Трава, пробившая асфальт

Очень горькая повесть-исповедь. Ее трудно читать без слез, но за каждой строчкой видна такая Личность, такая жажда Жизни, такой Характер, что поневоле восхищаешься этой Женщиной! Трудно представить, что из ребенка с искалеченным болезнью телом, преданным самыми дорогими на земле людьми, заштампованным диагнозом "олигофрения", смог вырасти писатель, который сочиняет добрые сказки для детей. Для детей, которых у нее самой — увы! — никогда не будет. А жаль! Она бы, я в этом уверенна, своих детей вырастила бы в любви, с добротой и лаской! И никогда бы не допустила того, что сотворили с маленькой Томой ее родители. Я стараюсь никого никогда не осуждать, но как?.. объясните мне, как можно сдать своего шестилетнего (!) ребенка в дом инвалидов? Ребенка, который привык к чистоте, близким людям, к прогулкам (пусть и в ходунках или коляске), к вкусной еде, ласке? Как же можно было отдать ее в учреждение, где неделями не мыли, где на горшок высаживали по графику, где раздавали диагнозы, не глядя на самих детишек? Как же можно было навещать дочку раз в три-четыре месяца, ни разу не забрать ее погостить в родной дом, не привезти одежду по размеру? Ну не понимаю я этого! И у Тамары Черемновой до сих пор осталась обида на мать, хоть и пишет она, что простила. Да нельзя такое прощать! Такие книги очень нужны больным людям. Такие книги очень нужны и здоровым. И не только как призывы к состраданию, помощи, жалости. А еще и как напоминание о том, что мы очень счастливые люди: у нас работают руки и ноги, а значит мы можем (и должны) справляться со всеми трудностями! И долой депрессии, жалобы и другие стенания на свою горькую жизнь!

Эта книга стала для меня книгой о таких вещах/чувствах/событиях, как:

Предательство. Со стороны близких. Что может сделать маленькая девочка с ДЦП, столкнувшись с предательством своей мамы и своего отца, которые сдали её в детский дом как ненужную обузу? Убежать? Замкнуться в себя? Поплакать? Она плакала, пытаясь облегчить горе, умоляла свою мамашку забрать её домой к своим младшим сёстричкам, но не могла убедить её в этом, и весь детско-подростковый период только бежала, бежала, как сумасшедшая от этих гнетущих мыслей о ненужности, которые всё равно настойчиво проникали в разум, пыталась убежать от реальности, от сознания того, что меня так мерзко предали, унизили, растоптали, убили, ведь отдали Тамару в интернат не с рождения, а уже в шесть лет! В шесть! Как говорил один мой знакомый психотерапевт: "Лучше к людям вообще не привязываться, тогда и предательства не почувствуешь. В конце концов, человек не обязан соответствовать твоим представлениям о нем и поступать так, как ты считаешь правильным и благородным. У каждого своя правда. А когда ты к человеку не привязан, то и его предательство по тебе не ударит". В этом есть правда, но не когда предательство идёт от самых близких и родных, да ещё и таким чудовищным способом. А ведь если этот человек предает, то часть сердца умирает. Нет, даже сердец. И того, кто предал, и того, кого предали. Мне не нравится корень слова "предательство", он туда не подходит. А ещё... знаете, как это больно звучит, когда ребёнок в речи называет свою маму не "мамочкой и даже не "мамой", а по имени-отчеству "Екатерина Ивановна". Вот так официально. Это не только больно, это ещё и страшно. И уж как Тамара описывала маму девочки Иришки, к которой приходили в гости родители, подмывали её, кормили, и как описывала свою родную мать, которая даже приезжая раз в полгода в интернат не могла пообщаться с дочерью. Социальная сирота - именно такой являлась Тамара.

О нерадивых педагогах, нянечках и медсёстрах. Не страдаю никаким предубеждением, но истории Тамары про этих людей просто заставляли содрогаться. Эти профессии базируются на гуманном отношении к тем, кто тебя окружает по долгу службы. Однако тут описаны, в большинстве своём, если не меркантильные особы, то хотя бы особы просто ненавидящие детей. Странно слышать и читать об этом в относительно толерантные и спокойные годы, и, конечно, я всё ещё удивляюсь тому, что не всегда воспитатели были более-менее обходительны с детьми с ограниченными возможностями здоровья, и что когда-то медсёстры брали на себя ответственность врачей и выставляли диагнозы от балды, а к ним прислушивались в таких серьёзных случаях как психическое здоровье! Именно это и случилось с Тамарой, когда одна нерадивая медсестра сказала, что она необучаемая, что она олигофрен в стадии дебильности, а соответственно её место - психоневрологический интернат после 18 лет. Оспорить поставленный диагноз может исключительно специальная комиссия из нескольких компетентных врачей, но этого требовать могут только родственники или люди, их заменяющие. А добиться того, чтоб диагноз сняли (тем более учитывая отношение к российской психиатрии лет так 40-50 назад) - почти невозможно.

И ненароком возникал вопрос: что подпитывает агрессивных людей, помимо их видимой неполноценности, так яростно выражать злобу на беззащитных детей? Это их постоянное желание переделать детей, переспорить, прогнуть под своё виденье мира, заставить делать то, что им не под силу и просто равнодушно проходить мимо мокрых пеленок у лежачих детей. Бездумная, ярко выраженная злость - очевидное зло, которое нужно в себе подавлять или же находить иной способ (не в ущерб окружающим) выражения отрицательных эмоций. Что держало этих людей в своих благородных профессиях? Что держало этих нянечек в таких заведениях, где детям требуется постоянная забота и уход, который включал использование своей собственной силы, ведь эти дети не могли себя обеспечивать самостоятельно. Или же зачем работать с такими детьми, которые "обижены" не только физическим способом, но и морально из-за предательств близких. Воспитание НЕ должно перерастать в насилие над личностью подрастающего поколения, НЕ должно исключать моральной свободы (свободы мнения, мысли и пр). Единоличная власть воспитателя в интернате - деспотизм и глупость косных реакционных взглядов.

