
Эмма - королева двух королей
Руне Пер Улофсон
4,2
(8)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Рецензия на роман "Эмма - королева двух королей".
Шведский автор Руне Пер Улофсон, начав свою биографию как служитель церкви, стал известен как автор многочисленных исторических романов. Издавал он и сборники стихов и биографии исторических личностей. Но популярным его сделали исторические романы о средневековой Скандинавии, рассказывающие историю этой земли от викингов до Тридцатилетней войны. Он сам писал, что достоверность его персонажем придает тщательная проработка архивных материалов. К сожалению, у нас издали только два произведения, входящие в эту книгу, что очень жаль, поскольку пишет он на редкость славно.
В "Эмме – королеве двух королей" он описывает жизнь удивительной женщины – Эммы Нормандской, правнучки викинга Ролло, знаменитого основателя Нормандской династии. Выданная замуж в шестнадцать лет за короля Этельреда Неразумного, она более пятидесяти лет провела на английском престоле и подле него, как жена двух английских королей и мать еще двух. И уж если сравнивать с кем-то эту незаурядную женщину, то не с голоновской Анжеликой, как в аннотации (они вообще читают эти книги?), а с Алиенорой Аквитанской, которая, как и Эмма, была женой двух королей и тоже обладала не только поразительной красотой и страстной натурой, но и острым умом и государственным мышлением.
Первый муж был старше Эммы на двадцать лет и женился на ней в надежде, что родство с ее нормандскими родственниками избавит Англию от опустошающих набегов викингов. Не в состоянии противопоставить им военную силу, он платил выкуп датским конунгам, те самые «датские деньги», сбор которых довершал разорение, причиненное самими набегами. Как ни удивительно, от распада страну спасло только завоевание ее датским конунгом Свейном Вилобородым. Его наследник Кнут, прозванный позже Великим, стремясь закрепиться на троне, взял в жены вдову скончавшегося короля Этельреда, а Эмма предпочла молодого мужа вдовьей участи. И хотя новому королю еще не исполнилось и двадцати, он показал себя настоящим государем, восстанавливая разрушенную страну. После смерти брата Харальда он сделается также королем Дании, Норвегии, и даже частично Швеции. И все это время рядом с ним будет Эмма, разделяя его заботы, родив ему двух детей, но не забывая и о собственных интересах и постепенно становясь богатейшей женщиной Англии. Единственным камнем преткновения между супругами окажется первая жена короля Кнута (по версии автора наложница), с которой он не захочет расстаться, и дети которой будут впоследствии претендовать на английский престол. И Эмма со временем отплатит мужу, возобновив любовные отношения с датским ярлом Торгелем, завязавшиеся еще при старом Этельреде. Но в государственных вопросах они по-прежнему будут союзниками.
В романе много сражений, политики и запутанных родственных связей европейских и скандинавских правителей, но это не напрягает, потому что автор пишет об этих страницах древней истории бережно и с любовью. Скандинавская литература прорвалась-таки, наконец, к моему сердцу, ведь невозможно не разделить такую пылкую любовь автора к своей истории.
Сын Кнута и Эммы - Хардекнут не унаследует силу и ум родителей и рано скончается, а трон Англии достанется Эдварду, сыну Эммы и Этельреда, прозванному впоследствии Исповедником. Но кровь неистового Ролло еще раз проявит себя, и в Нормандии на смену бездетному английскому королю вырастет внучатый племянник Эммы - Вильгельм-Бастард, которому еще только предстоит стать Завоевателем.

Руне Пер Улофсон
4,2
(8)

« Хёвдинг Нормандии»
Практически все без исключения книги о викингах - это леденящие душу описания зверств скандинавских захватчиков-мародеров, жестоких грабителей и хладнокровных убийц, не знающих ни жалости, ни сострадания. Несчастные жители, особенно прибрежных территорий, уже смирились с безнадежной неизбежностью постоянной угрозы жизни. "Так было, и так снова будет’’ и потому они живут сегодняшним днем, научившись «ценить каждый спокойный день на вес золота». Викинги появлялись внезапно и ниоткуда, как стая голодных волков, резала, грабила и уводила с собой тех, кого можно было продать. Люди были бессильны и беззащитны перед этой стихией и все, что им оставалось, это искать защиты у своих духовных пастырей, всегда призывавших их к смирению и покорности и угрожавших божьим наказанием за любой грех. Да только вот и о спасении души некого было просить. Автор с горечью отмечает, что местный епископ сбежал, бросив свою паству, спасая свою шкуру. «Он вместе с женой, детьми и наложницами перебрался в более безопасные края». Церковь прогнила изнутри, отравляя души страждущих смрадом и ядом, годами копившимся за стенами сверкающих золотом соборов.
