Стихотворения

*
Осень лето смятое хоронит
Под листвой горючей.
Что он значит, хоровод вороний,
Перед белой тучей?

Воронье распластанно мелькает,
Как подобье праха, -
Радуясь, ненастье ль накликает
Иль кричит от страха?

А внизу дома стеснили поле,
Вознеслись над бором.
Ты кричишь, кричишь не оттого ли,
Бесприютный ворон?

Где просёлок? Где пустырь в бурьяне?
Нет пустого метра.
Режут ветер каменные грани,
Режут на два ветра.

Из какого века, я не знаю,
Из-под тучи белой
К ночи наземь пали эти стаи
Рвано, обгорело.
1971

***

Я умру на рассвете,
В предназначенный час.
Что ж, одним на планете
Станет меньше средь вас.

Не рыдал на могилах,
Не носил к ним цветов,
Только всё же любил их
И прийти к ним готов.

Я приду на рассвете
Не к могилам - к цветам,
Всё, чем жил я на свете,
Тихо им передам.

К лепесткам красногубым,
К листьям, ждущим луча,
К самым нежным и грубым
Наклонюсь я, шепча:

«Был всю жизнь в окруженье,
Только не был в плену.
Будьте вы совершенней
Жизни той, что кляну.

Может, люди немного
Станут к людям добрей.
Дайте мне на дорогу
Каплю влаги своей.

Окруженье всё туже,
Но, душа, не страшись:
Смерть живая - не ужас,
Ужас - мёртвая жизнь».
[1968-1972]

ПОСЛЕДНЯЯ ВСТРЕЧА

Как будто век я не был тут,
Не потому, что перемены.
Всё так же ласточки поют
И метят крестиками стены.

Для всех раскрытая сирень
Всё так же выгнала побеги
Сквозь просветлённо-зыбкий день,
Сквозь воздух, полный синей неги.

И я в глаза твои взглянул -
Из глубины я ждал ответа,
Но, отчуждённый, он скользнул,
Рассеялся и сгинул где-то.

Тогда я, трепетный насквозь,
Призвал на помощь взгляду слово,
Но одиноко раздалось
Оно - и тихо стало снова.

И был язык у тишины -
Сводил он нынешнее с давним,
И стали мне теперь слышны
Слова последнего свиданья.

Не помню, пели ль соловьи,
Была ли ночь тогда с луною,
Но встали там глаза твои,
Открывшись вдруг, передо мною.

Любви не знавшие, как зла,
Они о страсти не кричали -
В напрасных поисках тепла
Они как будто одичали.

И вышли ночью на огонь...
И был огонь живым и щедрым -
Озябшим подавал ладонь
И не кидался вслед за ветром.

Своею силой он играл -
Ему не надо было греться:
Он сам и грел, и обжигал,
Когда встречал дурное сердце.

А здесь он дрогнул и поник
Перед раскрытыми глазами:
Он лишь себя увидел в них
И, резко выпрямившись, замер,

Всё одиночество его,
Там отражённое, глядело
И в ту минуту твоего
В себя впустить не захотело.

И, одинокий, шёл я прочь,
И уносил я... нет, не память!
Как жадно всасывала ночь
Цветы припухшими губами!

Как время пёстрое неслось,
Как день бывал гнетуще вечен,
Как горько всем отозвалось
Мгновенье той последней встречи!

Прости, последней - для тебя,
А для меня она - вначале...
И стал я жить, не торопя
Души, которой не прощал я.

Прости, и пусть, как чистый день,
Мой благодарный вздох и радость
Вдохнёт раскрытая сирень
За домовитою оградой.

Не ты ль понять мне помогла
(Как я твои не смог вначале)
Глаза, что в поисках тепла
Мне вновь открылись одичало.
1971