Встречное дыхание

Рейтинг LiveLib

4,0

1 оценка

• 5
  0%
• 4
  100%
• 3
  0%
• 2
  0%
• 1
  0%

Ваша оценка

Отметить эмоции

Прочитали 1Хотят прочитать 3

Рецензии

• 

  Moonzuk8 июля 2025 г.

  "Две войны я протопал в пехоте ..."

  Алексей Недогонов родился в 1914 году, его отец погиб на Гражданской в 1918. В пятнадцать лет он начинает работать на шахте, в 1932 году приезжает в Москву, в том же году в заводской многотиражке печатается его стихотворение. В 1934 году он поступает в Литературный институт, а с 1939-го начинается его военная биография.
  "Моя родословная" (1934)
  Что принять первому поколению, выросшему в Советской стране от предыдущих поколений?
  Алый "цвет кровИ", силу, готовность к "битве ради мира".

  
  У моих товарищей сердца -
  из железа,
  радости и света.

  "Перед грозой" (1938)
  Мирный летний день. "Духота гремучим зноем налита." Берег реки. Первые капли дождя. За рекой "спокоен, строг аэродром", где "у ангара самолет мотором к западу стоит". Тревожное предгрозье и уверенность в готовности дать отпор врагу.
  А где-то уже "солдатские сапоги рейнские травы мнут".

  Отзвуки "зимней" войны. Выполнивший приказ сапёр

  
  ...лежал в глухом траншейном рву
  мертвой головою -
  на Москву,
  сердцем отгремевшим -
  на потомков.

  Ранение. Госпиталь вдали от войны, на юге.

  
  Я позабыл шипение огня,
  гуденье ветра, ниточки свинца.
  Ты ни о чем не спрашивай меня.

  - война внутри и говорить о ней не хочется, чувство знакомое тем, кто воевал.

  
  ...И я без слёз, пожалуй, не смогу
  припомнить, как под Выборгом цвели
  кровавые тюльпаны на снегу.

  И вот - Большая война.

  
  

  Пулеметчик

  Зима состояла из мелочей:
  снегá,
  морозы,
  и ветер лют.

  Одиннадцать дней и десять ночей,
  ровно пятнадцать тысяч минут,
  порою сутками напролет
  молнией
  полосовал
  по врагу
  русский станковый пулемет
  под Миллерово в снегу.

  Выбиваясь на третьей ленте из сил,
  рокотал с перебоями, но потом
  у пулеметчика пить просил
  своим воробьиным жестоким ртом.

  Человек болел за него душой:
  нет воды. Хоть умри.
  И вот
  пулеметчик стрелков берет в оборот —
  и фляга, наполненная мочой,
  поит станковый пулемет.

  Так он насмерть боролся тут.
  Так он работал в порядке вещей
  ровно пятнадцать тысяч минут,
  одиннадцать дней и десять ночей,
  под вьюгой.

  И каждые полчаса
  человек продвигал пулемет вперед
  на один
  мучительный
  оборот
  пулеметного
  колеса.

  Он продирался
  к норам чужим,
  огнем гарнизон
  сжимал
  в тиски:
  то, что под силу
  было троим —
  адово дело, —
  ему с руки!

  Он знал —
  весною шуметь ветрам,
  лететь журавлям,
  тополям цвести,
  ходить через Милллерово поездам,
  по утрам
  пионерам в школу идти.

  И когда он встал,
  и ушанку снял,
  и капли пота смахнул со лба, —
  увидел — немцы,
  услышал — пальба
  отхлынули за арсенал…

  Был он совсем молодой лицом,
  но как-то по-взрослому молодой;
  за пулемет
  он прилег юнцом,
  поднялся мужчиною с бородой.

  И тогда
  ему показалось вдруг,
  что он уже
  самый старый солдат
  и что землю,
  которую взял, назад
  не выпустит
  из огрубевших рук.

  Богучар, декабрь 1942 г.

  Кого-то покоробит и покажется излишне натуралистичным. Но это то, что называют правдой о войне. Честный, без пафоса рассказ о солдатском мужестве, об ответственности за свой участок боя, о воспитании войной.

  "Баллада о позывных" как хроника пути на запад:

  Плацдарм за Изюмом
  в земле молчал.
  На командном пункте
  дежурный боец
  охрипшим голосом
  в трубку кричал:
  — Днепр! Днепр!
  Говорит Донец!

  Три дня не смыкали
  живые
  глаз;
  на переднем
  спали одни мертвецы.
  Земля как будто вся
  поднялась:
  в Днепропетровск
  вступили бойцы.

  …Зима. Каганец.
  В блиндаже серо.
  Зуммер не слышен
  сквозь вьюги свист.
  — Днестр! Днестр!
  Говорит Днипро!
  (Тот же самый телефонист.)

  …По горло в грязи.
  Наступленье шло.
  И вот —
  на солдатский сон и штыки
  сады Заднестровья
  сквозь звезд тепло
  уронили майские лепестки.

  В знойный поход
  шел батальон:
  был в движенье
  передний край.
  Телефонист кричал в микрофон:
  — Дунай! Дунай!
  Дайте Дунай!

  …У дунайского гирла
  я видел его,
  в плавнях Тульчи,
  над мертвой водой.
  Немец
  железом целил в него —
  адская кузня ковала бой.

  Бойцу было радостно
  и тяжело
  от ревущих
  рядом с ним батарей,
  но он во все горло
  черту назло
  кричал в микрофон:
  — Вызывай Рейн!
  Срочно Рейн! Время не ждет!..

  Рассвет занимался.
  Потом с утра —
  сильное, хриплое слово:
  — Вперед! —
  И до Карпат покатилось «ура».

  Я знал: до черных
  берлинских ворот,
  этапами тяжких боев речных,
  сквозь шнур,
  сквозь юность и кровь дойдет
  эта ведущая нас вперед
  победная молния позывных!

  Измаил, август 1944 г.

  А далее - стихи написанные в освобожденной Европе: болгарская Шипка, горные дороги Югославии, тяжелые бои в Венгрии, переправа через Дунай

  
  …Не забуду я,
  не забуду,
  помнить дó смерти мне дано:
  танки, рвавшиеся за Буду,
  к Эстергому,
  на Комарно,
  интендантскую лихорадку
  со снабжением на бегу,
  и саратовскую трехрядку
  в Будафоке,
  на берегу,
  и немецкого контрудара
  бронированные толчки
  к переправе Дунафёльдвара —
  в направленье Дунай-реки,
  поредевшие наши роты,
  наши танковые полки,
  их внезапные повороты
  и стремительные броски.

  Алексей Недогонов прошел две войны и трагически погиб в 1948 году.

  Читать далее

  13

  125

Подборки с этой книгой

• • 
  • 
  • 

  Писательская рота

  • Moonzuk
  • 22 книги