Низкая оценка не из-за перевода, хотя очень сложно, находясь в здравом состоянии духа, назвать его хорошим. Насколько я понимаю, переводчик - Максим Амелин - попытался сохранить форму оригинала, что привело к тому, что смысл многих строк и целых стихотворений стал, мягко говоря, неясен, говоря откровенно, порой кажется, что смысла и вовсе нет. В приложении можно найти несколько стихотворений в переводе Всеволода Байкина, и для понимания они гораздо лучше. Впрочем, как было сказано, перевод ни при чём, порой было даже интересно разгадывать эти загадочные иероглифы точно некий ребус. Дело в тематике стихотворений и, пожалуй, в оформлении. Одна часть стихотворений, - весьма шуточная, но всё же, - касается педерастии. Читать угрозы о том, что кого-то изнасилуют в задний проход морковкой, о "рабочем рте" какого-то не угодившего Катуллу господина, о "блудозадых" господах и вообще тех, кому он, пускай в шутку(?) угрожает тем, что «раскорячит их и отмужичит» - не очень приятно. Строго говоря, как бы странно это ни было, и я бывал в образовательных учреждениях, поэтому таких шуточек, вернее, такого дерьма я наслышался на столетия вперёд. Особенно славен в этом смысле оказался второй цикл под названием "Приаповы стихи", практически полностью посвящённый пенису. В целом, стихи этой тематики, за исключением упоминавшейся морковки, не блещут оригинальностью, одни и те выражения повторяются в них из стихотворения в стихотворение, меняются только имена. Одно стихотворение даже меня покоробило, слегка, но покоробило: в нём Катулл угрожает вору, который может забраться к нему в жилище, утверждая, что будь он хоть мужчина, хоть женщина, хоть ребенок - он всё ж подвергнет несчастного тому или иному половому приключению, в зависимости от того, в каком из трёх состояний он находится. Иногда Катулл милостиво обращает взор к женщинам. Эти стихи можно условно разделить на два цикла: стихи к его возлюбленной Лесбии и стихи к прочим. Стихи к Лесбии, которую наш поэт изволит ненавидеть, но всё равно не перестаёт любить, испытывая муку вследствие подобного состояния, вымучены. Все эти поцелуи до тыщи, а после ещё раз - скучны и глупы. Стихи к прочим, которых Катулл ласково называет "малышками", хотя один раз назвал одну барышню "шкуркой" - из той же категории. Стихи этой тематики плохи ещё и тем, что подобное, только в гораздо лучшем исполнении, я уже встречал у Овидия (все эти: чем была твоя мать для отца твоего, будешь и ты для меня. - цитирую по памяти), поэтому и тут Катуллу нечем удивить. Из прочих стихов одно мне понравилось, оно называется "Оттого что судьба тебя да напасти скрутили...". Вернее, лишь первая часть его пришлась мне по нраву. Стихотворение это, ответ на просьбу некоего человека, в котором Катулл воздаёт ему благодарность да стенает об умершем брате. Добрую часть этих прочих стихов занимаются шуточные(?), скабрезные стихи на бытовые темы. Таким образом, очень уж мало может взять для себя читатель у Катулла, который и сам, впрочем, именовал свои стихи безделицами: ни радости, ни лирического чувства, даже нежных слов говорить женщинам не научишься. Не помню, одно или два, но одно стихотворение точно было взято у Сапфо (ирония в том, что у неё-то можно научиться в плане нежных слов по отношению к дамам). Вот, сравните:
Сапфо
Катулл
Богу равным кажется мне по счастью Человек, который так близко-близко Пред тобой сидит, твой звучащий нежно Слушает голос
И прелестный смех. У меня при этом Перестало сразу бы сердце биться: Лишь тебя увижу — уж я не в силах Вымолвить слова.
Но немеет тотчас язык, под кожей Быстро легкий жар пробегает, смотрят, Ничего не видя, глаза, в ушах же — Звон непрерывный.
Потом жарким я обливаюсь, дрожью Члены все охвачены, зеленее Становятся травы, и вот-вот как будто С жизнью прощусь я.
Но терпи, терпи: чересчур далёко Все зашло...
Тот мне зрится ровней богам, над ними тот, коль суждено, возвышаться может, кто тобой любуется то и дело, сидя напротив,
сладкий слышит смех, что меня, беднягу, всех лишает чувств, – на тебя лишь только, Лесбия, взглянул - и ничто мне больше ...................................
онемел язык, по суставам зыбкий огнь переливается, перезвоны дребезжат в ушах, покровенны обе мраком зеницы. Тягостно, Катулл, для тебя безделье, - скачешь ты и прыгаешь от безделья. Сколько встарь царей и столиц безделье славных сгубило.
Закончим разговор о Катулле темой иллюстраций. Не знаю, старается ли Аксёнова И.Ф. - автор этих самых иллюстраций (крошечная картинка под каждым стихотворением) соответствовать теме или выплескивает на бумагу какие-то свои комплексы, но количество затейливо нарисованных фаллосов бьёт рекорды. Столько пенисов нет даже на страницах сочинений господина Мураками, а это уже о чём-то, да говорит.
2 понравилось
