22 идеи о том, как устроить мир. Беседы с выдающимися учёными

Темы интервью связаны с актуальными проблемами современного глобального мира. Мы предлагаем по каждому интервью свой дополнительный вопрос. Получается своеобразная РЕЦЕНЗИЯ В ВОПРОСАХ 1.Мухаммад Юнус известен как сторонник микро кредитования для выхода жителей развивающихся стран из нищеты. Но не останется ли такая стратегия некоторой экзотикой при существующем экономическом порядке, ведь сам этот порядок установился под воздействием мощных духовно-религиозных стимулов (пресловутая «протестантская этика»). Возможно ли изменение без чего-то сопоставимого по культурному влиянию?

2. Уилл Кимлика. Политическая философия канадского профессора направлена на защиту прав меньшинств. Но как быть с тем, что большинство населения различных стран очень часто страдает от поведения агрессивных и хорошо организованных (часто мафиозным способом) меньшинств?

• Джозеф Стиглиц – нобелевский лауреат, известен как критик современной экономической политики и экономики как науки. Но является ли «экономикс» настоящей наукой, если часто её «модели были очень точными, однако они были совершенно неправильными»? (С.66)

  4.Чан Ха Чжун также критически высказывается о неолиберализме. Но если политические элиты во всем мире попали под власть финансистов, то как они могут от неё освободиться?

  5. Хосе Антонио Окампо рассуждает о глобальном неравенстве и сохранении отношений «Центр – периферия». В связи с этим: возможно ли, в принципе, ликвидация центр - периферийных отношениях в мировой экономике и политике и реально ли для достижения мировой справедливости создание «единого фронта» стран «Юга»?

  6. Пол Уотсон выступает с радикально экологических позиций. Но разве гуманитарная катастрофа, связанная с резким сокращением человеческой популяции предпочтительнее экологических бедствий – как можно избежать вымирания значительной части человечества при ухудшении экологических условий его существования?

  7. Майк Дэвис – пример левого американского интеллектуала, критикующего современную «американскую форму фашизма». Если это действительно фашизм, то, как можно противостоять установлению его мировой власти в условиях глобального доминирования США?

  8. Олжас Сулейменов – известный казахский литератор и общественный деятель, автор нашумевшей в свое время и весьма спорной книги «Аз и Я». Так же, как и ранее Чингиз Айтматов, другой известный выходец из советской Средней Азии, Сулейменов проживает в Европе, занимаясь культурной дипломатией. В своем интервью он неоднократно (и неодобрительно) упоминает роль России как «старшего брата». Но может ли после распада СССР (и достижения «младшими братьями» самостоятельности) Центральная Азия претендовать на роль «будущего общественного устройства», где бы мирно и без дискриминации жили представители различных народов и вероисповеданий?

  9. Владимир Якунин критикует «хищнический характер» современных мировых элит. Что можно сделать для того, чтобы это «хищничество» меньше проявлялось в поведении отечественной «элиты» - политической и экономической?

  10.Иммануил Валлерстайн продолжает критиковать капитализм и хоронить американскую гегемонию. Всё когда-нибудь кончается, хотя можно спорить о причинах и сроках. Но любопытно, откуда автор берет показатель, согласно которому гегемоном считается тот, кто «может проталкивать своё решение в 95% случаев по 95% вопросов»?

(В связи с доступностью текстов Валлерстайна на русском языке, возникает и недоумение по поводу выбора работ для перевода. Пока недоступны тома фундаментальной «Современной мир-системы», где дается анализ генезиса капиталистической мир-экономики; зато в изобилии представлены интервью, выступления, публицистические статьи и т.п., что делает похожим знаменитого американского социолога на какого-нибудь Михаила Делягина).

11.Зигмунт Бауман продолжает развивать весьма спорный тезис образца 1990-х годов, о том, что в условиях глобализации слабеют и сходят на нет национальные государства. Нет ли, в этом стремлении поскорее похоронить национальное государство чего-то иррационального, весьма далекого от научного анализа существующих реалий?

12. Боб Дикон – специалист по социальной политике в различных странах. Возможны ли сейчас некие единые стандарты глобальной социальной политики, ведь ранее, если быть откровенным, ее успехи в развитых странах достигались, во-многом, за счет эксплуатации ресурсов остального мира?

13. Питер Катценштайн занимается международной политэкономией и при этом призывает к созданию системы образования, сосредоточенной на всемирной истории. Но, учитывая прошлую вражду и нынешнее неравновесное состояние мира, может ли быть единая и «правильная» всемирная история для всех, а не вариант, навязываемый доминирующей Англо-Америкой? С другой стороны, диффузия власти и утрата позиций гегемоном, может привести к всеобщему хаосу настоящего, не говоря уже о прошлом.

14. Крейг Калхун говорит о неустойчивости всего комплекса отношений современного мира в эпоху глобализации. Но как большинству людей «связать прямой опыт и относительно локализованные условия» (с.306) с масштабом глобальных явлений и возможна ли для большинства установление такой связи?

15.Иван Крастев – болгарский политолог из Вены заявляет, что вместо «конца истории» Фукуямы, наступил «конец будущего», когда «глобализация уничтожила саму идею идеологического выбора» (с.319). Но, надо бы прояснить подробнее, что это за силы, стоящие за безликой «глобализацией», навязывают человечеству подобную безальтернативность?

16. Фред Далмайер активно выступает за разнообразные формы диалога культур и цивилизаций и, критикуя Карла Шмитта, заявляет, что «политика является поиском общего блага» (с.341). Но возможен ли поиск «хорошей жизни» без защиты её от «врага»?

17.Мануэль Монтес – советник по вопросам глобальных финансов, по сути, утверждает, что долговой кризис возник по причине того, что после замораживания зарплат, предоставление кредитов было способом обеспечить рост благосостояния (или, по нашему мнению, похищать будущее у самих себя). Как преодолеть зависимость от финансовых кругов социально-экономической политики государства?

18. Шимшон Бихлер и Джонатан Нитцан – многолетние соавторы-политэкономы вполне обоснованно, на наш взгляд, критикуют раскол политэкономии на экономическую и политическую науку. Этот разрыв часто не позволяет согласиться с утверждением цитируемых политэкономов, что «капитализм – это власть и ничего кроме власти» (с.397). Но не будет ли реальной альтернативой власти капитала не какое-нибудь более справедливое общество, а новая разновидность тоталитарного режима?

19. Джомо Кваме Сундарам интересно рассуждает о ряде аспектов экономического развития. Но можно ли согласиться с его тезисов о том, что «крушение Советского Союза не было экономически обусловлено» (с.428)? достаточно ли для такого утверждения оперировать только данными о падении производства после распада СССР?

20. Кемаль Дервиш говорит о возможности для развивающихся стран догнать развитые при помощи новых технологий. Но является ли такая возможность лишь исключением для некоторых экономик, которое не может стать общим правилом?

21. Экономист Владимир Попов упоминает нашумевшую статью Шлейфера и Трейсмана о постсоветской России «Нормальная страна», полагая, что это «нормальная развивающаяся страна». Но каковы те возможные условия, при которых РФ может стать нормальной РАЗВИТОЙ страной?

22. Ян Цземянь – китайский аналитик, намекает, что «великая рецессия» пошла на пользу развивающимся странам и, в частности, Китаю. Имеет ли эта «польза» стратегический характер хотя бы в горизонте десятилетия или это просто временное перераспределение экономических возможностей между развитыми («зрелыми») и растущими (развивающимися до современных стадий) экономиками?