Смерть героя

...Утрата двадцатого века огромна: сама Юность. И слишком многих пришлось забывать...

Ноябрь 1918 года. Последние списки погибших в 1-й мировой войне. Среди этих списков - Джордж, герой, который умер. И с этого Олдингтон начинает свой роман. Необычное начало, неправда ли? Смерть героя на первой странице. Главного героя, причем.

Конечно, роман о Джордже. Автор от лица его товарища пересказывает нам всю жизнь Джорджа, начиная с того, как знакомились и женились его родители, и заканчивая, любовными перепитиями героя и его поисками себя. Ну и, конечно, война. На войне прошло 4 года жизни Джорджа. Но роман не столько о Джордже, сколько о войне...

Конечно, роман этот о войне. Первой Мировой Войне, которую так рьяно требовал народ Англии под окнами Букенгемского дворца, скандируя "Вой-на! Вой-на! Вой-на!". О войне, в которую никак не могла поверить творческая молодежь Англии. Война в XX Веке? Такое невозможно, абсурдно, времена варварства прошли! Но не тут то было... Война разразилась и породила потерянное поколение...

Конечно, роман о потерянном поколении. О тех людях, которых война застала в самом расцвете, жизнь которых она оборвала или же разделила на "до" и "после", безжалостно вырвав у каждого 4 года юности, превратив их в 4 года созерцания ада, крови, грязи, смерти. А ведь они только начинали жить... Только начинали рушить традиции Викторианской Англии, отстаивать свое право жить так, как хочется им.

Конечно, это роман о пережитках Викторианства. О той Англии, где сильны пуританские традиции, где женятся, не имея никаких понятий о супружестве, едва лишь вступая в репродуктивный возраст, где детей в семье рождается ровно по количеству половых актов. Где молодые люди искренне полагают, что счастливый брак строится на "ах-любви" и боге. Ричард Олдингтон изливает целые страницы сарказма, описывая жизнь родителей Джорджа, обстоятельства их женитьбы, и стремление к размножению. Можно подумать, что вся жизнь человека сводится к тому, чтобы нарожать как можно больше младенцев... Их полнейшую несостоятельность ни в одной сфере жизни он списывает именно на традиции викторианской Англии.

Это роман о начале XX века. Роман, в котором каждая строчка пропитана ядовитым сарказмом (в первых двух частях), горечью и болью за свое поколение, отчаянной безнадежностью (в последней части, посвященной войне), страстью. Роман, в котором сюжет уходит далеко на второй план: читать тут надо авторские отступления, сюжет - лишь фон и повод высказать свои мысли.

Великолепное произведение! Великое даже. Энциклопедия Англии своего времени.
Автора, безусловно, к дальнейшему прочтению!

Флэшмоб 2012 (6/10).

Так случилось, что в рамках Флэшмоба 2012 мне достались две книги, авторов которых принято относить к так называемой литературе потерянного поколения. Вот только одного из них я знала и читала ещё со школьной скамьи, а о втором ни разу не слышала. Так вышло, что из всего курса мировой литературы в школе, а потом и в институте от «потерянного поколения» остались только Ремарк да Хемингуэй?! И вот сейчас, благодаря ЛайвЛибу и Флэшмобу, восполнен ещё один пробел – теперь я смело могу сказать, что знаю ещё одного прекрасного автора из «потерянных».
А Ричард Олдингтон действительно прекрасен. По крайне мере мне он понравился куда больше Хемингуэя – ну, как-то не сложились у меня отношения с последним. Но речь не об этом. Речь о «Смерти героя». Роман остросоциальный – жёсткий, бескомпромиссный, страстный, яростный и до ужаса правдивый. «Избавьте мир от вздора!» – кричит автор с каждой страницы. И боже, как же он прав! Как он актуален! Как он мудр! Да нет же, это не может быть написано почти 100 лет назад! Ну как же так? Неужели с тех пор ничего не изменилось? Неужели никто не услышал, не принял к сведению, даже не попытался?! Нет. И более того, по сведениям Википедии антивоенные романы Олдингтона «до сих пор замалчиваются официальным английским литературоведением».
И что же дальше? Никто из нас не застрахован от того, что завтра начнётся война и всем нам объявят: «Вы рождены для того, чтобы вас убили»? И мы тоже станем тем самым потерянным поколением – поколением, потерявшим на войне друзей, веру в разум, надежду на будущее, желание наслаждаться жизнью и даже любить?! Что же нужно для того, чтобы прекратить бессмысленные войны и нелепую вражду?! Кому дать почитать «Смерть героя», чтобы однажды все, от кого это зависит, сказали: «Избавим мир от вздора!» Наступит ли это «однажды»? И сколько ещё нужно таких книг, чтобы оно всё-таки наступило?

