Отчаянное путешествие

В минуты полного отчаяния пропадает даже страх.

Терпению нельзя научить, таким вещам учатся самостоятельно.

Я убедился, что смерть не так уж страшна, если нет времени о ней думать.

Я никогда не скучал: человек с живым воображением не может скучать, оставшись наедине с собой.

Обходиться некоторое время без пищи – далеко не самое тяжелое испытание для человеческого организма.

Никогда не ешьте кожу, если хотите увидеть приятные сны.

Любопытно, что в северных широтах ураганные ветры вращаются против часовой стрелки, а в южных – наоборот.

Привыкнув у себя на родине к суровым блюстителям порядка, вооруженным револьверами и дубинками, я был очень удивлен при встрече с местным полицейским. Единственное его оружие – веселая дружелюбная улыбка – совсем покорило меня.

«Прелести» цивилизации не проникли в этот отдаленный уголок, и надеюсь, этого никогда не случится. Все насущно необходимое там есть. Величайшие и большей частью недоступные нам блага так называемой цивилизации – мир, спокойствие, здоровье, безопасность – самые обычные явления в жизни острова.

Достав орех, я долго глядел на него, повторяя себе: «Не ешь, будь благоразумен».– «К черту благоразумие,– возражал я сам себе.– Будь я благоразумен, меня бы сейчас здесь не было».– «Это все, что тебе остается на восемнадцать дней плавания».– «Ну и пусть».

Я пытался приручить цыплят, но из этого ничего не вышло, и в конце концов мне пришлось их съесть.

Вот уже целые две тысячи миль дельфины сопровождают меня, и я наблюдаю их охотничьи приемы. Все тот же зловещий круговорот, что и у сухопутных животных: один пожирает другого.

С давних времен существует поверье, что крысы не живут на обреченных судах, и я был очень рад появлению такого спутника.

Морская жизнь возбуждает аппетит и меняет обычные вкусы.

Нелегко бывает справиться и с самим парусом, который неистово бьется над головой. Яхта то скачет, как дикая лошадь, когда все паруса убраны, то испытывает бортовую качку, и тогда на баке не за что ухватиться. Нет ничего удивительного в том, что один яхтсмен называл свою капризную супругу «Мой стаксель».

Честное слово, я не понимаю, почему моряки всегда терпят крушение в самых неподходящих для этого уголках земного шара, когда гораздо приятнее сделать это близ Фиджи.

Мы глядели друг на друга и, вероятно, думали об одном и том же: каждый соображал, как бы съесть другого. Свирепая морская хищница и худой измученный человек готовились к борьбе.

Все девять уцелевших книг я давно уже прочитал и хотел было приняться за них во второй раз, но было скучно читать детективный роман, заранее зная, кто убийца.

Прежде всего я открыл баночку с икрой, чтобы наживить крючок. Сделав это, я хотел снова закрыть ее. Что произошло дальше – объяснить не могу. В одно мгновение я проглотил икру. В руках у меня осталась пустая баночка, а во рту безнадежно слабый вкус драгоценной икры… Но теперь ее не было, и мне не нужно было бороться с искушением.

Бухта Тагус любопытна еще тем, что потрескавшиеся скалы покрыты множеством различных имен. Они попадаются целыми десятками, свидетельствуя, что, вопреки распространенному мнению, жажда приключений и поныне живет в сердцах людей. По традиции, суда, посещающие архипелаг, оставляют свои названия на крутом каменистом обрыве.