Машина часу

Один из трёх самых знаменитых романов Герберта Уэллса, в его "великую тройку" вошли: "Машина времени", "Война миров" и "Человек-невидимка". И каждый из этих романов стал в некоторой степени родоначальником нового направления в научной фантастике. В то же время последний из них можно назвать самым сильным в психологическом аспекте, потому что именно исследование психологии человека, оказавшегося в непростой ситуации, спровоцированной его открытием, представляет даже большую долю этого романа, нежели непосредственно фантастическая составляющая.

Изначально главный герой - доктор Гриффин - не был законченным злодеем, хотя его одержимость наукой и проявляла в нем некоторые не самые приятные черты, но все же, до морального монстра ему было далеко. Первый звонок прозвучал, когда его безответственность в финансовых вопросах, ему требовалось все больше денег на опыты, довела до самоубийства его отца. Но, даже это можно было бы списать на фатальную неопытность, если бы Гриффин испытывал раскаяние, однако он обошелся без угрызений совести, настолько он был поглощен созданием своего аппарата, делающего человека невидимым.

Он добился своего, став своим собственным подопытным. Для того, чтобы полностью сделать тело невидимым, нужно было, чтобы это тело принадлежало альбиносу, Гриффин как раз и был оным. Но торжество победителя очень скоро перешло в страдания изгоя, потому что условия существования в обществе в невидимом теле, сделали из Гриффина абсолютного маргинала, которому пришлось самым настоящим образом выживать.

Несчастья посыпались на него одно за другим, а он, под их давлением, обнаружил довольно нестабильную психику человека импульсивного и невыдержанного. Всё это приводит к озлоблению "невидимки", к самой настоящей ненависти к представителям человечества, которые его воспринимают как врага. Отсюда появляется комплекс безумного профессора, который в ХХ веке будет обыгран в сотнях книг и фильмов, который выражается в желании захватить власть над этими "бездарными и глупыми людишками". Так что и в создании этого харизматического образа Уэллс тоже был пионером.

Как известно, у Гриффина ничего не получилось, его конец был закономерен, его забила до смерти разъяренная толпа. Общество продемонстрировало свою дремучую нетолерантность, не будучи готовым принять на равных иного человека. не такого как все, а сам изобретатель тоже оказался не готов нести бремя ответственности за свое изобретение. И логично, что записи Гриффина не достались Кемпу, который мог бы в них разобраться, а так и остались у необразованного Томаса Марвелла, который был озабочен более прагматичной целью - воровать, будучи невидимым, но ни черта не понимал в каракулях своего бывшего хозяина.

Что касается самой идеи, обыгранной Уэллсом, ученые сходятся в том, что подобная невидимость в принципе невозможна. Дело в том, что преломляемость воздуха непостоянна, а показатели тела человека относительно более стабильны, из чего следует, что даже, если бы что-то подобное было реализовано, то человеческое тело не успевало бы подлаживаться под изменения влажности, конвекции и температуры окружающего воздуха, и эффект полной невидимости достигнут не был бы.

А кроме того, человек, у которого бы полностью отсутствовала пигментация сетчатки глаз, оказался бы абсолютно слепым сразу по двум причинам: его колбочки и палочки не смогли бы поглощать свет, а хрусталик не смог бы его преломлять - невидимый человек сам ничего не в состоянии увидеть.

Но, мы - читатели, можем смело проигнорировать эти "высоколобые" замечания, поскольку для нас важнее не сама возможность такого открытия, а судьба человека, в принципе опередившего время, и ставшего жертвой собственной гениальности.

Помню, как я застывал от восторга и ужаса над страницами этого романа, мне было тогда 11 лет. Такое погружения в описываемые события и сопереживание рассказчику, я испытывал в детстве только два раза: читая "Остров Сокровищ" Стивенсона, и вот этот роман Уэллса.

