Сентиментальный роман

Я рекомендую эту книгу не только детям, но и взрослым, родителям настоящим и будущим. Она действительно учит быть внимательнее к детям, к их чувствам, потребностям и желаниям, хотя маленький ребёнок не может или не решается выразить их словесно.
Чтение не было скучным, не показалось мне слишком упрощённым донесение мыслей, написан рассказ доступным языком.
Любопытно, что начиная читать книгу, думаешь, что отправной точкой возникновения проблемы у мальчика станет событие, описанное в самом начале, но нет - проблему породил событие совсем другое, хоть и связанное с тем же самым человеком...
Прочтите...и вам станет ясно...

Только что прочитала, и по свежим следам решила написать рецензию.
Мир ребенка, ребенка 6-ти лет. Решила сразу начать Флешмоб с этой книги, т.к. моему ребенку как раз 6 лет.
Ситуации не совсем схожи, отчима не имеется и слава Богу. Но есть и общее. Относительно недавно родилась доченька. Понимаю, что сыну было тяжело свыкнуться с этой мыслью, с новым членом семьи. Но мы, как могли старались не обделять старшего вниманием, что не скажешь о матери Сережи. Здесь единственный взрослый человек в семье- Коростелев, отчим. И на Земле радостнее жить, если знаешь, что такие неродные родные люди есть.

Сначала думала, что больше тройки не поставлю, но где-то с середины книги я полностью слилась с героем книги. Его мысли, переживания отзывались во мне. Единственное, что меня напрягало в самом начале книги - это то, что дети курят (не главный герой, а его более старшие друзья), и маленькому мальчику Сереже дают попробовать вино, после чего он даже захмелел. Но после середины книги на этом внимание не акцентируется.
В целом легкая и приятная книга. Мне кажется, что было такое кино. Хочу попробовать найти его и посмотреть.

Периодически в работе всплывает клиентский вопрос: как позволить себе личную жизнь, рискуя тем самым ущемить ребенка, решиться быть счастливой?
Верно – наоборот: необходимо быть ею, если хочешь сделать все для счастья ребенка. Чего хочет каждый родитель для своего ребенка? — чтобы он был здоров и счастлив.
А как сформировать и заложить ребенку счастье? Да только личным примером. Как не может неграмотный научить другого человека читать, так несчастный не может научить другого быть счастливым. Известна поговорка: не воспитывайте ваших детей — они все равно будут похожи на вас, занимайтесь собственной жизнью.
Петрановская пишет в “Ответе теории привязанности”: “Вы имеете право развестись с супругом, а ребенок имеет право страдать из-за этого. Вы не обязаны жить в постылом браке, чтобы он не страдал, но и он не обязан глотать свои чувства. Вы имеете право изменить место жительства и образ жизни, и ребенок имеет право протестовать и скучать по привычному. Вы не обязаны отказываться от своих планов и целей, чтобы обеспечить ему неизменность, но и он не обязан делать вид, что для него это просто. Так это устроено. Мы заводим детей, а не дети нас. Мы живем свою жизнь, им приходится приспосабливаться, как когда-то мы приспосабливались к жизни своих родителей”.
У Веры Пановой в “Сереже” описано появление у мамы нового мужа:
“ — … Коростелев теперь будет жить с нами. Он будет твой папа.
… Под словом «папа» Сереже представлялось что-то чужое, невиданное. А Коростелев — их старый знакомый…
… У нее оказалось много разных дел. Она развязала книги и поставила на полку. И каждую книгу обтирала тряпкой. Потом переставила штучки на комоде перед зеркалом. Потом пошла во двор и нарвала цветов и поставила в вазочку. Потом для чего-то ей понадобилось мыть пол, хотя он был чистый. А потом стала печь пирог.
… — Вот так, брат Сергей. Я, значит, к тебе переехал, не возражаешь?
— Ты насовсем переехал? — спросил Сережа.
— Да, — сказал Коростелев. — Насовсем.
— А ты меня будешь драть ремнем? — спросил Сережа.
Коростелев удивился:
— Зачем я тебя буду драть ремнем?
… — А в которой комнате ты будешь спать? — спросил Сережа.
— Видимо, в этой, — ответил Коростелев.
… Утром Сережа проснулся и не сразу понял, где он. Почему вместо двух окон три, и не с той стороны, и не те занавески. Потом разобрался, что это тети Пашина комната. … Дверь в его комнату была закрыта. Он подергал ручку: дверь не отворилась. А ему туда нужно было непременно: там ведь находились все его игрушки. В том числе новая лопата, которою ему вдруг очень захотелось покопать.
… — Я хочу взять лопату, — сказал он тревожно.
— И возьмешь, никуда не денется лопата. Мама встанет, и возьмешь, — сказала тетя Паша. — Смотри-ка, а вот рогатка твоя. Вот ты пока рогаткой позанимаешься.
… Разумные, ласковые речи всегда действовали на Сережу успокоительно. Он дал ей умыть себя и выпил кружку молока”.

