Источник. Книга первая

«Это надо было сделать, а когда все было позади, это его больше не касалось. Возвращаясь домой, он вновь обретал свободу. »

«Ему не хотелось об этом говорить, не хотелось думать, что его ученик будет отвергнут всеми и не найдет себе места во всем огромном городе. »

«– Как живется, Говард? Тяжеленько? – Нет. – Хочешь, дам тебе письмо к одному из этих подонков? – Нет. »

«Ощущение было таким, словно с него срывали одежду, а стыд возникал не оттого, что его голое тело выставлялось на обозрение, а оттого, что его рассматривали равнодушные глаза. »

«Ей куда больше хотелось бы норковую шубу. А эта проклятая деревня ей ни к черту не нужна. И Винанд это прекрасно знал.»

«Рорк не умел выпрашивать, это у него получалось отвратительно. Говорил он напряженно, монотонно, с заметной натугой; и его мольба звучала как оскорбление, адресованное человеку, вынудившему его взмолиться. Китинг бы дорого заплатил, чтобы увидеть Рорка в этот момент. Но Франкон был не в состоянии оценить ту победу, которой до него никто еще не добивался. Он воспринял только оскорбление. »

«– Садись, друг мой, садись… – Но что-то в глазах Рорка, которых Франкон никогда не видел вблизи, побудило Франкона замолчать. Он лишь сухо добавил:  – Садитесь. »

«...он не понимал, почему существует бездарность и почему именно ей принадлежит решающее слово. Этого он никогда не мог понять.»

««Трудно? Что ж, учись!» »

«Затем Китинг неожиданно спросил: – Говард, за что ты меня ненавидишь? – Я тебя не ненавижу. – Вот, вот именно! Так за что, за что ты меня не ненавидишь?! – А зачем мне тебя ненавидеть? – Чтобы я хоть что-то мог чувствовать! Я понимаю, что ты не можешь любить меня. Ты никого не можешь любить. Так не добрее ли дать людям почувствовать, что ты хотя бы ненавидишь их, чем просто не замечать, что они существуют? – Я не добр, Питер.»