Equal Rites

Моя подружка - маниакальный приверженец юмористического фэнтези, благодаря ей имею неслабое представление о жанре. К которому отношусь со снобским добродушным пренебрежением, однако, читаю, когда она подбрасывает очередной роман. Потому, когда в моих руках оказалась книжка, с которой началось знакомство с плоским миром Терри Пратчетта, роман о наемном убийце "Пирамиды", восприняла его, как очередное творение такого рода. Что-то среднее, между "Корпорацией М.И.Ф" Асприна и "Чародеем с гитарой" Фостера: натужно и по любому поводу несмешно веселящиеся герои в очередной раз спасают Мир от Страшного Зла. В космогонию писателя вникнуть не попыталась, плоский и на черепахе - да хоть на слоне. А, еще и на слонах? Ну замечательно. Фирменный темноватый его юмор (не черный, а именно темный, с кучей оттенков) тогда меня не тронул. Не помню даже, домучила ли книгу до конца или вернула недочитанной.
Однако, если человеку судьба встретить"своего" писателя, это случится, пусть через время. Потому что, убей - не помню, что сподвигло, но, осваивая чтение с монитора, я кликнула в одной из он-лайн библиотек именно пратчеттовских "Творцов заклинаний". И с первых же строчек поплыла. Как-как вы говорите селение называется? Дурной Зад? И что, волшебник пришел сюда на встречу со Смертью потому что его магия открыла, что именно здесь у восьмого ребенка своего отца, Кузнеца родится восьмой ребенок? А восьмой сын восьмого сына обладает, по традиции, Даром? И свой посох перед смертью волшебник должен передать даровитому преемнику. Ой, как все запутанно, но в этом-то вся и прелесть!
Незадача - ребенок оказался девочкой, а в традициях Плоского Мира женщина не может стать Волшебником. Потому что не может стать никогда. Ведьмой - да, но у нас имеется Посох, а он -артефакт куда как могущественный и признает девочку хозяйкой. Магия ведьм - природная, волшебников - основанная на манипуляциях с предметами, девочку нужно везти в Незримый Университет и пытаться добиться невозможного - поступления, куда женщин не берут.
За что берется опекающая малышку Матушка Ветровоск. Что за женщина, люди! Внешность мышки-серой-белой-несмелой, полное пренебрежение косметикой и нарядами, бытовая скромность спартанки и профессиональная гордыня, рядом с которой король ада Люцифер смущенно курит, переминаясь с ноги на ногу, в углу. И магические способности самой сильной ведьмы на Диске (читай - в мире). Это первое знакомство с ланкрскими ведьмами, хорошо - не последнее. И это уморительно смешная, хотя юмор ее не для всех, книга. А вот вам мини-тест, цитата:

Кто сказал, что женщина не может быть волшебником? Так в маленькой захолустной деревеньке, будучи на пороге смерти, объявился волшебник, чья цель - передать магический посох восьмому сыну восьмого сына. И действуя в спешке, и, не разобравшись, волшебный артефакт достается новорожденной девочке, чьё предназначение - первой пойти по пути волшебников и поступить в Незримый университет, иначе сила, бурлящая в ней, выйдет из под контроля

Бодрое и лёгкое начало подцикла про "Ведьм", которое точно не даст заскучать своему читателю. Вместе с матушкой Ветровоск и её юной ученицей Эскариной расскажу о различиях магии Плоского мира, о заведенных порядках, что девочка со способностями - обязательно ведьма, а мальчик - обязательно волшебник, а исключения из правил - "это другое, вы не понимаете", а также о балансе двух подходов. Импонировало, как долго опытная ведьма и арканцлер Незримого университета отказывались принимать изменения в устоях, но были вынуждены отринуть предрассудки ради общего блага, когда над всеми нависла угроза. Зацепило, что в далеком 1987 году сэр Терри Пратчетт говорил о феминизме лучше, чем современные киноделы, что важные и глубокие темы преподносятся деликатно, легко и с юмором, а не с ноги в лоб

Да и герои жуть как хороши, понравились все, без исключения. Особенно юная волшебница, получившая отказ в поступлении в университет, но которая не сдалась, стойко решив добиться всего, даже если придется черпать знания из работы уборщицы в обители волшебников. Умилили взаимодействия Эск и Саймона, особенно моменты, где она договаривала за него слова из-за заикания. Считаю, что это прекрасное начало дружбы

Небольшие минусы для себя тоже нашла - было мало ведьм и событиям в университете отведен небольшой объем хронометража. Хотелось чуточку побольше, а так история зашла хорошо. Продолжать цикл однозначно буду, в целом намерена потихоньку осилить все книги автора

Мне понравилось это, если можно так назвать, "мягкое ёрничанье", подтрунивание над феминизмом. Мысль примечательная: нет ничего дурного в том чтобы заниматься непривычными, не принятыми для определенного пола вещами, если это происходит с успехом. Только не стоит превращать это в самоцель - дела всё скажут сами за себя. А вообще "плоский мир" автора мне показался невероятно симпатичным: ироничным, с замечательными именами и названиями местностей и каким-то уютным. Мне очень понравился авторский стиль: матушка Ветровоск просто восхищает. Вот сюжету бы прибавить немного динамичности, и тогда книги будут проглатываться за один присест