Трогательная, душевная повесть. Автор видит мир глазами маленького Сережи: семья, друзья, радости, печали, впечатления, горе. Время идет, многое происходит в жизни мальчика, меняются жизни окружающих его людей. Со всей своей детской душевной простотой Сережа пытается это понять.

Несправедливость взрослых временами поражает. На протяжении всей повести мама Сережи - будучи учителем, то есть имея педагогический опыт, - ведет себя совершенно неадекватно: явно выделяет из своих детей любимчика, запрещает ребенку осуждать взрослых (хотя они этого порой заслуживают), запрещает взрослым разговаривать с ребенком на "взрослые" темы (про тюрьму и преступников), бросает своего ребенка ради мужика... Не знаю, хотела ли Вера Панова специально создать этот неприятный образ или это я, читая повесть спустя полвека после опубликования, вижу маму Сережи такой. Может, в те времена это поведение воспринималось даже положительно.
Но я ставлю себя на место Сережи - и понимаю его. Мне тоже было бы горько и обидно, ты полностью зависим, беспомощен, за тебя уже все решили. И ты потрясающе отчетливо ощущаешь нелюбовь самых дорогих тебе людей. На эпизоде с игрушечной обезьяной у меня, кажется, начало щемить сердце. Мальчик повел себя более достойно, чем это сделала бы я.

В. Панова "Валя".
Назвала бы повесть стенограммой жизни Вали. Пролетают немногочисленные строки-воспоминания девочки, а потом девушки об эвакуации из Ленинграда. Валя видит старушку, беспокоящуюся о непришедшем проводить ее сыне, радуется за сбежавшую от поезда девушку, вспоминает заболевшего малыша. Перед её глазами Люська и она сама в новых платьицах, что мамочка сшила в дорогу. Но эти обновки быстро стали "тряпочками" в пути. А мама? Мама всю жизнь "вила гнездо". Даже в поезде дочкам создавала уют: полотенце на коленях, хлеб и огурцы. Сама недосыпала, не ела вкусного, все делала для мужа и деток. Погибла. Валя помнит это.
Спустя три с лишним года, воспоминания пробиваются к ней. В Ленинграде она задумывается, что будет дальше, "какие подвиги, какие переломы судьбы? .. Будет ли встреча прочная, вечная?" Валя молчит. Она ценит заботу тёти Дуси, что не забыла её, вызвала с сестрёнкой в Ленинград. Дуся-та из немногих женщин, кто спасает других, если может. С ней живёт Санька, которая тоже потеряла маму, тётя Дуся взяла её к себе.
Валя будто тихо, молчаливо копить в себе впечатления, внутри ведёт беседу с собой, задумываясь о своей судьбе. Встреча с Володей, в котором она почувствовала хорошего человека, заставляет ее думать о нём, также тихо переживать: что с ним после того, как его высадили с поезда...
Панова создала повесть о душе человека в дни войны, в дни боли и взросления. Мгновения, попавшие в Валю, стали для неё очень важны.
Есть советская кинолента, объединившая судьбы двух героев Пановой Вали и Володи. Посмотрите, есть, о чём подумать...
Спасибо, что читаете. #мысли #пишу #мюсли #литература #слово

После прочтения романа осталось приятное впечатление. Произведение по объему сравнительно небольшое, читается легко и интересно.
Под конец мне не хватило продолжения истории героев (включая Семку Городницкого, работников редакции), было бы интересно узнать, как они пережили войну. Но автор решила рассказать именно о юности, о жизни молодых людей в уездном городе (Ростов-на-Дону) в середине 20-х годов прошлого века, и дальше и глубже этого временного интервала не пошла.
Также, что хотелось отметить, что на протяжении всего произведения Панова пыталась примирить два взаимоисключающих начала - казённый официоз и полную свободу выражений.  Вот ты читаешь, тебя цепляет что-то живое, человечное в тексте, и оно внезапно уносится в восхваление революции, власти и пр. И кажется, что все что было живое в истории тут же перечеркивается вот этой искусственной вставкой.
Несмотря на это, все эти "настоящие части" романа очень интересны. Роман заслуживает внимание читателей.