Отклонение от нормы

Наша планета была довольно занятным местом - по крайне мере для биолога.

Я прозевал конец света...

Я предпочитал совсем иной поход: сначала выяснить, как это все будет, а затем всеми силами бороться против того, что мешает.

Это не обязательно конец. Мы все еще умеем приспосабливаться, и у нас огромные преимущества по сравнению с нашими предками. И пока остаются в мире здоровые телом и духом, у нас всегда есть шанс… и очень неплохой!

Почему даже в этом гибнущем мире меня судят по одной моей случайной ошибке? Нельзя ли забыть об этом?

Мы создали их сами, как создавали прекрасные цветы или гротескные пародии на собак.

Есть такой тип женщин, которым недостаточно сделаться рабыней мужчины, чтобы он о них ноги вытирал. Им надо полностью отдавать себя в его власть.

-Наш мир не очень уютное местечко. Для всех. А особенно для тех, кто чем-то отличается от других. Что ж, может, вы не тот вид, который способен выжить в борьбе за существование.

Нужно было иметь большую выдержку, чтобы промолчать при виде простейших ошибок, совершаемых другими, или терпеливо выслушивать глупые рассуждения, основанные на неправильных представлениях, или делать что-либо привычным способом, зная лучший…

Я только-только начинал сознавать пустоту в нашей жизни, вызванную отсутствием хоть какого-нибудь благого просвета.

Открыватель и изобретатель— это бич для бизнеса.Палки в колёса по сравнению с ними — ничто,вы просто меняете сломанные спицы и катите дальше.

... Она не обладала этой убийственной манерой слушать словно лишь для того, чтобы сделать тебе замечание.

Я говорю тебе о том, что, даже если много людей утверждают что-то, это ещё не ДОКАЗЫВАЕТ, что они правы. Я говорю тебе, что никто, понимаешь, НИКТО не знает на самом деле, что такое Истинный Образ.

У в3рослых о4ень 4асто степень 6еспокойства совершенно несора3мерна при4ине.

.... детство - это пора жи3ни, полная нео6ъяснимых, но важных условностей....

Моя любовь полилась к ней, ее - ко мне. Моя успокаивала и гладила, ее - ласкала. Расстояние, различия между нами исчезли. Мы соприкасались, сливались в одно целое. Не было больше ЕЕ и МЕНЯ существовало только - МЫ ВМЕСТЕ. Мы совершили краткий побег из одиночной камеры, и этот нераздельный мир принадлежал нам обоим...

Миссис Форсетт приветствовала нас с достоинством, приблизилась с уверенностью, уселась с осмотрительностью и снизошла к предложенному ей стаканчику портвейна, за которым последовал еще один стаканчик.

Существовало неясное представление, будто они как-то связаны с системой размножения – той самой системой, куда ботаники обыкновенно зачисляют на первый случай все сомнительные органы, пока они не будут как следует изучены и поняты.

Передо мной, наконец, в упор встал вопрос: что для меня страшнее – рискнуть зрением и снять бинты или оставаться во мраке со своими призраками?