"Штамм" Гильермо дель Торо и Чака Хогана нашел в моем лице преданного читателя и почитателя.

Хотя изначально я настроила себя ничего хорошего не ждать и никаких иллюзий не питать, потому что была несколько предвзята к книгам из-под пера сценаристов. В итоге, когда весь мой скептический настрой разлетелся вдребезги, я с большим удовольствием уношу эту трилогию в копилку как одну из любимых вампирических историй, а также в другую копилку читательских находок - достойной апокалиптики.

И если первые две части цикла - это в большей степени апокалиптика о быстрой и беспощадной агонии человеческой цивилизации под ударом неконтролируемой эпидемии, где вампирическая составляющая лишь характеристика сущности возбудителя болезни, призванной покончить с человечеством, то последний роман - несколько особняком, и совсем уже о другом, но именно он в особо любимые.

Авторам удалось меня удивить. Открывая третий роман цикла, я не ожидала ничего другого, как дочитать до некого логического конца историю эпидемии, начатую в первых двух частях. Однако тут все развернулось совершенно иначе, и третий роман цикла в итоге сложился из таких удачных составляющих, что оставить меня равнодушной просто не было шансов.

Для начала, это уже не апокалиптика, а самый настоящий, горячо любимый мной постапокалипсис. Вампирический штамм пожрал все, что успел покусать. Паника, разрушение систем жизнеобеспечения, парализованные службы спасения, обезглавленные власти и армия - цивилизация рассыпалась, как карточный домик, еще до того, как в иллюминаторе МКС одна за одной начали расцветать уродливыми грибами вспышки ядерных взрывов по всей поверхности планеты. И вот она тьма, окутавшая Землю, и вампиры, которым больше не нужно прятаться от солнца, не способного пробиться сквозь изгаженную ядовитую атмосферу ядерной зимы. Декорации для сюжета - лучше не придумать.

Кроме того, герои тут раскрываются с новой стороны, причем все герои. И Владыка - вампир из числа семи древних Патриархов-вампиров, решивший восстать против собратьев, выйти из тени, поставить человечество на колени и единолично править миром; и таинственный Рожденный, преследующий свои цели; и коллаборационисты, те, кто во все времена за теплое местечко и спасение собственной шкуры готовы быть полицаями в любом концлагере, будь то в гитлеровской Германии, или же в постапокалиптическом лагере крови, где вампиры станут словно скот держать людей на убой; и горстка тех, кто, пусть по самым разным причинам, но все же, сопротивляется изо всех сил, до последнего вздоха не теряя надежды. Конечно, люди, которые, несмотря на голод, холод, ужасающие лишения, постоянный страх за собственную жизнь и жизнь своих близких, под постоянной угрозой жестокой смерти, во тьме и ужасе ада, поглотившего привычную жизнь, способны хранить в сердце надежду и не предаваться унынию, осушающему душу до полнейшей апатии, когда хочется упасть и умереть по-тихому в первом попавшемся темном углу, неизменно вызывают во мне глубочайшее восхищение. Наверное, такие люди, все же, отмечены, какой-то высшей благодатью. Ведь тут вовсе не обязательно быть рыцарем белым в сияющих доспехах, можно и слабовольным алкоголиком и наркоманом, можно и уличным безграмотным бандитом-мексиканцем, тут дело не в этом, а в чем-то намного более важном, в каком-то ярком пламени, как в сердце у Данко, которое не дает тьме поглотить ни тебя самого, ни тех, ради кого ты заставляешь свое сердце гореть вопреки всему. Одним словом, то, как раскрылись герои, как развернулись их характеры и суть, то, как обнажилось все внутреннее, без прикрас - мне очень понравилось.

Еще очень понравилось, как из медицинской, практически научной теории вампиризма, которая совершенно четко легла в основу эпидемической составляющей конца света в начале трилогии, совершенно органично и на удивление не разнокроенно вдруг проявилась оккультно-мистическая составляющая. Ведь изначально мы видим кровяных червей, по сути, паразитов, которые внедряются в человеческие организмы, запускают процесс мутации, перестраивают их под свои нужды и таким образом обращают и заражают новый и новых носителей. И пусть потом возникает определенное сложное взаимодействие коллективного сознания этих на первый взгляд примитивных существ, как у сообществ пчел или муравьев, - механизм все же совершенно естественно-научный, и нам кажется, что природа вампиризма в этой истории абсолютно медицинского характера.

И вдруг тайны древней книги "Окцидо Люмен", сокрытой от вампиров в серебряном окладе, за которую отдал жизнь профессор Сетракян в конце второго романа, приводят нас в библейские Соддом и Гоморру. И тут оживает притча! Да такая, что все во мне перевернулось от восторга: во-первых, так вписать миф, эзотерику, библейские образы в научную фантастику и постапокалиптику; а во-вторых, такая шикарная, необычная, ни на что не похожая версия происхождения вампиризма - блеск! И все кусочки мозаики встают на свои места - и библейские имена оказываются не ради красного словца; и станция МКС не просто кружит по орбите; и слово чудо не просто слово; и слово вера не пустой звук; и жертва - это когда отдать больше, чем можешь вынести; и любовь - это когда не спасти, а отпустить; и Бог, который... есть.

Вот это сплавление, то, как все это сложилось в это потрясающее нечто, и покорило меня до глубины души. А специфика принадлежности авторов к киношной братии в этом случае оказалась как раз дополнительным плюсом, а не минусом, как я изначально опасалась, - вся трилогия очень кинематографична и отлично визуализируется просто таки сплошными потоками видеоряда в голове читающего.

Очень, очень рекомендую всем вампироманам и всем любителям необычного постапокалипсиса.