Скажу сначала, что это - самая злая книга из всех, что когда-либо были у меня в руках и тем более самая злая из тех, что я когда-либо читал. И сначала я не понимал, к чему вся эта агрессия, весь этот гнев. Но по мере прочтения романа начинаешь понимать, что гнев и злоба направлены не на читателя, а на неисправный, неправильный мир, что это отповедь ветерана войны политикам, начавшим эту самую войну за то. Это агрессивное повествование придаёт намного больше живости истории, больше правдоподобности. И это не случайно - ведь всё описанное Олдингтон видел собственными глазами. Весь роман в сути своей - один сплошной гнев, отчаянный, слепой и, по большей части, бессильный. Всё это можно сравнить с попыткой одного человека обернуть реку вспять.
Весь опус очень точно передаёт атмосферу бессилия одного человека в системе. Но, помимо этого, также и рассказывает о роке, о безысходности и в какой-то мере о бессмысленности самой войны. Это и есть настоящая история "потерянного поколения".
Лично я бы рекомендовал прочесть эту книгу каждому, как это сейчас называется - мастрид. Не особо люблю навязывать что-то кому-то, но этот роман я крайне рекомендую к ознакомлению. Единственная проблема - его очень сложно найти в книжных магазинах, издают его крайне неохотно.
Но в библиотеках он должен быть.

В этой книге зачем-то существует пролог. Сначала нам рассказывают историю кратко, а затем все то же самое - подробно. Я кайфовала от пролога и думала, что будет нечто другое в самой истории, может больше личности рассказчика. Меня как будто обманули.

И это странное решение с точки зрения композиции, логики, эмоционального накала. Когда знаешь, к чему придет герой, сам путь видится уже не таким ярким.

Так, мы знаем как умрет герой с самого начала. Мы знаем, что его смерть никого особо не потрясет. И потом описывают жизни его предков, жены и любовницы так словно пролога и не было. Финала вроде и нет, потому что все сказано в начале, и остается обида на автора, что книга не дает тех эмоций которые могла.

Наверное, странно рассуждать так поверхностно, если принять во внимание тему книги. А тема книги потрясающая - она против войны, против глупости и против уродства. Она великолепно написана - сарказм первой части и журналистская точность последней пробирают до костей. И хочется сказать что-то еще, а слов не находится.

Вот только ради последней части и стоит читать этот роман. Начало нагоняло скуку. Сначала мне показалось, что автор пишет с глубокой иронией и сарказмом и хотелось бросить, потому что такой стиль изложения совсем не мое. Дальше пошли бесконечные размышления и философствования и опять заставляла себя читать дальше. А вот часть о войне полностью себя оправдала. Очень увлекательно и насыщенно описана жизнь простых солдат. Погружаешься в этот мир с головой. Особенно при параллельном просмотре документальных фильмов о войне, пусть и не первой мировой, но все же. Очень живо описаны чувства и переживания, картины разрушенной нейтральной полосы, солдаты, которые не видят нормального отдыха и одежды. Только за последнюю часть оценка поднялась настолько высоко.

Шедевр. Не смотря на то, что на войну герой попадает в , скажем так, среднем возрасте, я считаю, что и его юность можно считать ярким образчиком "потерянной" юности. Роман, на ряду с "На западном фронте без перемен" и "Прощай, Оружие!", возглавил тройку произведений "потерянного" поколения по праву победителя. Я считаю, что Олдингтон облачает в сарказм жёсткую правду того времени, но , в то же время, позволяет впечатлительным и ранимым личностям оставаться в , хотя бы относительном, душевном равновесии. 5 из 5 с огромным удовольствием и наслаждением.