А это говорит о том, что английский фантаст владел очень убедительным языком, ладно мальчишку среднешкольного возраста провести, но ведь на его искусстве внушать страх попадались целые страны. Известна история с радиопостановкой 1938 года, осуществленной однофамильцем автора по имени Орсон. Радиоспектакль начинался без предупреждения как прямой репортаж о якобы реально происходящих событиях, тогда американцев, поверивших диктору, постигла паника. И пусть потом выяснилось, что на самом деле паника была не такая уж и большая, что её размеры были умышленно раздуты газетчиками, которые таким образом пытались бороться с конкуренцией радио, но через 11 лет - в 1949 году - история повторилась в Эквадоре, тут, купившиеся на провокацию эквадорцы, бросились громить радиоцентр, не обошлось без трупов - шесть человек погибли.

Правда, я, притащив из школьной библиотеки давно вожделенную книгу, всего этого тогда еще не знал, поэтому ужас, пережитый мною, был совершенно естественный, помню, кульминация наступила, когда герой-рассказчик прячется в куче угля, а марсианин ощупывает его ботинок. Наверное, я тогда совсем забыл дышать.

Однако, все хорошо в свое время, прочти я роман Уэллса на несколько лет позже, и ничего подобного со мною бы не случилось. Я пробовал перечитывать самые "экшновые" места уже будучи взрослым, и ничего близкого, к пережитому в детстве, не испытал.

То, что Уэллс стал первопроходцем темы инопланетного вторжения, это сегодня известно любому знатоку фантастики. Тема эта оказалась крайне плодотворной, была подхвачена несколькими сотнями авторов, некоторые из которых пытались писать вариации именно на уэллсовский сюжет, взять тех же Стругацких с их "Вторым нашествием марсиан", или Лагина, того, который написал "Хоттабыча", была у него повесть "Майор Велл Эндъю", главный герой которой становился предателем землян, переходя на сторону марсиан.

Кстати, про марсиан! В этом вопросе Уэллс тоже предстал первопроходцем, вопросы биологии, физиологии и психологии инопланетных захватчиков, он рассмотрел первым и предложил свой вариант. И надо сказать, что он мог бы пойти по более тривиальной дорожке, однако, его находки про пищеварительную систему марсиан, двигательные особенности, телепатические способности - оказались довольно оригинальными.

Но оригинальнее всего Уэллс решил проблему победы землян в первой межпланетной войне. Особенно актуально вариант его решения звучит сегодня, на фоне борьбы с коронавирусом. Ведь люди не смогли справиться с марсианским вторжением, армия была разбита, казалось, что помощи ждать уже не от кого, а она как раз и подоспела. И от кого, от тех, кого мы извечно считали своими врагами - от микроорганизмов, носителей заболеваний, тех же вирусов. Вот так, те, кто преследовал и угнетал нас - землян, сослужил нам верную службу, расправившись с нашими самыми страшными врагами, у которых не оказалось иммунитета к земным инфекциям. Тем самым микроскопические "земляне" доказали всем: и "большим" землянам и инопланетным агрессорам, кто на Земле настоящий хозяин.

Конечно, в таком авторском решении много допущений, которых, случись нечто подобное в реальности, скорее всего, не оказалось бы. Тот же расчет на то, что организмы представителей иной биологии окажутся пригодными для паразитирования в них земных микроорганизмов, выглядит крайне малоубедительным.

А вот на что я обратил внимание, так это на срок хозяйничания марсиан на Земле - 21 день, классика инкубационного периода большинства вирусных зараз: от двух до трёх недель. Так что хочется предупредить всю инопланетную погань - не суйтесь к нам, у нас на вас всех вирусов припасено.

Прочитать "Войну миров" Уэллса — то же самое, что увидеть самую первую курицу, вылупляющуюся из самого первого яйца. На сегодня некоторые его произведения могут показаться по-старомодному наивными, затянутыми, даже чуть-чуть тяжеловесными, но потрясающие фантастические идеи до сих пор порождают множество подражателей. "Война миров", впрочем, не тяжеловесная.

В конце XIX века начинается астрономический бум вокруг Марса — подходит время великого противостояния, и открытия насчёт красной планеты сыплются одно за другим. А тут ещё брат Уэллса подкидывает ему вскользь идею романа про вторжение инопланетян. Как тут устоять писателю с богатой фантазией? В благодарность несколько глав романа Уэллс отводит брату главного героя, проводя параллель со своим советчиком. Приятное увековечивание, хотя на тот момент нельзя было сказать, будет ли роман пользоваться популярностью. Всё же тема совершенно неизведанная.