Рассказчик, несомненно говорящий голосом автора, принявшего сан, и сам знает, что служители церкви погрязли в грехе и пороке и знаком со вей этой церковно-монастырской кухней изнутри.
Беззащитные жители, в основном женщины, призывали всю свою изобретательность и смекалку и удачно вели с врагом преимущественно биологическую войну, находчиво используя против врага всегда имеющиеся в изобилии отходы жизнедеятельности. Описания неконвенциональных способов ведения боя и защиты, вызывают улыбку, но уж слишком они, однако, откровенные и натуральные.
После описания набега викингов, крови и смерти, настает время романтики и великой любви, возникшей между плененной дочерью франкского графа и предводителем норвежских захватчиков ярлом Ролло. Несмотря на унижение во время «оценки товара», через которое ей пришлось пройти, как это видно на обложке книги, девушка не испугалась, а наоборот почувствовала непреодолимое влечение к гиганту-скандинаву. Немного непривычно читать как мужчина описывает страсти и чувства женщины в объятиях мужчины. Мне показалось, что это все же лишь то, что кажется мужчинам в момент обладания женщиной и чего бы им хотелось. Интересно, насколько обширен и глубок сексуальный опыт священника? Хотя шведы как протестанты возможно не требовали принятия обета целибата от своих служителей церкви.
Рассказчик упоительно и восторженно описывает деяния Ролло, справедливо отдавая ему должное и дань уважения за все его достижения за долгую и полную событий жизнь. Но в голосе рассказчика слышатся и отголоски автора-скандинава, чувствующего гордость за великого земляка.
И не без основания. Ролло вошел в историю как мудрый и справедливый правитель, реформатор и отец народа, радевший о его благополучии и достатке, непримиримый и нетерпимый поборник исполнения законов. Ролло, настоящий двигатель прогресса, построил в Нормандии Град Божий, рай для своих подданных , положив начало совершенно новой общности людей, не скандинавов и не французов, создав некую новую субстанцию, впитавшую в себя переселенцев и изгнанников, язычников и христиан, бывших грабителей-викингов и оседлых крестьян, мастеров и ремесленников, собранных отовсюду для строительства и создания новой жизни.
Как служитель церкви рассказчик, а за его спиной и автор, описывают сына Ролло Вильгельма еще более восторженно, с любовью и упоением и даже с умилением. За его благонравие, благопристойность, праведность и религиозный пыл его даже сравнили на страницах книги с Иисусом Христом, а Нормандию с Землей Обетованной.
Небольшое милое произведение. Несколько сумбурно, с излишне витиеватыми отступлениями и комментариями рассказчика, хотя он, вроде как и сам, понимает это и сетует на свою невоздержанность и болтливость, но ничего с этим поделать не может. Повествование, однако, очень неоднородно. То что-то вроде любовно-романтической мешанины, полной слез, вздохов, смятения чувств и плотских утех, описанных очень подробно и с множеством деталей. В такие моменты рассказчик, лицо духовное, начинает даже изъясняться в игриво-шаловливом стиле прожженного и многоопытного пройдохи, Дон Жуана и ловеласа. И тут же без перехода автор вдруг начинает выплескивать на читателя сухое, но достаточно краткое и отрывистое перечисление исторических фактов.
Есть несколько исторических нестыковок и проблем перевода. Ну никак не верится в совершенно невероятную историю с похищением трупа Ролло, напоминающей плохой боевик. Да и конец какой-то непонятный и резко обрывающийся, как будто должно быть продолжение. Но его, к сожалению, нет, насколько я понимаю.
