Цитаты из книги Every Seventh Wave

Мейлы терпеливее, чем телефоны. ... Верно. К тому же с мейлами мы проводим друг с другом и то время, что остается между сеансами связи.

Эмми, это так здорово — думать о тебе! Нет, я должен придать этому предложению больше выразительности: ЭММИ, ЭТО ТАК ЗДОРОВО — ДУМАТЬ О ТЕБЕ!

Любить для тебя значит сидеть за пультом управления счастьем другого. А ГДЕ ТЫ САМ? Как насчет твоего собственного счастья? Твоих собственных желаний? У тебя что, нет собственных желаний? Только желания «Пэм»?

Каждый человек, который мне дорог, имеет для меня особое значение и занимает во мне свое особое место. Я думаю, то же самое ты могла бы сказать о себе.

... я должен открыть тебе один секрет: ты единственная женщина, которой я пишу. Которой я пишу так, как пишу, которой я пишу, какой я есть и что у меня на душе. В сущности, ты — мой дневник. Но ты не молчишь, как дневник. Ты не так терпелива. Ты все время перебиваешь меня, отвечаешь, противоречишь мне, выбиваешь меня из равновесия. Ты — дневник с лицом, с телом и фигурой.

... вы должны спросить его об этом так, чтобы иметь надежду получить ответ.

Меня легко подкупить: несколько хороших мейлов от тебя — и я прощу тебе все, даже девятимесячные паузы в работе трансляционной сети.

Какие у меня планы относительно тебя? Это зависит от времени суток. Чаще всего держать тебя в голове. Иногда — под головой.

Чего мне недостает, Лео? Тебя. (И недоставало еще до того, как я узнала, что ты существуешь.)

Если бы ты не значила для меня так много, мне было бы все равно, сколько я значу для тебя.

Лео, это просто шедевр, настоящее лакомство для души!

Ты — единственная женщина, которая мне близка, даже если она не со мной, потому что я с ней даже тогда, когда она не со мной.

"Осуждения мы заслуживаем только в том случае, если даем волю чувствам и заставляем страдать из-за них других"

Не дели свою жизнь на отрезки. Тому кто живёт отрезками, не хватает широты, размаха, от него ускользает смысл целого. Он живёт маленькими, вялыми, маловыразительными кусками. В конце концов он остаётся обделённым во всём.