Сюжет романа, думается мне, знаком всем и каждому. На Землю высаживается инопланетный корабль, затем ещё 9 штук, оттуда вылезает мечта образованного японца — высокоинтеллектуальный мозг с тентаклями. Автор заодно подстёбывает тех, кто ставит интеллект превыше всего. Интеллект интеллектом, а душа? Прибывшие марсиане привычными нам эмоциями не обременены, а к людям вообще относятся, как к кроликам: кушают и стреляют, кушают и стреляют, а некоторых разводят на откорм. Некоторые усмотрели тут аналогию с колонизаторскими поползновениями Англии и с нашим доброчеловеческим отношением к природе. Что ж, вполне возможно, что она есть.

Впрочем, линия про самих марсиан как раз не кажется мне наиболее интересной. Любопытнее всего, как на протяжении всего романа ведут себя разные люди. Ситуация, мягко говоря, критическая (хотя тут немного непонятно — вроде как Англии крупно не повезло и все корабли пришельцев запульнулись именно в неё, но почему-то говорится о захвате марсианами всего мира. Хотя, возможно, для англичанина Англия и есть весь мир =). И в этой критической ситуации среди паники люди, поставленные в экзистенциальную ситуацию, во всей своей красоте и/или неприглядности. Священники сходят с ума, военные предаются мечтам о пони и радугах, которые им кто-то поднесёт на блюдечке с голубой каёмочкой. Ну и заодно идеям, близким к нацизму, они же военные, а не феи, в конце концов. А главный герой при этом выглядит настоящим статистом, настолько он лишён долбанутости, которую проявляют многие люди вокруг.

После такого романа волей-неволей начинаешь фантазировать, что бы было, если бы агрессивно настроенные пришельцы вдруг высадились на нашу планету сейчас. Как бы отреагировали простые жители, закормленные по горло темой инопланетного вторжения? Наверное, процентов девяносто населения и не пошевелилось бы даже, пока марсиане не начали жмакать их своими тентаклями. Да и то многие мы после этого сказали только: "Отличный костюм, бро, на маскарад собрался?"

Сложные у меня отношения с Уэллсом. Мне нравится «Страна слепых» – первое, что прочитала у него. «Человек-невидимка» понравился меньше – во многом из-за психологической простоты и слишком уж однозначного (?) сюжета. А теперь «Машина времени» – самый известный роман Уэллса, не знать который несколько... неловко, что ли? Я понимаю, что Уэллс совсем не мой писатель, мы не совпадаем психотипами, меня не увлекают его сюжеты и неинтересны его герои. Но тут включился... эм, перфекционизм читателя? «Как ты можешь не знать этот роман? Он же повлиял на весь жанр, он направил развитие научной фантастики и вдохновлял классиков 20 века!»

Что же, теперь я знаю, о чем «Машина времени». Стала ли я лучше, умнее? Нет. Было ли мне интересно? Отчасти. Язык не повернется назвать книжку плохой. Она, опять же, скорее не моя – и все.

Как и «Человек-невидимка», «Машина времени» – роман простой в самом неприятном (лично мне) смысле. За чтением Уэллса я постоянно ловлю себя на мысли, насколько сложнее могли бы быть его книги, расписывай писатель внутренние переживания героев и рассматривай он разносторонне этические проблемы. Уэллс, конечно, не виноват, что его не увлекал психологизм, он писал об идеях и изобретениях, люди же его, если и занимали, то в быту, а не в писательстве. Этим он мне не нравится. Уэллс больше пишет о том, что вне человека, мне же нравятся всякие Достоевские и Камю, что искали тайны Вселенной в человеческой душе.

