«Автора мемуаров в тюрьму посадил царь, осудил на каторгу "демократический" Керенский, а на свободу выпустил "кровавый" Ленин. Полное разрушение исторических стереотипов...» Не очень понимаю, что так удивило автора предисловия Николая Старикова, ведь военного министра царской России Владимира Сухомлинова, при котором мы вступили в Первую мировую войну, судили за измену, бездействие власти и взяточничество. Был признан виновным в «недостаточной подготовке армии к войне.» Сидел в Петропавловке, «Крестах» и вышел по амнистии. А когда большевики спохватились, кого выпустили, у Сухомлинова получилось выехать в Финляндию и Германию. И написать воспоминания, утверждая, что ему «удалось за четыре с половиной года сделать то, что привело противников в изумление: русская армия в таких превосходных силах и такой боевой готовности появилась на полях сражений, что немцы... отступили и спешили спасти свое положение.» А в том, что дальше разразилась катастрофа, он, военный министр, не виноват. Воевать надо уметь...
В этих мемуарах есть многое, что я не терплю: один автор усердно трудился в поте лица, а все вокруг дегенераты, взяточники и лентяи. Мне же показалось, что Сухомлинов был больше штабистом и теоретиком, чем практиком: гладко было на бумаге, да забыли про овраги. И просто поразительно, что Сухомлинов не сумел вообще ни с кем сработаться: ни с Госдумой, ни с аристократами в лице великих князей. Но ему симпатизировал царь. Сам же Владимир Александрович испытывал симпатию к Германии и Вильгельму II. Я на вскидку не вспомню ни одного человека, которому бы нравился кайзер... А еще у него была молодая жена с плохой репутацией.
Стал ли военный министр просто козлом отпущения? Мне почему-то близко мнение Брусилова: «Считаю его [Сухомлинова] человеком умным, быстро соображающим и распорядительным, но ума поверхностного и легкомысленного. Главный же его недостаток состоял в том, что он был, что называется, очковтиратель и, не углубляясь в дело, довольствовался поверхностным успехом своих действий и распоряжений.»
6 понравилось
