Человек, который смеется

В общем, приходится выбирать: либо быть ученым и худеть, либо быть ослом и пощипывать травку.

Есть злые насекомые, которые жалят, не только не извлекая из укуса никакой пользы для себя, но даже зная, что сами умрут от этого.

Нет ничего лицемернее слов, с которыми в иные минуты человек обращается к самому себе.

всему свету приятель и никому не товарищ.

Чтобы создать свое благополучие?
Нет.
Чтобы разрушить благополучие других.
Это гораздо приятнее.

Мария Стюарт играла веером, Елизавета – топором.

– Как досадно, что я должна выйти замуж за лорда Дэвида: мне хотелось бы только быть влюбленной в него!

Иногда моряк, натягивая снасти, предназначенные управлять ветром, оставляет один узел свободным, для того чтобы его затянул сам ветер. В этом проявляется глупость урагана и глупость народа.

Разве в чрезмерном подчеркивании своей самоотверженности и честности нет большой доли тщеславия?

Порою ничто не производит такого удручающего впечатления, как бой часов.

Бодрствующий человек проходит по спящим улицам точно сквозь мглу чужих сновидений, безотчетно сопротивляясь натиску наступающих на него призраков... Это и есть то состояние, которое называют беспричинным страхом.

В неподвижности кроется что-то неумолимое.

Во мраке бездны бывают иногда такие мгновения райского блаженства, служащие лишь подготовлением к чему-то иному.

...это существо способно нравственно опуститься до уровня дикого зверя, пасть ниже тигра или возвыситься над обыкновенными людьми. Такой душевный хаос вполне возможен.

Представление об окружающем служит нам вожатым.

Жить другим человеком опасно. Эгоизм — самая надёжная основа счастья.

Будь сумасшедшим, если тебе так нравится… Это — право каждого из нас