Итак, «Машина времени» простой, с точки зрения описания человеческого, роман. Уэллс создал главного героя, который больше раздражает, чем вызывает симпатию. Это изобретатель, который создает машину для путешествий по времени, и при этом он так непрактичен, что кажется немного не в себе. Отправляясь в неизвестное место, с неизвестными условиями, через многие века, главный герой не берет с собой ни запаса еды и воды, ни теплой одежды и удобной обуви, он даже не берет спички и простейшие лекарства, бинты и йод, чтобы оказать себе первую помощь. Люди тщательнее собираются в поход в ближайший лес, а тут человек отправляется через столетия и пространства – и без всего? Конечно же, потом он начнет сетовать, что у него нет спичек и тапочки на ногах плохие. А если бы машина времени сломалась и герой не смог вернуться обратно? Он бы тоже в этих обстоятельствах сомневался, правильно ли не взял с собой спички?..

Картина, рисуемая Уэллсом, впечатляет. Морлоки прекрасны и все такое. Но, опиши Уэллс будущее в эссе, получилось бы лучше – ибо не было бы бесконечно тупящего изобретателя. Поневоле поражаешься, как такой человек мог прожить хотя бы день в неизвестном времени. Хорошо, герой совершил ошибку, явившись в иное время без оружия и припасов. Но и в самом путешествии он совершает странные, глупые поступки, которые бы стоили ему жизни, если бы не воля автора. Возможно, Уэллс считал, что главный герой должен быть неосторожен и поэтому попадать в неприятные ситуации – иначе не будет настоящих приключений! Но я не восхищалась новыми поворотами сюжета, я спрашивала себя и героя, как можно быть таким... несознательным. И это мучило меня почти весь сюжет, не позволяя наслаждаться книгой.

Что же мне нравится в Уэллсе, так это его пессимизм. Большинство хороших писателей – пессимисты. Особенно ценен этот настрой у создателей антиутопий и научной фантастики. У Уэллса настроение схоже с тем, что было у Замятина и Оруэлла. Говоря просто, человечество неизбежно скатится вниз. Не так важно, как это случится. Математически выверенная диктатура Замятина? Тупость и моральная деградация Хаксли? Большой брат Оруэлла? Ядерная война? Вечная зима? Уэллс предсказывал будущую пессимистичную литературу, которая ярче всего раскрылась в 20 веке. Ту самую, в которой человечество увлеченно само себя уничтожает. Уэллс был невысокого мнения о нашей цивилизии (и, возможно, поэтому не любил копаться в нашей психологии). В «Машине времени» он показал, насколько не верит в нас, как в разумный вид. Смотря на происходящее вокруг, хочется с ним согласиться. Если пойдет так и дальше, боюсь, через столетия мы действительно деградируем в морлоков или кого похуже и начнем жрать друг друга. В «Машине времени» нет никакой надежды. В будущем Уэллса вообще нет разумных существ, нет никого, способного на анализ, изобретательство, творчество (если бы во времена Уэллса был телевизор, он бы точно сделал его виной человеческой деградации). Есть лишь высшая каста, которая по мышлению сравнялись с домашними животными, и низшая каста, хищники, которые тоже не отличаются сообразительностью, единственное, что нужно им, – мясо. Обожаю такие картины человеческого будущего ;)

Сейчас откровения Уэллса смотрятся уже немного наивно – из-за общей шаблонности. Но и писалась книга в 19 веке, когда научная фантастика только зарождалась и искала свой путь в большой литературе. Вдохновившись прозрениями Уэллса, в литературу придут новые писатели, которые будут развивать высказанные им идеи и сделают жанр одним из самых сложных (если не самым сложным) в современной прозе. Уэллсу большое спасибо за то, что стал новатором и достойно отстоял пессимизм в литературе, и это во времена, когда жанр стремился к позитиву (…сытые были времена, Первая мировая все изменила). Я же оставляю за собой право не любить, но уважать этого хорошего писателя. Dixi.

Этот роман, как большинство известных романов Герберта Уэллса относится к жанру фантастики. Но, позвольте, как раз фантастики здесь не очень много, да, фантастичным нужно признать допуск того, что с помощью вивесекции можно из млекопитающего одного вида создать представителя другого вида.

Но этот допуск настолько груб, что его нельзя поставить в один ряд с теми изобретениями, которые предсказывали великие фантасты и они позднее воплощались в жизнь. Превращение одного вида в другой, даже, если потенциально и возможно (о технической стороне подобной манипуляции мы пока не имеем представления), то, скорее, это какие-то гормональные и информационные технологии, но никак не хирургия.

