День опричника

Книги Сорокина всегда отличаются не столько удивительным сюжетом, сколько умением преподнести актуальные проблемы через призму ассоциаций, шокирующих описаний и неподдельной атмосферы. Прежде чем написать отзыв я несколько дней обдумывала прочитанное, в принципе его книги это не бульварное чтиво, читатель привыкший все воспринимать буквально навряд ли сможет открыть для себя мир Сорокина, тут надо смотреть сквозь текст, уметь проводить аналогии. Книга полна описаний которые ну прям отвратительные, хотелось моменты пропустить, но отчетливо понимала что на них строится параллель. Не могу сказать что получила эстетическое удовольствие, но старославянский язык в современной интерпретации очень понравился. Книга вызывает очень противоречивые чувства, и хорошие и плохие, но однозначно воспринимать как шедевр литературы я не могу.

Один подробно описанный день опричника государева в Новой Руси может вывести читателя на целый спектр отрицательных эмоций: от брезгливого любопытства до отчаянного отвращения. С утреннего убийства и изнасилования в доме столбового дворянина до ночного возвращения домой с оргии труженик Андрей свет Данилович будет вызывать по большей части неприязнь, но вот так, чтобы ненавидеть, это вряд ли — ну крутится человек как может, защищает страну от внутренних врагов и хранит ее покой, про себя не забывает, начальство уважает, на таких и держится закон и порядок. Все происходящее им воспринимается как данность, естественный ход событий. Никаких прозрений и откровений.

Наркоман, насильник и мудак Андрей свет Данилович в сущности не плохой человек. И не хороший. И вообще никакой. Не человек, а функция в самом прекрасном ее проявлении. Нужно ли искать причины в том, что Андрей Комяга — представитель первого поколения нового строя, застал перемены подростком, рос, так сказать, вместе с силушкой России и впитал в себя все черты правильного гражданина. Или просто автору так захотелось, для пущего колориту.

Сорокин — прекрасный стилист, поэтому в картины его прекрасной России будущего очень даже можется верить. И не потому, что он такой распрекрасный провидец (вона чо, в 2006-м все знал!), просто все это было, есть и будет, и исхода, блин, нет. Вот незадача.

Хотелось бы все это забыть, но почему-то даже после нескольких дней нет-нет да вспоминается какой-нибудь эпизод или картинка. И еще меня не оставляет ощущение, что поняла не все подколы автора — реалии 2006-го помню смутно (лучше сказать, не помню).

Страшная книга. За фасадом развитой фантазии автора угадывается злая сатира даже не на ситуацию в моменте, а на сложившиеся веками паттерны властной структуры и взаимоотношения власти с народом. В гипертрофированно-лубочном обществе, воссозданным едким стилем Сорокина технологии прорвались вперёд, но способы решения и механизмы мышления остались те же.

Книга сначала пытается напоминать другой постмодернистский роман « Кысь », но очень быстро становится видна принципиальная разница: если в Кыси реконструкция древнего уклада служила фоном духовных поисков героя, несостоятельных в своей ограниченности, то в Дне опричника это важный фундамент иронии автора, позволяющий скрещивать достижения прогресса с вековыми устоями.

Структура романа, описывающая один рабочий день государственного мужа, служащего в означенном в заглавии подразделении, позволяет посмотреть на разные слои общества и найти в них как знакомые ситуации и знакомых лиц, так и аллюзии, переданные через реконструкцию опричнины и древнего уклада. Такое смешение, казалось бы, должно было дать где-то сбой, но, на мой взгляд, сработало прекрасно. Автор всё время балансирует на тонкой грани между изящной иронией и клюквой, не сваливаясь ни в одну из сторон.

Можно упрекнуть Сорокина в том, что в его произведении нет души, оно холодное и схематичное. Да, если вы ждёте каких-то сильных характеров и развития героев, то это плохой пример. Но в своей холодности автор убедителен и даже отчасти прозорлив.

В романе присутствуют откровенные сцены и нецензурная лексика. Погоду не портят, обычно служат проводниками разных идей, но кому такое не нравится, лучше не начинать чтение.

Стилистически роман прекрасен, дарит огромное количество приятных узнаваний, а некоторые цитаты достойны добавления в золотой фонд. Например, вот эта, у прорицательницы:

Всё да не всё. Последний вопрос. Не задавал я ей его никогда, а сегодня что-то пробило на него. Настрой серьёзный. Собираюсь с духом.

- Ну, чего ещё тебе? – смотрит в упор Прасковья.

- Что с Россией будет?

Молчит, смотрит внимательно. Жду с трепетом.

- Будет ничего.