Цикл Плоский мир. Подцикл Ведьмы, книга первая.
Однажды в небольшую деревню приходит волшебник и направляется прямо в к местному кузнецу. Кузнец восьмой сын и у него самого семь сыновей, и вот вот должен родится восьмой, которому пришедший волшебник хочет передать силу перед смертью. Ребенок рождается и волшебник успевает передать ему силу и умирает. Увы все происходит так быстро, кузнец так спешит и даже не думает спросить кто родился, ведь он уверен что родился сын, а родилась дочь. Женщины никогда не становились волшебниками и не учились в Незримом Университете, но тут девочка получила силу волшебника! Семь лет девочка Эскарина росла и ничего необычного не было, но магия есть магия и одной зимней ночью она заявила о себе...
В этом подцикле главными героями становятся ведьмы Овцепикских гор. Если подцикл о Ринсвинде больше рассказывает о всем мире и волшебниках, то здесь все более конкретно и не так масштабно.
В начале книги Пратчетт больше рассказывает о том, как живут небольших городах и деревнях обычные люди и ведьмы. Он создает основу для дальнейших сюжетов и раскрывает детали о жизни ведьм.
Матушка Ветровоск первая ведьма, с которой знакомиться читатель. Она мудрая деревенская ведьма, которая весьма довольна своей простой жизнью. В основном Ветровоск лечит местных жителей и принимает роды у деревенских женщин. Матушка одна из главных героинь подцикла и ее характер очень хорошо прописан в этой книге. Она предстает здесь в образе учителя и знакомит Эскарину с колдовством и основами ведьмовства.
Во второй часть книги появляется линия доказывания того, что женщина должна иметь возможность стать волшебником. Также есть линия, что ведьмы ничуть не хуже волшебников, как бы волшебники не считали, что ведьмы слабы и высокие материи им не к чему и они на высшую магию не способны.

По итогу это интересная и смешная книга, открывающая читателям другую часть жизни Плоского мира.
Рецензии на книги подцикла — вторая
Подцикл Ринсвинд

Наверно, если бы я не читала сейчас цикл про Тиффани эта книга понравилась мне больше. Но что есть, то есть.
Мне не совсем нравится магия волшебников в Плоском мире. Более того, после прочтения Цвета волшебства, не думала, что вообще буду читать Пратчетта. Но все исправили мультсериалы, один из которых был про Вещих сестричек. Поэтому с циклом про ведьм я хотела познакомиться давно.
Матушка Ветровоск как всегда в своем репертуаре. Ее отношения к животным, насекомым и людям прекрасно, настоящая ведьма. Если она ошибается, об этом никто не должен об этом знать. Но как всегда она старается всем помочь. Даже если некоторые этого не ценят.
Эски, конечно, попадает в водоворот различных событий. И, конечно, со всем справится, когда у Пратчетта было иначе? Рада что прочла эту книгу до того, как встретила бы Эски в книгах о Тиффани.

Вот в чем прелесть Плоского мира - исследовать его можно абсолютно с разных сторон.
Разные книги разных серий можно читать независимо друг от друга. Каждая расскажет свою, отдельную, удивительную историю о здешних обитателях.
"Творцы заклинаний" - первая часть серии про ведьм. В мире Пратчетта магия и волшебство - разные вещи, а также отличаются между собой ведьмы и волшебники. Маленькой Эск и матушке Ветровоск предстоит испытать прочность и непоколебимость обитателей Незримого университета, а также выяснить, может ли все таки женщина стать волшебником.

На Диске есть старая добрая традиция – восьмой сын восьмого сына должен стать волшебником. В деревеньке Дурной Зад, что в Овцепикских горах как раз скоро должен родиться такой ребенок, только об этом еще никто не догадывается. Нет, про рождение ребенка конечно знают, а вот высчитывать, кто там какой по счету, кузнецу и его семье конечно без надобности.
Но именно из-за этого события в Дурной Зад пребывает престарелый волшебник. Жить ему осталось 6 минут и за это время он должен вручить младенцу волшебный посох, после чего можно спокойно умереть.

И все бы пошло как обычно, если бы не маленькая накладка, новорожденный младенец оказался девочкой, а как всем хорошо известно, девочки не могут быть волшебниками.

Первой всю глубину проблемы осознала матушка Ветровоск, местная ведьма и по совместительству повивальная бабка. Так уж повелось, что женская магия это ведьмоство, волшебство же - магия исключительно мужская. Между ними есть принципиальная разница, магия женщин идет из земли, из природы. Магию же мужчин создают числа. Ведьма может, например, переселиться в сознание любого животного, и как потом окажется, не только животного. Волшебникам это недоступно. Зато волшебники умеют добывать огонь, а вот ведьмы этого не умеют.