Вот так в самом начале книги Олдингтон сообщает читателю, что сам он и все его военное поколение жили в путах «викторианства», которые они пытались разорвать. Затем начинается основной сюжет, где читатель сразу же узнает, что главный герой Джордж гибнет в конце войны, но никого на свете это не трогает, включая его жену, любовницу и даже родителей. Почему так получилось, спрашивает автор? И тут же рассказывает очень длинную историю рода Джорджа, со времен того, как познакомились его дедушка и бабушка. Очень подробно описывается, что брак их был неудачным, но они все равно сохраняли внешний фасад благополучия. Затем наступает черед говорить про родителей Джорджа, и история повторяется один в один. Опять жена-стерва, опять муж-тряпка и сплошное лицемерие.
В какой-то момент начинаешь спрашивать себя: а зачем нам все это рассказывают? Неужели это всего лишь ответ на вопрос, почему никто не стал жалеть погибшего Джорджа? Оказывается, нет. Постепенно действие романа начинает перемежаться вставками размышлений на общие темы. Выполнены они примерно в таком ключе: Джордж садится в карету и мило беседует с подружкой о вопросах свободной любви, потом в разговор вступает некий автор (друг Джорджа, от лица которого пишется книга), который уже начинает отливать в граните философские откровения. А затем где-то страниц через пятьдесят Джордж, когда мы все про него забыли, внезапно из своей кареты выходит.

И тут наконец становится понятно, зачем Олдингтон в книге о войне рассказывает о том, как изменяли друг другу родители Джорджа. Это же фрейдистская теория! То есть логика такая: есть вопрос пола, который замалчивался викторианцами. Отсюда важное следствие – эти фрустрированные викторианцы не могли остановиться в своем лицемерии на этом, поэтому продолжали лгать-лгать-лгать и дошли до того, что развязали мировую войну и отправили на эту бойню молодежь.
Ну хорошо, пусть так. Но буквально в следующем философском отступлении Олдингтон внезапно меняет версию.

Но как?! А куда делись лицемерные викторианцы? Зачем тогда вообще так долго про них рассказывать? И я уже окончательно не понимаю, причем тут половой вопрос.
Так заканчиваются первые две трети книги, а потом ее словно подменяют. Никаких описаний семейных дрязг, никаких философских отступлений. Только скупое описание того, как Джордж попадает на войну, где (вот неожиданность, а мы думали, что везде только викторианцы) встречает простых и честных ребят. Книга вроде бы антивоенная, поэтому должны быть ужасные подробности. И Олдингтон приводит такие сногсшибательные детали: в окопах холодно, кругом вши, постоянно стреляют, иногда травят газами и часто приходится видеть трупы. Нет, я серьезно, это все! Небо синее, трава зеленая. И Джордж не хочет возвращаться домой из окопов! Мне даже стало казаться в какой-то момент, что все на той войне было не так уж плохо.
А потом Джордж становится офицером и так устает, так устает. Ему нужно и посты проверить, и бумаги написать в штабе, и вообще он недосыпает. Поэтому Джордж в конце книги встает под пулеметную очередь. Без каких-либо объяснений причин, так что я, например, остался уверенным, что ему просто надоела бумажная работа.
В общем и целом, цельного романа не получилось. Первая и большая его часть посвящена тому, как изводят друг друга супруги, а последняя часть кратенько пересказывает, что вообще случается на любой войне. Внутренняя жизнь Джорджа остается нераскрытой, а на вопрос, кто виноват в войне, дается десять разных мнений.

И это роман, написанный 100 лет назад? Неужели кто-то мог позволить себе такое? И не просто кто-то, а истинный англичанин, получивший классическое английское образование. И не просто позволить, а едко, зло, безжалостно отхлестать по щекам всё, что было в Англии начала 20 века. Герой, погибший на первых страницах книги. Неожиданно? Не то слово. Но от чего? От пули? Нет, пуля была лишь следствием, убившим тело человека, погибшего много раньше.
400 страниц грязи, пошлости, тупости и безразличия, которые следовало бы назвать «Практическим руководством по доведению человека до края». Причем не просто человека, а человека молодого, энергичного и думающего.
Бросается в глаза контраст между тремя частями, из которых состоит книга. Презрение и сарказм, которыми пропитаны первая и вторая части, рассказывающие о «мирной» жизни нашего героя, семье, друзьях, женщинах, сменяется страхом, болью и гневом, когда речь заходит о войне. Тут уже нет места ни юмору, ни остротам. Закончив книгу я пролистала биографию Олдингтона и убедилась, что была права, он действительно был участником реальных боевых действий. И это чувствуется, всё время чувствуется, что человек прошел, прополз на брюхе, вытерпел и выстрадал всё то, о чем пишет, всё то, что так сильно и откровенно ненавидит. Бессмысленность этой войны, тупость и горе-патриотизм людей, развязавших эту бойню и положивших столько жизней на её алтарь.