Имя героини в исторических источниках Поппа де Байё (фр. Poppa de Bayeux), а не Пола, и название ее родного города Бауэкс -это тот самый Байё, в котором был создан и хранился знаменитый гобелен, повествующий о последних англосаксонских королях Англии, Эдуарде Исповеднике и Гарольде, и великом потомке герцогов Нормандии Вильгельме Завоевателе и его водружении на троне Англии через 150 лет после описываемых здесь событий. Об этом гобелене подробно рассказано в романе «Гобелен» Кайли Фицпатрик.
Далее.
Компас был изобретен в Китае и впервые упоминается в 1044 году, в Европе он стал известен лишь в XII—XIII веках. Так что вряд ли шестнадцатилетняя провинциалка Пола в 911 году могла ссылаться на компас при определении сторон света.
Термин «будуар» появился во французском языке лишь в XVIII веке.
Следующая цитата вызвала у меня недоумение: «Паоло рассказал мне про старейшую королеву Брюнхильду и про то, как королева Фредегунда погибла за веру, привязанная к двум диким лошадям и разорванная на части». Ну, во первых, это сын Фредегонды приказал привязать извечную соперницу своей матери старую королеву Брунгильду к хвосту лошади. И наказание это она понесла не за веру, а за интриги и козни.
К сожалению об этой удивительной и любопытнейшей эпохе, жестокой и смертоносной, но одновременно завораживающей и судьбоносной, как мне кажется, практически нет художественных произведений, основанных на исторических фактах. Ну разве что специфические дамские романы о средневековой любви Симоны Вилар, глянцевые и искусственные , как и ее имя.

Руне Пер Улофсон
4,2
(8)

Рецензия на книгу «Эмма- королева двух королей».
Книга со всеми ее недостатками, о которых позже, довольно точно соответствует истории. Во всяком случае тем не очень богатым и объективным сведениям о событиях, происходящих тысячу лет назад. О самой королеве Эмме можно судить в основном на основе дошедшего до наших времен подлинного, но слащавого панегирика «Похвала королеве Эмме», сочинения заказного, отцензуренного и полностью рекламного. Поэтому в этом славословии о королеве говорится в превосходной форме, с восхищением и благоговением. Объективность очевидно не самая сильная сторона этого труда. Автор романа подробно описывает в своей книге создание этой «похвалы» и замечает, что Эмма не заставляла сочинителя явно лгать и перевирать события , просто часть фактов не упоминалась или упоминалась частично, возможно в выгодном для королевы свете и в удобной интерпретации.
Автор неспешно, подробно и интересно представляет полную событий, горя и счастья(иногда недолгого и грустного), неспокойную и бурную жизнь, которой с успехом хватило бы на несколько нескучных жизней, симпатичной, но довольно своенравной и вольнолюбивой сестры нормандских герцогов. Эмма познала много горестей и печалей, утрат и унижений, но и испытала настоящую любовь. Часть этих несчастий произошли по ее собственной вине, из-за алчности, мстительности,зависти и кучи других человеческих грехов. И все же их было слишком много и их тяжесть несоразмерна с ее недостатками и виной. Параллельно со знакомством с Эммой, автор переносится через пролив и описывает положение королевства на противоположном берегу Ла-Манша. В это время в Англии правил король Этельред, или в дословном переводе король «Добрый совет». Перед нами предстает нерешительный, безинициативный и неуверенный в себе правитель, с детских лет привыкший к сильной и властной руке своей матери, годами подавлявшей все его порывы и желания и решающей за него, мечущийся из одной крайности в другую, внимая красноречивым политическим интересантам с подкупающей внешностью и далеко идущими планами на свой счет, игнорируя дельные, но неудобные решения и мнения, отдаляя мудрых и трезво мыслящих людей и окружая себя никчемными фаворитами. Автор очень ярко и подробно описывает также и придворный гадюшник, вечный как мир. Приближенные к королю всех рангов меняют свои мнения и интересы, как перчатки, и с легкостью нарушают клятвы верности, изменяя своему сюзерену, без зазрения совести предавая его, а когда ветер меняется, то потупив взор и чуть повинившись припадают к царственной ручке и получив прощение и отпущение грехов, вновь свято блюдут свои интересы. Одним из таких фатальных решений, подброшенных королю, было истребление датчан, дабы напугать и отвадить. В день святого Брайса/Бриктия, Этельред устроил резню датчан, живущих в Англии, прообраз будущей Варфоломеевской ночи. Удивительно, что часто эти кровопролитные карательные акции в истории человечества самым циничным образом назначаются и происходят в дни памяти святых великомучеников, вроде как отдавших свои жизни на благо других и во славу торжества милости Божьей. Вопреки наивным ожиданиям это наоборот спровоцировало нападение Свена I Вилобородого, следующего правителя Англии. В итоге по описанию автора это был удивительно неудачный и неудачливый король, практически разоривший английское королевство и потерявший значительную часть его территорий. Действуя как Бог на душу положит, а что он там положил и еще положит никому неизвестно, он становится полным посмешищем у спокойно разгуливающих по английским просторам норвежцев, без особого труда покоряющих брошенные на произвол судьбы беззащитные города и потерявший всякую волю к сопротивлению и неспособный не только атаковать, но и защищаться народ.
