Ода жизни
Любимая! Накоротке
Сойдемся вместе в уголке…
О, что нежней и слаще вкуса
Полуглотка-полуукуса?
Сплетясь, друг в друга впились или
Друг в друга влились Инь и Янь -
Не разберём: то Я ли Ты ли,
А! Все одно! мы эту грань
Во рту, как льдинку, растопили.
Пусть первая прекрасна часть
Иных открытий жду я бодро,
Мне говорят - всему пропасть!
Мы над собой теряем власть! -
Уже не стиснутые, бёдра…
Решусь я, выбрав путь другой,
К дрожанью под моей рукой
Тропинкой бархатной спуститься.
Готов туда переместиться
Хоть к вкусу губ твоих привык
Мой, ждущий нового, язык.
Я твой своим неволил вволю,
Как мнём во рту мы манго долю.
Теперь иной настал черёд -
Нежнейший мне потребен плод -
Ему постылы шутки пальца,
Открой, скорей открой же вход
К рубинно-красному страдальцу!
Колени только лишь раздвинь,
Опять сольются Янь и Инь!
Язык иную чует сладость
В том гроте, где рыдает радость!
Я выше не ищу отрады:
Здесь буду долго - сколько надо.
Всё пью и пью неутолённо…
Дрожа, вдруг покраснела ты,
Волной накрыта потаённой.
Искажены твои черты,
Пора! Сжигая все мосты,
На штурм разверстой тесноты
Иду! Дороги мне открыты,
Лишь миг - и форма с формой слиты!
О-о!.. Тут уж трудно медлить нам,
Рывком вздымаяся на кручи,
Плот плоти скачет по волнам.
Самоуверенно-могучи,
Два полушарья бьют и бьют
- Размах широк, удар их лют -
Швыряя душу вверх за тучи.
И крупной дрожью задрожав,
Густую гриву грубо сжав,
На миг дыханье задержав,
Я жизни вдруг услышал голос!
Золоторунный жесткий волос
Пронзая, замер грозный пыл…
И содрогнулся гибкий колос,
И пламя из себя излил,
И тотчас небо раскололось.
Счастлива ты и я счастлив,
Горит во тьме слепого взора
Двойное солнце, осветив
Золото-розовой Авророй,
Всю нашу жизнь, о Полидора…