Дав ребенку некоторое начальное образование матушка Ветровоск понимает, надо двигаться дальше. Эск должна поступить в Незримый университет и выучиться на полноценного волшебника. И они отправляются в путь. Поскольку познания матушки в области географии примерно такие же, как и в ядерной физике, путешествие было длительным, полным приключений и опасностей.

Кстати о посохе, который умирающий волшебник вручил новорожденной Эск. До всемирно известного Сундука ему конечно далеко, но некий интеллект и свободу воли он проявляет достаточно часто. А что еще остается, если тебя вручили маленькому необразованному существу, которое постоянно во что-то вляпывается. Должен же кто-то разруливать ситуацию.

Начинать не с начала - мое любимое развлечение. Потому я пришла к ранним книгам Пратчетта только после цикла про Тиффани.

Итак, первая книга из цикла "Ведьмы".
И сразу гендерный конфликт, потому что женщина не может быть волшебником. Пратчетт снова бросается с места в карьер, поднимая вопросы неравенства (в 1987 году, между прочим).

Порадовало, что Эск 9 лет, столько же, сколько Тиффани. Матушка Ветровоск прекрасна. Во время чтения чувствовалось, что она моложе, чем в Тиффани. Веселее что ли, открыта миру и приключениям. Конечно из-за этого у мира и приключений проблемы, но это же матушка.

Конечно, Эск станет волшебником. Она и матушка Ветровоск штурмом возьмут Незримый университет (отсылка к средневековой незримой коллегии философов XVIII века). Матушка Ветровоск сразится с главой университета (битва - отсылка к битве Мерлина и Морганы), Отсылки, пародии, цитаты - их очень много, что-то я опознала, что-то пропустила. И это отдельное удовольствие от чтения романа - узнавание. Но не как обычно, раздражение от плагиата, а радость, что об этом еще помнят.

Игра словами, юмор. Пратчетт.
Как я раньше жила без его творчества?

Первая книга из серии про ведьм скорее всего разочарует тех, кто слышал про некую троицу из Ланкра, которая попадает во всевозможные передряги и с изяществом из них выпутывается. «Творцы заклинаний» можно назвать приквелом (эпизодом I, если будет угодно), в котором только закаляется сталь классического волевого стержня матушки Ветровоск, поскольку уже с выходом «Вещих сестричек» характер серии меняется до неузнаваемости, а Эсмеральда, по версии наших переводчиков, предпочитает не говорить, а «рявкать».

«Творцы заклинаний» очень сильная феминистическая книга. Согласно мифологии Плоского мира, только мужчины могут быть волшебниками, а женщинам уготована участь ведьм с их головологией, что даже не настоящая магия. И тут у восьмого сына родилась волшебница Эскарина Смит, образ которой частично списан с Рианны Пратчетт, дочери Терри. Теперь стоит задача — отправить (и, простите, внедрить) ребёнка в школу магов, где обучаются только мужчины. Как-то в одном из глянцевых журналов я наткнулся на рецензию какой-то случайной книги-однодневки, которую ушлая авторка отнесла к категориям «фэнтези», «магия», «гаррипоттер». «Творцы заклинаний» не о дружбе, самоотверженности и победе над злом, но скорее про суть магии, ее истоков и о соседней вселенной, населенной существами, которых в принципе невозможно одолеть. Невыносимая безысходность соседствует с множеством шуток на тему, что «тян не нужны» и прочими ущемлениями, которые, как и полагается в хорошей книге, логично и красиво опровергаются, что диву даёшься. Оригинальное название романа «Equal Rites» содержит в себе игру одинаково звучащих слов: «right» (право) и «rite» (обряд), так что равноправия и равно-кхм-обрядия на страницах будет вдоволь.

Большая сюжетная часть книги проходит в пути. Умная, смелая и дерзкая не по годам Эскарина все глубже познаёт магию, Эсмеральда Ветровоск все больше не может определится со своим внутренним Я, разделённом между категориями «сварливая старуха» и «заботливая бабушка». Все перечисленное делает Эсме поистине живой и, в некотором роде, хрупкой, не вечной.

У Пратчетта есть книги клаустрофобные, где действий слишком много и они могут не покидать пределов одной локации, отчего становится душно и тесно. «Творцы заклинаний» относятся к «пространственным» книгам, в которых много места (не путать с «сюжетными дырами»), а события равномерно распределены не только по страницам, но и по локациям.

Эту книгу я «проглотил» словно под гипнозом, сейчас сложно вспомнить конкретные детали или отдельные цитаты, но внутри осталось впечатление, узелок на сердечке (да, я сам немного скривился, когда написал это словосочетание) сродни необъяснимому чувству, синонимом для которого служит любовь, но только по отношению к гигантскому шоколадному торту. От описания ночной пустыни бросает в холодный пот, твари лавкрафтовской анатомии вызывают нервный тик, а за мелкую Эск откровенно переживаешь — лишь бы не увлеклась и не натворила бед, ибо однажды уже «долеталась». Будь эта книга музыкальным альбомом, то она могла бы звучать как разряженный невесомый эмбиент с вкраплениями легкого трогательного фолка и грузного рычащего дроуна. Думаете «я бы послушал!»? Конечно! Любой бы послушал.