Великий английский сатирик Уильям Теккерей очень здорово высмеял горе-короля, не умеющего оценить ситуацию и действующего или с безоглядной и непродуманной жестокостью или же наоборот по принципу «шапками закидаем». Позвольте процитировать этот замечательный, короткий, но очень образный памфлет.
ЭТЕЛЬРЕД, КОРОЛЬ АНГЛИЙСКИЙ,
"МОРНИНГ ПОСТ" ЧИТАТЬ ИЗВОЛЯЩИЙ
Сидел король английский, могучий Этельред,
И, чаем запивая, на завтрак ел омлет,
Он ел омлет и шелестел страницами газет.
И в "Морнинг пост" прочел он, что в Маргете туман
И что туда двадцатого приплыл, неждан-незван,
Датчанин Свен с пехотою и конницей датчан.
Король хихикнул: "Он паяц, я это знал всегда,
А Маргет для паяца - местечко хоть куда".
Ох,- молвил канцлер,- как бы он не прискакал сюда!"
Загоготал тут шут Витфрид: "Ах, ах, какой герой!
Он заяц, а не волк морской, датчанин твой лихой!"
Но канцлер, муж мудрый, лишь покачал головой.
"Пускай прискачет,- рек король, разжевывая корку,
В земле английской припасем мы для зайчишки норку".
Ох,- молвил канцлер,- как бы он тебе не задал порку.
Бог знает,- канцлер продолжал,- останемся мы живы ли.
Немедля к Свену-королю герольду ехать ты вели:
Нет в Маргете, так в Рамсгете пусть ищет или в Тиволи".
И взял герольд тотчас же билет на пароход,
И в Маргете стал спрашивать он весь честной народ:
"Скажите, люди добрые, где Свен-король живет?"
А Свен меж тем пошел гулять на брег морской песчаный.
Шагал он, вслушиваясь в гул прибоя неустанный.
Шагал он в желтых шлепанцах со всей своей охраной.
"Уехать мне,- так Свен сказал,- нельзя: течет мой бот".
Герольд в ответ: "Перевезет тебя английский флот".
Я не желаю уезжать",- упрямо молвил тот.
Вот в такие непростые условия и попадает шестнадцатилетняя сестра герцога Нормандского Эмма.
