Центральная тема сборника — судьбы итальянцев в годы Второй мировой войны. В 1942 г. 20‑лет. сержант Ригони Стерн в составе Экспедиционного корпуса оказался в России (он пишет именно Россия, не СССР), а в начале 1943-го пережил отступление альпийских дивизий. Алексеевка, Валуйки, Шебекино, через Украину – так они отходили.
«Сержант в снегах», «Бепи, призывник тринадцатого года», «Дни Северо-Востока», «Возвращение на Дон» – произведения практически автобиографические, написанные в память о товарищах и русских людях, проявивших сострадание к отступающему врагу. Сквозь снег и мороз итальянцы возвращались домой, в родные края, деревни, горы – с чужой войны. Война для сержанта Марио Ригони и его сослуживцев – это катастрофа и ад, борьба за выживание и взаимопомощь, проявление человечности среди хаоса разрушения и страха.
«Сержант, мы домой вернёмся?..»
Я хотела, чтобы они все выжили, просто взяли и ушли. И злой Антонелли с пулемётом… Это не их война… А так… Презрение к тыловым крысам, хватающийся за пистолет или орущий лейтенант, ужас от фотографирующихся с убитыми смеющихся немцев и заполненного телами рва, уважение к смелости и благородству врага (т.е. нам), генерал, отдающий честь солдатам…
Возвращение домой, дом, родная природа – место силы – важная тема рассказов. Солдаты приходят с войны, возвращаются уехавшие на заработки в Америку, от разрушения родного дома останавливается сердце…
«Сержант, мы домой вернёмся?..»
«Наверно, это очень страшно – форсировать реку, бежать по снегу в лучах слепящего солнца под градом пуль и ручных гранат. Только русские способны на такое мужество, но наши позиции были слишком хорошо укреплены. Они прекратили атаки, и вновь настала тишина. Истоптанный снег на реке еще больше покраснел от крови, и еще больше осталось на нем солдат, лежавших неподвижно под слепящим солнцем. Я вернулся в берлогу. Сидел возле печки и, зажав коленями карабин, глядел на огонь.»
«Прячусь за изгородью и сквозь щели вижу, как рядом, в метре от меня, проносятся русские танки. Сдерживаю дыхание. На каждом танке лежат русские солдаты с автоматами в руках. Впервые вижу их во время боя так близко. Они молоды, и лица у них не злые, а лишь суровые, бледные, напряженные. Они в полушубках. На голове шапки с красной звездой. Я должен был стрелять в них? Танков было три, один за другим они промчались мимо моей изгородии исчезли. Я бросился в избу…»
«В этой избе между мной, русскими солдатами, женщинами и детьми возникло понимание, которое было чем-то большим, чем перемирие. И это было не просто уважение к силе другого, какое испытывают звери в лесу. На этот раз вышло так, что люди сумели остаться людьми. Кто знает, где теперь эти солдаты, женщины и дети? Хочу надеяться, что война всех их пощадила. И пока мы живы, никто из нас не забудет, как мы себя тогда повели. Особенно дети. Если это случилось однажды, значит, может и повториться. Я хочу сказать, что это может повториться с бесчисленным множеством людей и стать привычкой, образом жизни.»
8 понравилось
