Это мой дом

В повести "Это мой дом" - второй части "трилогии Фриды Вигдоровой" - Семен Карабанов становится директором детского дома в селе Черешенки. Все в новом месте совершенно иначе, там живут другие дети, абсолютно непохожие на прежних воспитанников, - они не разбойники, не хулиганы, не "трудные" подростки, но также сильно хотят быть любимыми, хотят обрести новый дом. Для старшего школьного возраста.

Жанры

Книга из цикла

Семён Карабанов

Дорога в жизнь

Фрида Вигдорова

4,6

(250)

Это мой дом

Фрида Вигдорова

4,7

(75)

Черниговка

Фрида Вигдорова

4,8

(48)

Рейтинг LiveLib

4,7

75 оценок

5
81%
4
15%
3
4%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 88Хотят прочитать 109

Рецензии

KATbKA6 марта 2023 г.
«Ты не можешь действовать как учитель, если не будешь поступать как отец».
Попрощавшись с "Берёзовой поляной", Семён Афанасьевич со своей семьёй и несколькими подопечными отправляются на новое место. Украинское село Черешенки и его обитатели. Новая школа, чужой колхоз, детский дом, в котором только предстоит начать работу. Но Карабанова не пугают трудности, он по-прежнему упрям, трудолюбив и рвётся в бой. А «воевать» преподавателю придется с бюрократией, заносчивыми чиновниками, педологами-всезнайками...
В Черешенках самый обычный детский приют. Его воспитанники ничего не знают о бродяжничестве, воровстве, пьянстве. Сироты, лишенные родительской заботы. В один момент Семён уверяется, что здесь можно заскучать, ведь он привык к трудным детям. Но не всё так легко, как кажется на первый взгляд. Подростки и малыши, угрюмые и беззаботные, с открытой душой и затаенной обидой на сердце — за каждым ребенком прячется личность, которую нужно разгадать, найти свой подход, понять и принять. И если они не умеют воровать, то это не отменяет подлости, тщеславия, обмана, предательства, холодного расчёта у некоторых.

… Я буду беспощаден в борьбе за новую, красивую и счастливую жизнь и верю, что рядом со мной встанут смелые ребята, способные с улыбкой на лице пережить и некоторые лишения, и трудности в предстоящей борьбе. <…> Задачи большие, трудные и, конечно, придётся попотеть – потеть можно, а пищать нельзя…
Из дневников С. А. Калабалина
Вторая книга показалась мне более пронзительной, берущей за душу, временами очень уж напряжённой. Семён и Галина, словно чаши весов, пытаются сообща выравнивать сложные ситуации, находить правильные решения, как с воспитательной точки зрения, так и просто по-человечески войти в положение любого. Кажется, Вигдорова подготавливает почву к третьей книге — всё больше и больше показывает личность Галины Константиновны, Черниговки, так называл её Макаренко. Я восхищена её характером! Если Карабанов порой импульсивен, где-то резок в высказываниях, то его супруга рассуждает достаточно спокойно.

Я больше люблю хирургию, лучше умею рубануть сплеча, а Галя умеет добиваться своего исподволь, не уставая и не горячась.
При этом её горячее сердце ни на минуту не перестает любить каждого воспитанника. Женщина и мать, пережившая страшную личную трагедию, нашла в себе силы не только к жизни, но и к любимому делу. Она чувствует ребят глубже Семёна, и даже когда веру в ребёнка теряют самые великодушные, Галина до последнего надеется, он исправится, он обязательно станет лучше...
С нетерпением жду встречи с уже полюбившимися и новыми героями в третьей книге Фриды Вигдоровой "Черниговка". Сможет ли Галина Константиновна вжиться в роль руководителя детского дома? Тем более что грядет война...
Читать далее
57
511
Ingris26 октября 2022 г.
Обыкновенный детдом в 1930-е годы
Вторая книга цикла о воспитаннике А.С. Макаренко, который сам стал советским педагогом. Соцреализм для подростков и старше, повествование от первого лица - Семена Карабанова, заведующего детским домом. Он снова начинает с начала, уехав с семьей из детдома, где от руки психа погиб его сынишка. (Оказывается, в начале 20-го века тоже вполне себе различали нормальных детей с социальными проблемами в воспитании от психически больных детей, которых уже поэтому проблематично воспитывать... и что вроде как необъяснимая неприязнь детей к даунам имеет под собой объяснимую основу - непредсказуемость опасности в любой момент).
Теперь Семену поручены не трудновоспитуемые, а обыкновенные дети - сироты где полные, где частичные - таких после голода и эпидемий в 1934-м году было очень много. Работа воспитателем становится спасением от погружения в горе и для его жены Гали, ранее бывшей просто домохозяйкой. С ними приехали в новосозданный детдом в украинских Черемушках двое воспитанников из Березовой поляны, ставших помощниками в организации детского коллектива. И далее показывается жизнь в детдоме на протяжении нескольких лет, до 1939 года.
Надо сказать, что эта книга показалась мне слабее предыдущей - характеры детей показаны меньше, это скорее фамилии, чем личности, зато больше погружения в самоедство героя, подчеркивание его эмоциональности при необходимости сдержанности и неоднократные замечания про цыганистость. Внезапно яркой оказалась сюжетная ветка про противостояние чиновникам от образования с примкнувшей к ним сволотой, долго шедшая пунктиром и развернувшаяся в последней трети книги в прямо-таки в сражение - ощущение, что именно эта тема у автора была на тот момент больной, и по накалу она сопоставима с макаренковской борьбой против чинуш&педологов.
Повесть может читаться в отрыве от других частей, потеряв от этого немного.
Читать далее
14
211

Все рецензии

Цитаты

KATbKA4 марта 2023 г.
Видимо для одних любовь – счастье, а других она только делает уязвимее.
11
120
Ingris1 ноября 2022 г.
– Вы хотите быть послушным и дисциплинированным? Пожалуйста! А моего разрешения зачем спрашивать?
– Семен Афанасьевич… поймите…
– Нет, вы поймите: вы хотите меня предать – и хотите, чтоб я же вас на это благословил? Хотите сделать подлость – а чтобы я вас за это пожалел?
6
53
BlueViolet1 июня 2019 г.
Я думаю, никакие человеческие отношения на свете не остаются неизменными – даже самые лучшие, проверенные и близкие. Они меняются, растут или убывают, становятся глубже, дороже или, напротив, вдруг застывают – и это плохо. Ведь в движении жизни движутся, меняются и люди, их чувства, привязанности. Порою едва приметно. Неслышно.
6
150