Или вот эта, финальная, гениальная до мурашек:

Сто — не сто, а поживу еще. Поживем, поживем. Да и другим дадим пожить. Жизнь горячая, героическая, государственная. Ответственная. Надо служить делу великому. Надобно жить сволочам назло, России на радость… Конь мой белый, погоди… не убегай… куда ты, родимый… куда, белогривый… сахарный конь мой… живы, ох, живы, живы кони, живы люди… все живы покуда… все вся опричнина… вся опричнина родная. А покуда жива опричнина, жива и Россия.

И слава Богу.

С Сорокином у нас, скажем так, длительные и очень интересные (хотя он об этом и не догадывается) отношения. Возник он в моей жизни более десяти лет назад в виде книги «Пир», в которой первым рассказом оказалась «Настя». Книга эта - подарок от моего друга, больного шизофренией. Поэтому взята она была в руки с уважением и тревогой одновременно. А дальше, как говорится, всё как в тумане. За длительный период изменилось многое и многие, в том числе и я сама. А вот Сорокин всё ещё со мной и воспринимается даже острее, чем в начале знакомства.

Если раньше все происходящее в историях автора казалось мне просто безумием с ноткой морали в конце, то сейчас уже вполне можно спутать реальность и вымысел – настолько они стали неотличимы друг от друга. Собственно, такое и произошло с «Опричником». И тут впору плакать и смеяться одновременно – то тоска черная накроет, то удаль молодецкая нападает. А то и страх сковывает, когда встречаешь невозможный когда-то абсурд в реальной жизни. Задумываешься о том, что всё движется в сторону гораздо худшую, чем когда-либо можно было представить. Сатира здесь великолепна, да только смеяться уже не хочется.
Абсурд, всё здесь абсурд, доведенный до высшей точки – от колокольного звона по утрам до увеселений опричников в бане. Мелькают красные выделенные полосы, пропадают целые места с людьми вместе, подаются челобитные, славятся цари и устраняются неугодные. Привольно живётся, желать нечего больше, ведь нам хорошо.

Не могу удержаться и не посоветовать эту книгу в аудио в формате спектакля – тут один звонок на «мобиле» опричника уже этого заслуживает. Ах эти звуки, ах эти удары… Брр.

Книги, как и другие результаты человеческой деятельности, бывают плохие и хорошие. Есть плохие книги из-за того, что они плохо написаны. Есть плохие книги, которые плохи из-за бездарности автора. Есть плохие книги, потому что они неинтересны и не близки читателю. Последние уже не настолько плохи, насколько просто не нашли своего читателя или неактуальны.
Есть другая категория плохих книг. Они плохие не потому, что они написаны плохо или потому что автор бездарен, они плохие не потому, что они неактуальны или не нужны читателю - они плохие, потому что они черные.
Тут сложно объяснить, что понимается под этим словом "черный". Но есть цвета черный и белый. И белый не обязательно веселый или легкий. Это может быть грустный белый. Это может быть печальный белый. И точно также черный. Он может быть веселый. Но это будет своя черная радость. Такая радость, знаете, когда кто-то скручивает петуху шею руками и смеется, глядя как хлещет из скрученной шеи кровь. Вот эта книга черная в таком смысле.
Было даже сомнение, стоит ли писать рецензию на нее, поскольку любая рецензия, любое упоминание этой книги - это реклама, пусть даже и со знаком минус.
В итоге это, скорее даже, предупреждение, а не рецензия. Книга подается как какое-то фэнтези с элементами фолк-киберпанка. Однако основное в ней то, что она пропитана ненавистью и презрением к человеческим ценностям, к русскому. В этой связи книга представляет собой идеологический посыл разрушительного характера. Это не литература, а инструмент распространения определенного рода отношения к русской культуре и русской истории. И инструмент, надо признать, гадкий.

Повесть – антиутопия, рассказывающая о жизни опричника по имени Андрей Комяга. Автор описывает всего лишь один день из этой жизни, но и этого хватает, чтобы понять многое. Перед нами недалекое российское будущее. Государь сформировал опричнину подобную той, что была при Иване Грозном. Она занимается борьбой с изменниками и по своей сути является преступным сообществом со своей иерархией и дисциплиной, но государственным мандатом.

В стране проведены значимые реформы. Кремль перекрасили в белый цвет. Вынесли из мавзолея Ленина. На границе с Европой построили стену. На всю продукцию, кроме русской и китайской наложили запрет. К сожалению, Россия стала зависимой от восточного соседа. Китайцы массово заселяют Дальний Восток, Сибирь, Урал. С каждым годом миграционная политика ухудшается.

