Un gato callejero llamado Bob

У входа в подземку люди обычно движутся слишком быстро, им некогда смотреть по сторонам и останавливаться, чтобы купить журнал. Они вечно торопятся и спешат оказаться в другом месте.

Когда мы возвращались домой на автобусе, он прижался ко мне.
– Мы с тобой одни против всего мира, – сказал я, почесывая его за ухом. – Как два мушкетера.
Он ткнулся носом мне в ладонь и согласно замурлыкал.

Ни один человек не вправе называть себя полноправным хозяином кота.

Казалось, рыжий воспринял случившееся как досадное недоразумение. Будто он не бойцовую собаку по носу треснул, а отогнал назойливую муху.

Люди обычно называют британцев «нацией, которая любит животных». Уж чем-чем, а любовью к животным тут и не пахло.

По большей части у меня сохранились теплые воспоминания о наших питомцах, но, как водится, прочнее всего в голове засело самое плохое.

Мы с котом были для ветеринара лишь очередной деталью на конвейере, которую нужно было обработать и выставить за дверь, освобождая место для следующего пациента. Что ж, я его не винил, поскольку понимал, что так работает система.

А я чувствовал, что судьба свела меня с удивительным животным.

У моей мамы тоже был рыжий кот. Он был ее лучшим другом, и у него был чудесный характер. Он днями сидел у ее ног и смотрел, как движется вокруг мир. Даже если бы рядом взорвалась бомба, он бы ее не бросил.

Рыжий был особенным. Он обладал удивительной способностью понимать людей. Во всяком случае, тех, кто искренне о нем заботился.