Роман же Уэллса мне представляется в большей степени философски-психологическим, в какой-то мере его можно отнести даже к антиутопии. Используя фантастические условия развития сюжета, автор пытается исследовать животную составляющую цивилизованного человека.

На момент написания романа от обоснования Дарвином теории эволюции прошло всего каких-то 30-40 лет. Трудно шло привыкание человечества к мысли о том, что оно не есть продукт разового проявления Божьей воли, а следствие длительной, растянувшейся на миллионы лет эволюции, пусть и по велению Божьему. Принадлежность к животному миру, происхождение от обезьяны, заставляло задуматься о том, насколько животное начало еще присутствует в человеке.

Роман Уэллса именно об этом. Мутанты острова доктора Моро имеют сходные черты с теми животными, из которых их создали. Но и в жизни мы постоянно сталкиваемся с этим феноменом. Как часто мы находим четко проявляющиеся черты какого-либо животного в конкретном человеке. Кому не встречались люди-птицы с острым взглядом, резкими движениями, птичьим наклоном головы. А рыжие остроносенькие мягкие и ласковые дамочки, напоминающие лисичек, очень часто встречающийся в жизни типаж. Попадаются люди напоминающие свиней, зайцев, котов, собак, и даже змей.

И, когда мы хотим подчеркнуть какую-то черту человека, мы часто используем "животные" эпитеты: грязный, как свинья; злой, как собака; ласковая, как кошка; толстокожий, как слон; хитрый, как лис; грубый, как медведь, и еще можно привести массу примеров. Это, ведь, тоже неспроста.

Животное начало присутствует в человеке, а вот, что нужно для того, чтобы оно возобладало над человеческим, и пытается разобраться Уэллс. И он приходит к заключению, что, по большому счету все держится на двух вещах: на боге и законе.

На острове роль Бога играет сам доктор Моро, закон же - запрет на вкушение крови. Когда рушится вера в Бога, когда Боги гибнут, вспомните, именно в эти же годы Ницше провозглашает, что Бог умер, снимается важнейший обруч, сдерживающий животное в человеке. Ведь, Бог - это страх ада (или Дома страданий на острове Моро), это - мораль, формирующая закон. И первые законы от Бога, они фундамент следующих закон, которые уже являются плодом творчества людей, но вектор уже задан.

Так вот, Бог умер, закон нарушен и ничто уже не сдерживает животную сущность, рвущеюся из цивилизованного человека в условиях, когда цивилизация утрачена и главным становится выживание, а в этом деле у животного гораздо больше опыта, чем у человека, вот и выходит звериная сущность на первый план.

Но, есть здесь и вторая линия - гордыня человека-ученого, дерзнувшего вообразить себя богом. Но "люди", созданные им "по образу и подобию своему" настолько несовершенны, зверь настолько силен в них, что такое искусственное общество, состоящее из искусственных людей, обречено на быструю и полную катастрофу. Сотворение себе подобных искусственным путем - не есть дело человека, предупреждает Уэллс. И трудно с ним не согласиться