Первый раз читал эту повесть года два назад. Тогда она у меня вызвала много сомнений. У автора был непривычный стиль, да и Россия будущего показалась отвратительной. Кругом насилие, грязь и грабеж. При этом нет и намека на что-то позитивное или светлое. Когда читал ее второй раз, то всё воспринималась уже по-другому, так как я в основном занимался сравнением, что сбылось в современной России, а что нет. Повесть была написана 13 лет назад. И потому, есть с чем сравнивать.

У автора интересный слог, хорошо развита фантазия, и что-то из предсказанного действительно сбылось. Но мне не понравилось, что в повести есть нераскрытые персонажи. По сюжету появляются люди, которые не связаны с государством. Они либо изгои, либо враги народа. Сорокин их вводит в сюжетную линию, но потом они резко пропадают. Еще в книге слишком много насилия. С помощью него автор ловко подводит читателя к определенной мысли: еще нет на свете той опричнины, нет той власти из книги, а ты их уже ненавидишь. А ненависть – это плохое, разрушительное чувство. К Сорокину у меня двойственной отношение. Это не самый мой любимый писатель, и в его творчестве мне не всё нравится, но я продолжаю его постоянно читать.

Целых сорок восемь минут ждать. Ничего! Подождём, Комяга. Время идёт, а человек — терпит. И слава Богу... ©.

То-то и оно, братцы, то-то и оно. Терпению наш русский человек испокон веку научен. Хоть мордой его по навозу вози, хоть на Лобном головы руби да жопы секи, все стерпит, да Государя солнцеликого нахваливать будет.

Не угодно ли, братцы, после сахарных антиутопий забугорных вкусить настоящего сказа русского о будущности России-матушки? Специально для вас один день бравого опричника Андрея Даниловича Комяги, излагает народный сказитель Владимир Георгиевич Сорокин.

Мобило звенит ударом кнута, будит героя нашего. Ох, дел сегодня — невпроворот. Но справится Комяга, со всем разберётся. И с врагами Государевыми, и с таможенниками неправыми, и с пророчицей державной. Гойда! Нет преграды для опричника славного, рассекает он со свистом воздух, несясь на красном мерине с собачьей головой по государственной полосе Рублевого тракта. Слово и дело! Жги, бей врагов да нехристь всякую поганую, уста словом матерным осквернившую. Неси службу, храни Россию, прославляй Государя любимого, а посля трудов праведных и расслабиться не грех.

Эх, гладко всё в Россиюшке, спасибо Государеву батюшке — стены кремлевские побелил, труп учинителя Красной Смуты закопал, кладбище ликвидировал, иноземные супермаркеты бесовские на русские ларьки заменил, а там уж и Государь наш продолжил — ругаться по-матерному запретил. И слава Богу!

Ох, славно сказывает Владимир Георгиевич, славно. Льются слова музыкой, бежит день Комяги словно конь ретивый, оглянуться не успеешь. Сказание сие для сильных духом токмо, а ежели трусишь ты, то и соваться не след.

Случайная цитата:

Я считаю так: для того, чтобы написать сатиру, нужно иметь талант. Это непросто, ой как непросто. А для того, чтобы написать сатиру настолько завуалированно-абсурдную, да предсказывающую, нужно иметь огромный талант.

И ведь что интересно, мы привыкли, что абсурд — это одна большая нелепость. Однако автор настолько выводит все вещи в абсурд, что сквозь них просматривается реальность.

Вот часть читателей плюётся, что пошло. И хочется задать один единственный вопрос: «А эта пошлость разве не правдива?». Если закрывать глаза на некоторые вещи, то это не будет означать, что их не существует. То, чего ты не хочешь видеть, не исчезнет, лишь себе ты облегчишь жизнь, делая вид, что не знаешь о существовании сего.

Я с большим удовольствием и гордостью присоединяюсь к людям, которые поставили высокую оценку, и думаю, они сами понимают, почему. С такими людьми мне было бы интересно пообщаться и приятно. С теми же, кто считает книгу пустой, пошлой и бессмысленной, мне, увы, не по пути, но ни я, ни они, уверена, не будем об этом горевать.

В нынешнем году уже читать ни капли не смешно, только страшно, и даже слишком много слов в рецензию мне не впихнуть от боли. От боли того, что не убежать от этого абсурда. И даже более, сейчас эта книга не кажется столь абсурдной и выдуманной, потому что бОльшая часть новостей, появляющихся каждый день сегодня, куда более абсурдны, чем эта безобидная книжка.

Огромный поклон автору в пол за то, что так давно и глубоко он зрил в корень, и сегодня мы имеем честь ознакомиться с такой остроумной сатирой.

Еще интереснее мне было читать рецензии, что я делаю не так часто. А тут затянуло.