Цитаты из книги Манюня

Дверь кухни распахнулась, и на пороге нарисовался сонный папа. Папа выглядел просто бесподобно — волосы были всклокочены, большие семейные трусы нежного василькового колера воинственно топорщились вокруг тощих бедер, лямка майки съехала с плеча и кокетливо оголила часть волосатой груди. При виде нас он кинул вниз, в область своего многострадального таза, молниеносный взгляд, дабы удостовериться, что семейники на нем сидят как надо, и поправил лямку на плече. Потом открыл дверцу шкафчика с кухонной посудой, спрятался за ней и через минуту вынырнул в мамином фартуке в кокетливый розовый волан по подолу. Мы проследили за всеми его маневрами в гробовой тишине, с курицей в зубах.

- Тому що дехто, поки я ходила в магазин, вирішив поліпшити тісто і додав туди води. А потім, щоб я цього не помітила, вбухав туди борошна. А борошно виявилося картопляним крохмалем. А потім дехто!.- грізний погляд вгору, проникливе "иаааааааа" у відповідь.- ... Вирішив приховати сліди свого злочину і протягнув тісто виливати в унітаз!!! - Гик, - відгукнулися ми з Карінкой. - Заляпав коридоп, забив унітаз тістом і спустив воду! - Гик-гик!!!! - А через те, що тісто було дуже густе, і вода його не змила, дехто поліз ополоником в унітаз, вигрібати тісто. ...... німе мовчання........ -І заштовхав його так далеко, що витягти неможливо!

* Ми зайшли в кімнату. Сіли поруч на кушетці. Зажурилися. -А ополовником навіщо полізла? - не витримала я. - Хотіла тісто швидше вичерпати. - А чому не вичерпала? -Та ополоник там за щось зачепився. Я почала його тягнути, щоб дістати, а він не діставався. Тоді я пробувала заштовхнути його усередину, щоб він пішов у ирубу. - І що? - Заштовхнула. І ручку погнула. Хотіла збігати за мототком, щоб постукати по ручці, але повернулася Ба, і я не встигла. От.

"Ба варила абрикосовый ждем. На абрикосовый джем Ба слетались все пчёлы с окрестных пасек, бабочки кружили за окном, радуга раскидывалась над домом Ба и связывала противоположные концы горизонта разноцветной подарочной лентой. Природа регулировала температуру так, чтобы было не очень жарко, но и не слишком прохладно, а чтобы самое оно – градусов 22, и лёгкий ветер колыхал ажурные занавески и деликатно постукивал ставнями открытых окон. Ибо даже природа старалась угодить Ба, когда она варила абрикосовый джем" (с.)

- Не будем клясться, - решительно сказала она, -давай так: кто проболтается бабушке, тот говнюк! <...> – Ба, – Маня намотала на палец прядь своих каштановых волос и подняла глаза к потолку, – а если бы мы поклялись, а потом не сдержали своего слова, что бы тогда с нами случилось? – У вас бы вытекли кишки, – в сердцах бросила через плечо баба Роза. Она стояла к нам спиной и месила тесто, лопатки яростно ходили под ее цветастым платьем, – у вас бы вытекли кишки и всю жизнь мотались между ногами! Мы притихли. – Хорошо, что мы просто говнюки, – шепнула я Мане с облегчением. – Ага, – выдохнула она, – если бы у нас между ногами всю жизнь мотались кишки, было бы хуже!

Папа и Манюне привез такие туфли. Но Манька их на свадьбу не надела. Просто она проспала в них всю предыдущую ночь. На радостях. Естественно, Манины ножки отекли, и туфельки категорически отказывались натягиваться на ступни. Сначала Манька расстроилась, но потом нашла выход. Она надела свои истоптанные красные босоножки, а новые туфли положила в целлофановый пакет и взяла с собой на свадьбу. И не расставалась с ними ни на минуту. Бежала с пакетом впереди свадебного кортежа, сидела с ним в обнимку за столом. Если кто-то из гостей хвалил нашу обувь, Манька тут же доставала из пакета свою пару и пыталась надеть ее у опешившего гостя на глазах. — Видите? — говорила она. — Не налезают. А почему? А потому что я в них всю ночь проспала!