Колючая Роза Руана, а еще ее называли и дикой кошкой, была далеко не кисейной барышней, а ее длинные и острые шипы больно кололись и царапали. Она обожала верховую езду, безудержно гоня своего резвого скакуна по бескрайним просторам Нормандии, отдавая себя на волю ветра и забывая обо всем. Эта выросшая в любящей семье любознательная и пытливая сорви-голова, эмоциональная и вспыльчивая, энергичная и амбициозная, своенравная и властная, упрямая и решительная, не умеющая порой сдержать свои порывы, безудержные и не всегда обдуманные, была принесена в жертву политическим планам своих братьев и отправлена через канал прямо в объятия короля, неудачливого и никчемного, вдвое старше себя, раздраженного отца одиннадцати детей, имен и возрастов которых он был не в силах произнести без шпаргалки. Жизнь во дворце с неуравновешенным и грубым мужланом очень быстро обломала мечтательную нормандку, превратив ее в жесткую, расчетливую и целеустремленную волчицу, твердо идущую к своей цели. Кроме сильного и твердого характера молодая королева с удивлением обнаружила у себя незнакомые ей доселе качества иного свойства. Оказалось, что она очень пылкая, чувственная и страстная женщина, иногда идущая на поводу чисто физиологических влечений и желаний, подчиняющих ее волю и определяющих ее поступки. Так, не в силах справиться со своими чувствами, она испытывала неуправляемое плотское влечение к врагу, жгущему и грабящему ее страну, убивающему ее подданных, а именно к Торкелю, на тот момент посланнику новержского конунга Свена Вилобородого, жаждущего кровной мести; у нее были неодобряемые ни Церковью, ни законом отношения с собственным пасынком, пусть он и младше нее всего на пять лет; потом был ярл Ульф и священник Стиганд, будущий епископ , младше ее чуть ли не на 30 лет. К сожалению и Эмма оказалась жертвой ужасной и унизительной для женщины ситуации, когда за все надо расплачиваться собственным телом, даже сидя на королевском троне, и цена не меняется с сотворения мира.
Автор уделяет немалое внимание и описанию очень тревожного положения в королевстве. Непрекращающиеся набеги викингов совершенно обескровили мощное когда-то королевство Альфреда Великого. Автор с болью описывает как народ, вынужденный платить годами и поколениями непосильные налоги и выкупы данам, обеднел до последней черты, хозяйства пришли в запустение и не приносили никакого дохода, а болезни и эпидемии, вызванные разрухой, довершали жестокое истребление несчастных подданных несчастного в своем бессилии и беспомощности короля Этельреда, бесславного потомка короля Альфреда. Автор рассказывает, как неведающая обо всем этом королева, лишь страдающая от невыносимого запаха и вони, не углубляясь в причины этих бедствий, лишь случайно увидела своими глазами тот ад, в котором жил ее народ. До этого она не интересовалась бедами простолюдинов, удивляясь, почему они ходят босые и носят обноски. Ну, наверное, потому что лето и тепло. Описанные страдания и лишения, подробности которых леденят кровь своей жестокостью, ошеломили не только королеву, но и вызывают ужас у читателей.
Несчастная Англия задыхалась под постоянным господством данов. Положение усугублялось невиданной доселе чехардой королей, превративших королевскую власть в «музыкальные стулья». Власть менялась в мгновение ока, бывшие союзники и соратники, не особо мучаясь угрызениями совести, спокойно резали своих бывших сподвижников, ну а страдал, как всегда, несчастный обездоленный народ, которого грабили и жгли те, кому он присягал вчера. Вынудив Этельреда искать приюта у родственников жены в Руане, на английский трон водрузился норвежец Свейн, но он недолго просидел на нем и совершенно неожиданно умер. В связи с этим обнадеживающим событием пригорюнившийся было Этельред- «бывший» с радостью вернулся греть осиротевший трон, но не тут-то было, и он тоже вскорости отошел в мир иной. Бездарного отца сменил более решительный и способный сын Эдмунд и у английского народа появилась надежда на более спокойную и тихую жизнь. Но у короля Свейна был сын Кнут, считающий, что он законный наследник законного английского короля. Страсти накалялись и Эдмунд и Кнут вели непримиримую борьбу за взаимное уничтожение, пока и Эдмунд, проправив всего несколько месяцев, не присоединился к своему недавно почившему отцу. А что предпринимает в этой обстановке предприимчивая Эмма, наша соломенная вдовушка? Она недолго оставалась невостребованной на ярмарке невест и чтобы не ходить далеко, не менять квартиру и не учить новый язык, она предусмотрительно возвращает все на круги своя и вновь водружает на свою сообразительную головку не успевшую запылиться свою же корону королевы Англии, выйдя замуж за молодого и неотесанного Кнута, предвкушая как она будет держать его в руках и направлять его буйную энергию в нужном ей направлении. Воистину нет преград изощренному женскому уму и предприимчивости. Хотя оказалось, что по свидетельству автора, это был довольно счастливый брак для обоих, включая взаимную поддержку и уважение и буйный и успешный секс. Особенно после ссор из-за измен и припадков ревности.
