это было выдающееся достижение. В Соединенных Штатах в 1860–1870 годах, когда мы строили наши железные дороги и доменные печи, максимальная ежегодная рекапитализация составляла приблизительно 12 процентов национального дохода. Более того, американская индустриализация в значительной степени финансировалась европейским капиталом, в то время как рабочую силу для строительства промышленных предприятий поставляли Китай, Ирландия, Польша и другие европейские страны. Индустриализация в Советском Союзе была проведена почти без помощи иностранного капитала, если не считать несколько тысяч специалистов, работавших в Советском Союзе. Основная тяжесть этой огромной задачи легла на плечи советских людей. Индустриализация России была осуществлена потом и кровью ста шестидесяти миллионов человек этой огромной страны.

К 1942 году промышленный район Урала стал оплотом советской обороны. Его шахты, предприятия, мастерские и цеха, поля и леса снабжали Красную Армию огромным количеством различного военного снаряжения и боеприпасов, запасными частями и другими промышленными товарами, необходимыми для того, чтобы сталинские механизированные дивизии продолжали вести военные действия.

Уральский промышленный район занимает территорию около 500 квадратных миль в центре самой большой страны в мире. Этот район России славится большими запасами полезных ископаемых: железной руды, угля, меди, алюминия, свинца, асбеста, марганца, углекислого калия, золота, серебра, платины, цинка и нефти, здесь также находятся густые леса и сотни тысяч акров пахотных земель. До 1930 года все эти сказочные богатства практически не разрабатывались. В течение десяти лет, с 1930 по 1940 год, на Урале было построено и введено в эксплуатацию около двухсот промышленных комбинатов всех видов. Этот геркулесов подвиг был осуществлен благодаря политической дальновидности Иосифа Сталина и его безжалостной настойчивости в осуществлении своей конструктивной программы строительства несмотря ни на фантастические затраты, ни на огромные трудности.