He understands I don't want anyone with me today. Not even him. Some walks you have to take alone.

Finnick, who's been wandering around the set for a few hours, comes up behind me and says with a hint of his old humour, "They'll either want to kill you, kiss you, or be you.”

then damage, burn and scar me in a more attractive way.

She has been the first to publicly brand me as a threat

У коллективного мышления обычно короткая память. Все мы непостоянные глупые существа со скудными воспоминаниями и потрясающим даром саморазрушения.

Я списала Пита со счетов, пока была во Втором. Всё, что я хотела -- отправиться в Капитолий, убить Сноу и погибнуть самой. Ранение -- лишь временная отсрочка. Я не должна была услышать этих слов: "Он говорит, что хотел бы увидеться с тобой". Но теперь, когда я их услышала, пути к отступлению нет.

Я шарю по дну ящика и достаю подарок Пита. Потом усаживаюсь по-турецки на кровати. Касаюсь губами гладкой переливчатой поверхности жемчужины. Как ни странно, меня это успокаивает. Словно сам Пит целует меня прохладными губами.

Пит – жив. Он предатель. Но для меня это сейчас неважно. Не имеет значения, что он говорит, как говорит и по чьему наущению. Главное, что он вообще способен говорить.

Все равно ненавижу их. Хотя теперь я почти всех ненавижу. Больше всего себя.

У нее такой писклявый голосок. Будто кто-то вилкой в мышь тычет.

Сноу сам пил из отравленной чаши, чтобы отвести подозрение. Противоядия иногда срабатывали не в полной мере. Говорят, поэтому он всегда носит в лацкане надушенные розы. Чтобы отбить запах крови от незаживающих язв во рту.

Ты красивая любого цвета

Плата – твоя жизнь

Это не просто цветок. Это обещание расплаты.

Мне не хватает воздуха – не столько от того, что я вдыхаю, сколько от сознания, кого я вдыхаю.