Три фурии времен минувших. Хроники страсти и бунта. Лу Андреас-Саломе, Нина Петровская, Лиля Брик

По жанру это что-то типа "беллетризованных мемуаров", собранных в что-то типа сценариев, состоящий из монологов разных людей, писем ,воспоминаний. Так что, похоже, функция автора здесь компиляционная, если он не переделывал мемуары. (Игорь Талалаевский - обозначен как "известный режиссёр" , кому и чем известный - мне неизвестно, да и интернет здесь мне не сильно проясняет. Вроде какие-то спектакли и шоу. Хорошо.)

Три несвязанных между собой части : Лу Саломе, Нина Петровская, Лиля Брик. Можно сказать расцвет, зенит и закат модерна. Про Брик здесь совсем немного из общего объёма книги. Немного про отношения с Маяковским, дальше про переписку с сестрой Эльза Триоле, женой Луи Арагона. Ну у этих всё было, относительно, хорошо и Брик дожила до преклонных годов, передав привет от 20-х 60-м.
Про Саломе вторая по объёму часть. Некоторые интересные воспоминания. Саломе захватывает всегда два мира: Россию и Европу, реализм и модернизм, одинаково легко себя чувствует рядом с Львом Толстым, Ницше, Фрейдом, Рильке. В общем в той или иной мере знакома с половиной пишущей Европы и с другой половиной через одно рукопожатие. Настроение мне попортили унылые письма Рильке: этот поэт даже в переработанном виде наводит тоску.

Нина Петровская, большая половина книги, это кровь из глаз. Сама по себе она была пустым местом в творческом отношении, но особый склад характера делал из неё идеальную музу символиста. И она решила сознательно сделать из себя персонажа. Это когда настолько вживаешься в образ, что образ вытесняет из себя всё житейское. Надо сказать, что "русский символизм" требовал живой музы особого склада, и, учитывая, что там нормальным прилагательным было "оргиастический" (не только и не столько в сексуальном смысле), почиталась всякая экзальтированность, "безумства", которой способствовало поглощение алкоголя (коньяк стаканами) и наркотических веществ. Такая жизнь могла длится очень не долго, иначе: могила, дурка или выход. Метания Нины привели её к садо-мазохистским (морально) отношениям с Брюсовым в стиле:
"-Ну сделай, сделай мне больно....
-А, не буду...",
который затеял какую-то эзотерическую месть Белому, которого Нина до этого пыталась застрелить - да русский символизм. И то отталкивая, то приманивая Нину добивал её и писал с неё роман «Огненный ангел». Так, что Петровская реально стала его персонажем - Ренатой. Значительный объём книги составляют извлечения из безразмерной переписки Брюсова и Петровской. Кажется она недавно вышла отдельным изданием, это типа 800-900 страниц мелким шрифтом. Как по мне: больная, горячечная графомания, бред, читать физически невозможно. Петровская просто истерична и глупа, своих мыслей у неё нет, она пишет то, что должен писать её персонаж - Рената. Брюсов похоже сросся со своей маской "чёрного маг" и прочим младо-демонизмом (первый был у романтиков) и ему "минус в карму", зря он издевался над совсем нездоровой женщиной. Он просто наигрался, а остатки личности Нины доживали в Европе с умственно-отсталой сестрой, постепенно спиваясь и старчиваясь (сторчиваясь-?) и с 14го года ещё и в нищете. Некоторое время могла служить ходячим экспонатом наследия русского символизма: кто помнит - мог посмотреть и содрогнуться. Жуть. Когда больная сестра наконец умерла Нина сделала то, что собиралась уже давно - выпилиась. Брюсова она пережила, но он похоже её просто забыл.

В целом: объём здесь превышает смысл, так что можно просто пройтись по целевым биографиям и мемуарам.