По ходу сюжета поддерживаемая молодым и отнюдь не скаредным мужем Эмма без оглядки окунулась в восстановление и украшение любимого Винчестера, поддержку и развитие искусств и ремесел, книжное дело и даже начала высказываться в лучших традициях гуманизма, ратуя за отмену рабства и улучшение жизни бедняков. Она с головой окунулась в управление своим имуществом и наследством покойного мужа, совершенствуя систему и, когда надо, в корне меняя ее. И результаты всех этих реформ не замедлили предстать перед довольными и полными гордости глазами королевы-реформаторши. Но став вновь королевой, она перестала быть матерью своим детям от Этельреда, которых никогда не любила, не чувствовала какой-либо привязанности и никогда по ним не скучала во время их вынужденной ссылки в Нормандии у своих дядюшек. Всю свою нелюбовь к мужу она после его смерти перенесла на его несчастных детей. Самое главное, что по словам, вложенным автором в уста любвеобильной Эммы, она сама признает, что не чувствует никаких теплых чувств и чувств вообще к свои детям и очень хорошо и удобно, что они сосланы в Руан через пролив, и не нужно о них не только заботиться, но и вспоминать. Можно ли такое понять и простить? Сын ее, будущий король Эдуард, не забудет и не простит.
Иногда создавалось впечатление, что автор в силу своего «датского» происхождения разрывается между приверженностью истории и своей скандинавской гордостью и верностью предкам. А король датчанин Кнут, которым автор откровенно любуется, был и по историческим свидетельствам очень прогрессивным и мудрым королём после череды откровенных неудач.
В силу своего теологического образования автор обильно цитирует Старый и Новый Завет и толкует отдельные места, хотя и позволяет своим героям некое вольнодумство и сомнения в отношении религии и ее догм.
На протяжении всей книги очень утомляют запутанные и витиеватые родственные связи, с которыми автор упорно пытается познакомить читателя, обилие имён и мест и просто голова идёт кругом кто кому свояк, деверь, племянник и брат. Все королевские дома в Европе так или иначе связаны между собой сложными матримониальными взаимоотношениями, у всех одинаковые наследственные имена и поди разберись с этой «игрой престолов».
Если с исторической точки зрения к автору нет никаких претензий, то вот ужасно раздражает зачастую слишком уж шаловливый тон, интимные подробности и прозрачные намеки. Все это непривычно слышать из уст служителя церкви, даже если и в прошлом- из биографии не понятно, особенно когда он говорит от имени женщины. Особенно, если это богатые и разнообразные познания в области плотских утех, физиологических процессов и терминологии на уровне низкопробного фольклора, фривольное и уже набившее оскомину сравнение округлых холмов с грудью женщины и множество других подобных обывательских штампованных пошлостей. Даже детям автор вкладывает в уста вульгарные и непотребные выражения сексуального характера, более естественные в кабаках в устах подвыпивших простолюдинов. Королева и ее подруга монахиня вместе читают пособие для исповедников в назначении наказаний и искуплений, и автор вместе с ними смакует список плотских грехов, самого порнографического характера, в которых он как оказывается, неплохо разбирается. Цель этого подробного и совершенно излишнего экскурса в физиологию совершенно непонятна и никак не связана с сюжетом. Вся эта ,опять же только на мой взгляд, пошлая клубничка совершенно неуместна в добротном историческом романе, очень раздражает и непоправимо портит впечатление.

Руне Пер Улофсон
4,2
(8)

...Был ли Кнут хорошим королем? Да, одним из лучших в Англии. Так Господь мог действовать через человека: грубый завоеватель вновь поставил Англию на ноги и позволил церкви приумножить свою силу и власть. Эмма Нормандская сыграла в этом не последнюю роль.












Другие издания

