Рассказы

В таком роде долго говорил он еще, перемалывая стиснутыми зубами тяжкие, загнанные далеко слезы, но душевное волнение спутало, наконец, его мысли.

Но суть таких разговоров не в словах бедных наших, и мы хорошо знаем это. Попробуйте такой разговор подслушать – вам будет грустно, завидно и жалко: вы увидите, как бьются две души, пытаясь звуками передать друг другу аромат свой.

Так, впечатлительный человек, ожидая друга, читает или работает, и вдруг, встав, прямо идет к двери, чтобы ее открыть: идет друг, но открывший уже оттолкнул рассеянность и удивляется верности своего движения.

Повеселел даже грустный глаз Чинчара, повеселела его ехидная челюсть; размяк солидно-воловий Рениор, и жесткий, самолюбивый Эстамп улыбнулся на грош, но по-детски. Битт-Бой был общим любимцем.

В Кассете их швыряло на рифы… Несколько бочек с медом, стоя около турецкой дыры, забродили, надо быть, еще в Зурбагане. Бочонки эти лопнули, и тонны четыре меда задраили дыру таким пластырем, что обшивка даже не проломилась.

Нет более бестолкового и чудесного порта, чем Лисс, кроме, разумеется, Зурбагана.

- Да, - сказал он, отнимая от лица руки, - я больше не пролью слез. Это смешно, что есть движения сердца, за которые стоит, может быть, заплатить целой жизнью. Я только теперь понял это.

Есть люди, напоминающие старомодную табакерку. Взяв в руки такую вещь, смотришь на нее с плодотворной задумчивостью. Она – целое поколение, и мы ей чужие.

- Глупый, рассеянный, ученый дикарь, да посмотри же внимательнее!

Когда Дрэп начинал думать о своей работе или же просто вспоминал её, ему казалось, что не было совсем в его жизни времени, когда не было бы в его душе или на его столе этой работы. Она родилась, росла, развивалась и жила с ним, как развивается и растёт человек. Для него была подобна она радуге, скрытой пока туманом напряженного творчества, или же видел он её в образе золотой цепи, связывающей берега бездны; ещё представлял он её громом и вихрем, сеющим истину. Он и она были одно.

- Да, время идет, - согласилась Тави с сознанием, что четырнадцать лет - возраст уже почтенный.

Просторный чопорный дом не выносил легкомыслия, и дядя Карл торжественно отнял у  мальчика блюдце с пеной, а тетя Корнелия – стеклянную трубочку.

... улыбнулся на грош, но по-детски ...

Да, гнев твоего отца выглядит неважно. Чудовище, каких мало. У него четыре руки и  четыре ноги. Здорово бегает! Глаза косые. Неприятная личность. Жуткое существо.

У меня особое отношение к жизни; я считаю ее искусством: искусство требует жертв.