Странная такая ситуация: с одной стороны, это не первое мое знакомство с Уэллсом, а с другой - всё равно что первое. А всё дело в том, что когда-то я уже пыталась его читать, но только в оригинале - "Зеленую дверь" и еще начинала "Машину времени", но очень быстро сдулась. Думала еще - и за что это его так нахваливают? А вот сейчас нашла в хорошем переводе да с шикарной озвучкой - и поняла, за что.
За атмосферу. Для меня лично атмосфера фантастического триллера в обрамлении всех этих викторианских джентльменов стала чем-то, поистине ломающим шаблоны. Вот представьте такую ситуацию: человека, потерпевшего кораблекрушение, вылавливает небольшая шхуна. Выловить-то выловили, а дальше с ним что делать? Капитан видеть его не хочет, а пассажир забрать его с собой не может - он живет на острове, где явно происходит что-то загадочное. В наше время его бы огрели веслом по темечку - и обратно в море. А здесь - нееет, его вежливо взяли с собой на остров, приютили, обогрели, спасали от всяких опасностей, галантно переубеждали и даже не набили морду, когда он начал по глупости устраивать им апокалипсисы. Для меня это что-то за гранью добра и зла.
А еще очень удивляет, что многие относят это произведение к ужасам. Не знаю, что бы мне пришло в голову в детстве, но сейчас это кажется такой социальной фантастикой. Вспоминается, кстати, "Собачье сердце" Булгакова и главный вопрос. Что делает человека человеком? Что мы получим, если с помощью науки и медицины попытаемся из животного сделать человека? Будет он вести себя, как человек или как животное? А как он будет мыслить? А как он будет взаимодействовать с себе подобными и с настоящими людьми? Какая у него будет личность? И чем является для человека та самая пресловутая "душа", которая вроде бы есть, но ее почему-то не получается найти?
Вот эта философская составляющая производит на современного читателя куда большее впечатление, чем фантастическая - к фантастике-то мы привыкли. Да что тут скрывать - мы и не к такой еще фантастике привыкли. И пусть сейчас Уэллса физически невозможно воспринимать так же, как и в 19м веке, он неизменно производит впечатление. Хочется продолжить знакомство с ним.

Один из самых значимых романов в истории фантастической литературы. Если не считать рассказ Митчелла "Часы, которые шли назад", то это первое произведение, в котором высказывается идея путешествия во времени и дается путевка в жизнь такому увлекательному поджанру, как хронофантастика. Ну, и Уэллсу принадлежит идея создания технического устройства, с помощью которого можно пронизывать временные пласты, он назвал её просто и незамысловато "машиной времени". Название пришлось очень кстати, сколько потом было написано рассказов, повестей, романов и сценариев, в которых присутствовала такая машина, меняя свой внешний вид и принципы устройства и функционирования.

Но у Уэллса получилось создать не просто впечатляющий фантастический роман, но еще и очень яркую антиутопию. Не знаю, заглядывал ли кто-нибудь так же далеко, как он в 802 701 год. Я что-то вспомнить ничего такого не могу.

Будущее землян автор увидел в очень неприглядном цвете - человечество разделено на две биологически разные расы - элоев и морлоков. Первые - потомки имущих классов, хилые и хрупкие, не способные к труду, чем-то они напоминают жителей "дивного мира" Хаксли, но, конечно, более инфантильные, чем те. Вторые - потомки представителей рабочего класса, почему и сохранилась их любовь к машинам и механизмам, живущие в подземельях. В таком подходе автора к будущему человечества явно сказалось знакомство с классовой теорией Маркса, которая в те годы была необыкновенно популярна. Но Уэллс сделал свои выводы и пришел к мысли настолько радикального размежевания классов, что это привело их к появлению двух разных видов постхомосапиенсов.

Скепсис автора настолько силен, что он предвидит вариант того, что один вид будет питаться другим, разводя кормовую породу, как кроликов. Есть в элоях, кстати, что-то от кроликов и от бабочек, беспечные и безответственные существа. Их чувства и интеллект упростились до крайности. Не отличаются интеллектуальностью и чувствительностью и их антиподы - морлоки, выходящие по ночам на охоту на элоев. Кстати, одни боятся темноты, другие - света. Так вот, в морлоках просматриваются черты вампиров - светобоязнь, правда, не только кровь пьют, но и мясо едят, но это уже нюансы.

Пессимистическое видение будущего человечества доходит у Уэллса до того, что люди превращаются в зверьков, напоминающих, кстати, кроликов, значит, от элоев произошли, которыми питаются гигантские членистоногие многоножки. Такая картина предстала перед путешественником по времени, когда он углубился в еще более отдаленное будущее. Эту сцену издатель настоял исключить из романа, дабы уж совсем не расстраивать читателей и поберечь их нервы, не готовы они тогда были к такому.

А вот то, что через 30 миллионов лет людей на Земле вообще не будет, это - оставили. Наверное, редактор руководствовался принципом: "Лучше смерть, чем подобная жизнь".

