Бустан

Лишь разум голову украсить может,
А пышная чалма нам не поможет.

Пусть ты в парчу и золото одет!
Хоть тыква велика - в ней мозга нет.

Достаточно времени, друг. Не спеши
Показывать встречным глубины души.

И тот, кто возлюбит лишь стол да кровать,
Не четвероногим ли будет под стать?

Лишь тот не исчез в этом мире земном,
Чье имя народ поминает добром.

Однажды на пиру, гостей пленяя,
Кружилась в пляске пери молодая.

Не помню: жар сердец иль огонек
Светильни полу платья ей поджег.

Она, увидев это, рассердилась.
«Не гневайся! - сказал я. - Сделай милость!

Ведь у тебя сгорела лишь пола,
А весь мой урожай сгорел дотла».

Пройдут года. Времен круговорот
Потопит гордых, тонущих спасет.

О царь, не угнетай простой народ,
Знай: и твое величие пройдет.

Ты слабых не дави. Когда расправят
Они свой стан, они тебя раздавят.

Знай - не ничтожна малого рука!
Иль ты не видел горы из песка?

Коль муравьи все вместе, выступают -
Они в пещере льва одолевают.

Пусть волосы тонки, их не порвешь,
Когда из тысяч ты аркан сплетешь.

Творишь насилье ты, неправо судишь.
Но помни - сам беспомощен ты будешь.

От мыслей об аде почувствовав жуть,
Раз ночью шепнул он, не смогши заснуть:
«О, если б заполнил я ад целиком,
Чтоб места другим не осталося в нем!»

Три вида мне людей всего известно,
Которых обругать всегда уместно:

Во-первых, падишах, что любит гнет,
Пред кем дрожит в бессилии народ.

Похвально разглашать его деянья,
Чтобы людей избавить от страданья!

А во-вторых, бесстыжий и нахал
Не стоит, чтоб его ты покрывал.

В колодец головой он сам суется;
Такого не спасай: он не спасется!

И в-третьих, ложь избравший ремеслом -
О нем поведать всем не будет злом.

Царь - дерево, а подданные - корни.
Чем крепче корни, тем ветвям просторней.