Solar

Он не знал, что делать. Пото понял. Вышел из гостиной в переднюю, осторожно перешагнул лужицы на полу и пошел на кухню к ящику, где хранилась фольга, упаковочная пленка и рулоны бумажных полотенец. В том же ящике лежала коробка прозрачных одноразовых перчаток.
Н надел аару. Никакого криминала, но когда он их натянул их на руки, возникло ощущение невидимости, неуязвимости, распространившихся по всему телу. Состояние конечно помрачненное, но какое тут еще может быть? У него не было плана, он просто выполнял его. Тело выполняло. И он его слушался, как бы для пробы, чтобы веря на каждом этапе, что можно отменить сделанное, вернуться к началу, ничего не потеряв и ничем не рискуя.

Биэрд напялил комбинезон - он весил килограммов десять, надел пыльный шлем, втиснул голову в защитный шлем, натянул внутренние и наружные перчатки и тогда сообразил, что в перчатках не может надеть очки; снял перчатки, надел очки, надел внутренние и наружные перчатки, потом вспомнил, что его собственные лыжные очки и перчатки, фляжку и футляр с гигиенической помадой, лежащие рядом на стуле, надо взять с собой. Он снял наручные и внутренние перчатки, спрятал все это в карман куртки, изрядно повозившись с молнией верхнего костюма, надел внутренние и наружные перчатки и обнаружил, что из-за влажного воздуха в вестибюле и собственных нетерпеливых усилий очки запотели. Усталый и разгоряченный - неприятное сочетание, - он раздраженно встал, повернулся и с громким треском ударился о колонну или балку - он не видел, обо что. К счастью, на нобелевском лауреате был шлем.

Хм...что тут сказать? Я взялась за эту книгу, потому что до этого ничего не читала у Макьюэна, а тут мне попалась такая интересная обложка в букинисте за символическую цену и с такой завлекательной надписью про премию Вудхауса. Мне понравился авторский слог, его юмор (черноват местами, но я такой и люблю). Главный герой...даже не знаю. Многие пишут об отвращении, которое он у них вызывал. О сочувствии к нему. У меня же ни того, ни другого. Да, даже Нобелевский лауреат может быть толстым, неопрятным, неприятным, трусоватым, интересующимся только сексом и едой (физика не в счет, ибо давно уже молодые годы и пора энтузиазма и открытий позади). А что тут удивительного? А что тут необычного? Так оно и есть. Но этот хотя бы Сопряжение свое открыл, в отличие от подавляющего большинства окружающих, которые точно такие же, как Биэрд, только без премии и без мозгов.
Читать было интересно, знакомство с автором определенно продолжу, отдельный респект ему за такие чудесные описания еды, после которых мгновенно начиналось слюноотделение и хотелось пойти и съесть хотя бы что-нибудь))