Цитаты из книги The Carpet People

Если враг слишком велик, то стоит поискать врага поменьше.

То, что вы заклятые враги, не может помешать вам быть друзьями, верно?

Не найти ничего бывает лучше, чем найти... что-то.

Когда ты узнаешь, что ничего из того, что ты боялся, не существует, это почти столь же скверно, как если бы ты узнал, что твои наихудшие опасения оправдались, а страхи оказались обоснованными.

Если не охотишься за знаниями, они ускользают и исчезают.

История - это не то, что вы проживаете. Это то, что вы делаете сами. Личность принимает решение. В должное время. И ничто нельзя считать слишком ничтожным, чтобы пренебречь им, потому что это может изменить историю. Изменить можно все.

Всегда выбирай врага покрупнее, потому что его легче сразить.

- А Писмайр - философ, так он говорит.

• Никогда не знала. А что значит - "философ"?
• Ну, он говорит, это такой человек, который думает.

Это было одним из трех правил поведения вождя, которые передал ему старый Гримм. Действовать уверенно и никогда не говорить: "не знаю", а когда все идет не так, как надо, следить, чтобы у каждого всегда было, чем заняться.

...проблема подчинения приказам заключается в том, что подчиняться приказам входит в привычку. И потом все зависит от того, кто отдает приказы.

История — это не то, что вы проживаете. Это то, что вы делаете сами.

— А что это значит — «философ»? — Ну, он говорит, это такой человек, который думает, — сказал Гларк. — Ну и ты ведь думаешь. Я часто видела, как ты сидишь и думаешь. — Я не всегда думаю, — сказал Гларк самокритично. — Иногда я просто сижу. — Он вздохнул. — Как бы то ни было, это не просто размышления. Ты должен еще уметь занимательно поговорить об этом.

Дефтмины безумны, а дьюмайи рассуждают здраво, а это, собственно говоря, почти то же, что быть безумным, если не считать того, что они спокойнее. Если бы можно было перемешать их, получились бы нормальные люди.

Все старались надуть друг друга в процессе нескрываемого и явного обмана, который носит название «бизнес».

Бывает тишина, порожденная страхом, страхом за жизнь. Бывает тишина, которую хранят маленькие зверьки. Бывает тишина, которую хранят крупные животные, затаившиеся в засаде и готовые прыгнуть на маленьких зверьков. А иногда бывает тишина оттого, что на этом месте никого нет. И, наконец, встречается тишина, пронзительная, накаленная, которая возникает, когда кто-то следит за тобой.

- Ты умеешь хранить тайны? - спросил он заговорщицким тоном.

• Да! - ответил Снибрил.
• По-настоящему? Даже если бы ты был готов все отдать, чтобы рассказать об этом другим людям? Даже если бы хранить тайну было все равно что держать горячий уголь голой рукой? Хранить тайны по-настоящему?
• Ну... да.
• Ладно, - сказал человечек, снова откидываясь назад. - Ну так вот, мы тоже это умеем.

Проблема подчинения приказам заключается в том, что подчиняться приказам входит в привычку.

Потому что не имеет значения, что такое он. Важно, что такое мы.

То, что «потом», лучше. Потому что, если есть «потом», это означает, что вы все еще живы.