Сколько сил нужно приложить, сколько уменья, чтобы вытравить в человеке желание жить? Каким газом надо его травить, чтобы превратить в саморазрушающееся месиво? И сколько их таких, вернувшихся и невернувшихся с войн?
Господи, как же страшно. Как страшно быть винтиком, заметкой на полях, случайной, бесполезной потерей, одной из многих и многих таких потерь, крестом на чужой земле. Не знаю, как вам, а мне, матери, безумно страшно, потому что ничего не изменилось, все мы и сейчас - такие же заметки на полях.
Страшно, пусто, бессмысленно, напрасно и потрясающе написано.
Можно было бы поставить 6, я бы поставила.

Эпилог

Я думал
О несчастных могилах вокруг разрушенной Трои,
И о всех молодых и красивых, обратившихся в прах,
И о долгих терзаньях, и о том, как всё это было напрасно.

Сравнение книг с людьми избито давно, так что даже думать об нем не хочется, но иногда, когда в руки попадает "абсолютно твоя" книга, избежать его невозможно. Если буквально с первых страниц предисловия задумываешься о том, что хочешь безоговорочно принять позицию автора, то разве это не похоже на то, как при встрече с новым человеком вдруг понимаешь, что он тебе глубоко симпатичен? Первое мнение, конечно же, бывает ошибочным, бывает в корне неверным. Чтобы выявить свое заблуждение по поводу человека, нужно провести с ним немного больше времени. Книгу нужно продолжить читать.

Со "Смертью героя" сложилось. Первое впечатление оказалось верным. Размышления Олдингтона, что называется, "в точку". Удивительные все же эти создания, люди. Сто лет прошло, а все же некоторые проблемы занимают их до сих пор. Они преподнесены в другом свете, сформулированы несколько иначе, но суть все равно остается прежней. Поменяйте Джорджу и Элизабет, разговаривающим о вопросах пола и гендера, семьи и отношений, одежду и суньте в руки по гаджету - чем не наши современники? А осуждаемые Олдингтоном крайности, рождающиеся исключительно из-за того, что предыдущее поколение порой бросалось в крайности противоположные? Тоже проблема.

Без части о "мире" невозможно было бы понять "войну". Вполне понятный авторский прием, который он использует для композиции романа (смерть персонажа в самом начале романа забыться вряд ли сможет) работает. Психологизм ведь именно в этом. Уже заранее зная, к чему это приведет, будешь вынужден наблюдать , как все понемногу копится, груз существования становится для Джорджа невыносимым. Он сильная личность, он смог бы выбраться, если бы ему дали еще один шанс. Но даже у сильных личностей есть право отказаться от борьбы. Может, оно и к лучшему. В конце концов, никто не знает, что было бы дальше с Джорджем, но возвращаться в мирную жизнь все равно невероятно тяжело.

Очень и очень злая и язвительная книга. После первой сотни страниц (на моем телефоне) мне стало очень интересно узнать сколько лет было Олдингтону на момент написания книги, и, к моему удивлению. оказалось, что ему уже было под сорок лет. Я был удивлен, так как по тону текста, его бескомпромиссности и безжалостности, судил что автору максимум лет 20-25.
У меня сложилось ощущение, что из всех героев, упомянутых в книге, автор с симпатией относился только к Джорджу, к остальным же... Скажем так легкое презрение - это самый лучший вариант, на который могут рассчитывать единицы среди прочих персонажей. Фанни, Элизабет и лейтенант Эванс - вот, собственно и все счастливчики. Зато каким соловьем разливается автор, когда он описывает пейзажи родной Англии! Этот контраст между яростной ненавистью быка на корриде по отношению к людям и восхищения природой сильно меня забавлял. Неоднократно мне вспоминался недавно прочитанный Йейтс с его сидами в каждой долине и ши на каждом холме.
Меня несколько смутило то внимание, которое автор уделяет взаимоотношению полов. Я понимаю, что в начале 20-ого века этот вопрос стоял куда как более остро и сложно, но мне все время казалось, что герр Фрейд нанес Олдингтону психическую травму почище нанесенной войной. Что забавно,одно из пророчеств Олдингтона сбылось весьма забавным образом. К 60-м годам его поколение как раз стало занимать все основные политические и общественные посты, и именно с ним с таким же жаром боролись битломаны, хиппи, битники и прочий разношерстный народ тех лет.