Однако, возможно, идея Уэллса о биологическом разделении человечества на разные виды не такая уж невозможная. Сейчас, читая Харари, я натолкнулся на его опасение, что с ростом биологических и информационных технологий, у более имущих может появиться возможность физически и интеллектуально апгрейдить свое тело и мозг, тем самым превращаясь не просто в отдельную касту, но со временем и в отдельный биологический вид. Вот такие прогнозы делают современные футурологи, оправдаются они или нет, судить не нам, а нашим далеким потомкам.

О чем мы думаем, когда говорим о далеком будущем? Сверхъестественное развитие технологий на благо всего человечества, полеты на далекие планеты и звезды, небывалый расцвет культуры, прогресс во всех сферах жизни и деятельности...Красивую картинку. Но как все это будет в действительности? Что там будет с людьми, с миром, с нашей планетой через многие тысячи и миллионы лет? Ответа никто пока не знает...

А Герберт Уэллс представил читателям свой прогноз, жуткий, мрачный, пугающий (у меня эта книга все время прочтения ассоциировалась с фильмами "У холмов есть глаза" и "У холмов есть глаза - 2"), леденящий душу и кровь, сводящий с ума. Дожить до такого будущего вряд ли может стать чьей-то мечтой, даже один раз побывать там - страшнее не придумаешь.

Мир, разделенный на 2 класса. Подземные жители и наземные. Дневные и ночные. Монстры и откормленный скот на заклание. Ох, не всегда прогресс и рост благосостояния идут на пользу человечеству. В этой книге все равно наоборот.

И самое ужасное, что мы ведь к тому и идем. Недавно как раз читала «21 урок для XXI века» Юваль Ной Харари : автор предупреждает, что дальнейший разрыв между богатыми и бедными будет только увеличиваться. Что породит войны, новые социальные кризисы и взрывы. И - кто знает? - может, однажды мрачные прогнозы фантастов и сбудутся...

5/5, атмосферно, жутко, захватывающе. И очень неожиданно. Я даже представить себе не могла, что речь пойдет о таком будущем...

Человеческая память очень странная вещь. Прочитанное в школьные годы тесно переплетается с аналогичными идеями в разных произведениях и в увиденным в экранизациях. В результате, когда берешься за перечитку таких произведений, то открываешь его для себя заново. Так у меня произошло и с творчеством Герберта Уэллса.
Главная интрига книги не в том КТО же этот невидимка, а почему он таким стал и как выйдет из сложившихся обстоятельств. Повествование начинается с появления в небольшом городке таинственного постояльца. Который не разрешает заходить к себе, всегда в плаще и с забинтованным лицом. Мы то видели название книги и понимаем кто это, а вот жители выдвигают разные гипотезы, главная из которых, что новый постоялец очень сильно травмирован, поэтому столько странно выглядит. Но дальнейшие события открывают завесу тайны и для них, но поскольку, правда слишком невероятна, все списывают на все, что угодно, только не на реальное существование человека-невидимки.
Для меня осталась нераскрытой загадка такой агрессии главного героя по отношению ко всему миру. Продолжать работу над исправлением ситуации самостоятельно ему было сложно или вероятнее всего невозможно. Понятен страх привлечения к работе других ученых. Но почему, при всем при этом, он искал компаньонов в терроре против целых городов и стран? Почему здесь не было страха, что его так же предадут? Как мне кажется, у главного героя приоритет с научного открытия сдвинулся в сферу получения власти, наука перестала его интересовать, а неудачи с компаньонами только еще больше озлобляло его.
От книги у меня осталось довольно странное ощущение. Не было ничего явно раздражающего, даже описание самой идеи, опытов, поисков были мне предельно понятны. Я постоянно прокручиваю в голове эту ситуацию. Но вот что-то в ней какое-то неудобное что ли, как бывает, крутишься в постели, вроде и спать хочешь, но все не так. Может потому, что у главного героя не возникало никаких положительных идей от своего открытия? Может в том, что он даже не думал, как это может послужить другим? С другой стороны, многие ли ученые сделавшие открытия думали о всеобщем благе, как Тесла, больше чем о своем личном интересе (научном, моральном, финансовом и т.п.)?