Нарты

Пусть совесть станет для тебя чужой,
Коль не расскажешь, что стряслось с тобой.

Горя отвагой пламенной и юной,
Разбили войско гордого Бархуна,
На склеп повесив голову его,
Отпраздновали девы торжество.
Вихрь бороду седую развевал,
И ворон злой глаза его клевал.
Так отомстила дочка Даргавсара
За свой квартал, погубленный пожаром.

Он к озеру внезапно подошел,
Кипевшему, как огненный котел.
И ветер буйный с каждою волной
Вступал в свирепый рукопашный бой.
Бора снял бурку, черную, как ночь,
На землю лег, сон отгоняя прочь.
Забыв про все, он слушал с удивленьем
Огромных волн воинственное пенье.

Ты - нечто, порождённое собачьей утробой.

Свет неба и краса земли встретились на лице её.

Уастырджи второй раз пришёл к богу, чтобы тот позволил ему помирить их. Но бог опять не согласился, и сказал он Уастырджи:
- Не мешай им, и пусть каждый поступит в соответствии со своим характером.

Если кто узнает, что я из-за какой-то девицы ударил ножом своего брата, он никогда из моих рук хлеб-соль не станет есть.

Эх, моих бы собак да на ваших матерей!

Кровь своих покойников чтобы ты выпил!

Боже, съесть мне твои болезни!

Такой я муж, что если охотиться не буду, если биться не буду, то жить не смогу.

На этом свете ты больше мне не попадёшься, но на том свете куда от меня скроешься?

Уадмеры были огромными людьми, дома не строили: "Если мы будем наклонять головы, проходя через порог двери, то бог подумает, что мы ему кланяемся".

Мёртвая женщина забеременела, и через десять месяцев у неё родились девочка, жеребёнок и щенок. Когда они подросли, из склепа стали слышаться плач ребёнка, ржанье жеребёнка, лай и писк щенка.