Что же, в свою очередь, в таких вот ситуациях, могла испытывать Тамара, кроме внутренней беспомощности перед окружающим миром, в одиночестве сидя в коляске лицом к стене, когда другие дети играли по мере своих сил?.. Для меня именно в том случае со стеной открылось название книги "Трава, пробившая асфальт". Вот уж действительно.

О силе воли и жажде жизни. Жить вопреки, как сказано на обложке. Потому что подобная болезнь, а особенно при жизни в интернате, делает человека зависимым во всём. А что, в принципе, может быть хуже зависимости? Ведь не получается бросить всё и убежать, когда ты прикован в коляске, да и руками не владеешь, а значит и из дома не выйти, как ни напрягай свою волю, а если посмотреть в окно - там ходят люди и не сознают своего счастья. А что значит оказаться в здравом уме и трезвой памяти в равном положении и на одинаковых правах с реальными психически нездоровыми людьми? Это вот как раз к вопросу "от тюрьмы не зарекайся", просто не нужно думать, что в психушках лежат сплошь буйные, помешанные и все подряд мнят себя Наполеонами. Болезни - это хуже всего. Они уничтожают всё счастье в жизни, превращают её в ад, мучительное безнадёжное существование. И никакой радости не будет, пока не найдёшь в себе силы бороться, ведь часто бывает так, что болезнь вообще неизлечима, и остаётся только терпеть и пытаться совладать над тем, что уже не исправить.

Мне очень жаль, когда действительно счастливые люди не ценят свою жизнь. Каждый измеряет уровень счастья по своей шкале, и где Тамаре - счастье, для нас - обыденная вещь. А ведь возможность ходить и самостоятельно себя обслуживать, не быть зависимой от окружающих в этом плане, - это бесконечное счастье. И если даже такой человек как Тамара, с такими особенностями здоровья, не сдавалась никогда, то почему мы сдаёмся? Ведь каждый человек появился СЛУЧАЙНО, а значит и "инвалиды" появились не так просто, и благо, что Тамара тоже об этом говорит. И вот появился человечек - и он один такой, непохожий на других. Жизнь - это действительно Дар. Это так интересно. Я действительно даже и представить не могу, с какими трудностями сталкивалась Тамара всю жизнь. Посочувствовать могу, прочувствовать на словах - да, но не физически... Тамара не хотела так жить, ей приходилось бросать вызов то одним людям, то другим. Ей приходилось идти на ухищрения, например, помогая одной девочке в вязании, она могла получить от этой девочки (с работающими руками) порцию кормления без нотаций и грубости, которыми там чётко обладали нянечки и сиделки с жуткой проф.деформацией. По-моему уже маленькая Тома осознавала, что порой жизнь правда может быть несправедливой и иногда приносит боль и страдания, и в её жизни таких дней, увы, больше, чем счастья и безоблачных дней. Но она помнила, что только пройдя через муки человек становится каждый раз выносливее, падения только сподвигают на новые достижения, и вдруг откуда-то берутся силы, открываются двери.

Сильный всегда прорвётся. Жизненные уроки воспитывают эту самую силу. И Тамара Черемнова это доказала, если не другим, то хотя бы самой себе. А за это огромное спасибо.

Книга о силе и слабости духа, о таких разных людях, оставивших след в жизни автора. О крошечном, но светлом отрезке жизни "до" , о предательстве, о проблеме инвалидности, таланте и о том, как труден путь к мечте человека, который почти полностью зависит от окружающих.

Тамара Черемнова - незаурядный человек, в шесть лет после родного дома, полного родственников, попала в дом инвалидов. Она пережила предательство родных людей, не озлобилась, не надломилась, нашла свое призвание. Несмотря на практически полное отсутствие жизненного опыта, ярких впечатлений, написала невероятно сильную книгу-исповедь, а так множество детских книг, среди которых, не все к сожалению, дошли до юного читателя. Она не выставляет себя героиней, просто живет, преодолевая трудности, не опускает руки. В книге присутствуют и светлые моменты, множество маленьких и больших побед, постоянное преодоление себя, желание как можно меньше зависеть от окружающих, страсть к самообразованию, творчеству.

Черемнова старается не осуждает своих родных, которые не занимаясь ребенком-инвалидом, ждали когда "все рассосется", а потом отдали домашнюю девочку в дом инвалидов. Стараюсь не осуждать и я, а вот не жалеть их не получается. Черемнова невероятной силы духа человек, как же эти многочисленные бабушки, дедушки, тетушки, здоровые телом, так малы по сравнению с ней. Избавившись от ребенка-инвалида, они вряд ли прожили счастливую, полную жизнь, как и некоторые представители мед.персонала в различных учреждений, которые пользуясь беспомощностью пациентов, относились к ним очень жестоко, не глядя лишали надежды, веры в себя. Но на фоне этой серости, особенно ярко сияли простые человеческие отношения, завязывалась крепкая дружба, помощь и плодотворное сотрудничество.

Эта книга о безграничном величии человека. Читая ее невозможно не полюбить, не проникнуться уважением к этому смелому, целостному человеку, зарядиться его светом и энергией, понять, что все проблемы решаемы, а трудности преодолимы.