Цитаты из книги 12 стульев

Его нужно опередить, а моржу ему мы всегда успеем пощупать. 

Все существо его протестовало против краж, но не красть он не мог. 

Ну, марш вперёд, труда зовёт!

Разве можно так напиваться на рубль? 

- Вы довольно пошлый человек, - возражал Бендер, - вы любите деньги больше, чем надо. 

- А вы не любите денег? - взвыл Ипполит Матвеевич голосом флейты. 

- Не люблю. 

- Зачем же вам шестьдесят тысяч? 

- Из принципа!

Больше вы ничего не хотите?

Это грабеж среди бела дня.

Спокойно, спокойно. За дело берусь я. Заседание продолжается. 

Очень, оч-чернь приятно видеть таких молодых людей, как вы, которые, держась за руки, идут к достижению вечных идеалов.

Мужчина в суконном, на вате пиджаке был совершенно подавлен в особенности строгим плакатом «Сделал своё дело - и уходи». Хотя дела своего мужчина в пиджаке ещё и не начинал, но уйти ему уже хотелось. 

"Остап со вчерашнего дня еще ничего не ел. Поэтому красноречие его было необыкновенно."

Белые акации - цветы эмиграции

Ипполит Матвеевич преобразился. Грудь его выгнулась, как Дворцовый мост в Ленинграде, глаза метнули огонь, и из ноздрей, как показалось Остапу, повалил густой дым. Усы медленно стали приподниматься. — Ай-яй-яй, — сказал великий комбинатор, ничуть не испугавшись, — посмотрите на него. Не человек, а какой-то конёк-горбунок!

В таком случае наши взгляды на жизнь диаметрально противоположны.

– Подумай только, пожирать трупы убитых животных! Людоедство под маской культуры! Все болезни происходят от мяса.

"Московские вокзалы- ворота города."

Служба на пароходе начиналась, словно бы и на суше, аккуратно в девять. Никто не изменил своих привычек. Тот, кто на суше опаздывал на службу, опаздывал и здесь, хотя спал в самом учреждении.

Наступила звездная ветреная ночь. Население тиражного ковчега уснуло. Львы из тиражной комиссии спали. Спали ягнята из личного стола, козлы из бухгалтерии, кролики из отдела взаимных расчетов, гиены и шакалы звукового оформления и голубицы из машинного бюро. Не спала только одна нечистая пара...

На третий день отец Федор стал проповедовать птицам. Он почему-то склонял их к лютеранству.
– Птицы, – говорил он им звучным голосом, – покайтесь в своих грехах публично!

Человек, лишенный матраца, жалок. Он не существует. Он не платит налогов, не имеет жены, знакомые не дают ему взаймы денег «до среды», шоферы такси посылают ему вдогонку оскорбительные слова, девушки смеются над ним: они не любят идеалистов.