Цитаты из книги Люцифер

Научись Терпенью истинному; умеряй Веселье — страхом набожным, слезой Печали благочестивой и сноси Равно преуспеянье и беду Умеренно.

For man will hearken to his glozing lies, And easily transgress the sole Command, Sole pledge of his obedience: So will fall He and his faithless progeny: whose fault? Whose but his own? ingrate, he had of me All he could have; I made him just and right, Sufficient to have stood, though free to fall.

And that must end us, that must be our cure, To be no more; sad cure; for who would loose, Though full of pain, this intellectual being, Those thoughts that wander through Eternity, To perish rather, swallowed up and lost In the wide womb of uncreated night, Devoid of sense and motion?

И люди чтут порою добродетель, Не следуя всем правилам ее.

Не стану Я искать земных сокровищ, Дабы обресть владычество земное, И не ищу владычества для славы. К чему она и что она такое? Ничтожный блеск, народная хвала, А сам народ - не жалкое ли стадо И пестрый сброд, превозносящий часто То, что скорей достойно порицанья? И хвалит он, не зная сам кого, Пленяется, не зная чем. Ужели Ценителей подобных восхищенье Желательно? Неодобренье их Не служит ли скорее похвалою? Как счастлив тот, кто это сознает!

Что может быть Прискорбней, чем, утратив благодать, Терпеть мученья, в бездне пресмыкаться, Где негасимый пламень вечно жжет Рабов безжалостного Палача, Склоняющих угодливо хребты Под пыткой, под карающим бичом? А если Он замучит нас вконец, Мы уничтожимся, исчезнем вовсе. Чего тогда бояться? Почему Мы жмемся и Тирана разъярить Колеблемся? Свирепо нашу плоть Эфирную Он обратит в ничто; Но разве, перестав существовать, Мы счастливей не будем? Разве впрок Бессмертье истязуемым рабам?

Я не совсем один: ты навещаешь мои ночные грезы

- Уже в былом – со всей его дружиной Низринул Ты и победил врага, А ныне Ты отмщаешь за Адама И, восторжествовав над искушеньем, Потерянный Ты возвращаешь рай. У Сатаны исторгнул Ты добычу, Которую он приобрел обманом.

“Не искушай Ты Господа и Бога твоего!”

САТАНА: Я искушал, испытывал Тебя И сознаюсь – скале из адаманта Подобен Ты по твердости Своей. И все ж в Тебе лишь вижу человека, Исполненного мудрости и блага, – Не более.

Сын Божий, От бури был Ты плохо огражден, Но устоял, презревший искушенье! Все духи тьмы с рычаньем обступили Тебя толпой, и огненные стрелы Они в Тебя пытались направлять, Но устрашить угрозой не могли!

СЫН БОЖИЙ: Не первый ли философ сознавался, Что знает сам лишь то, что ничего Не знает он? Второй стремился к басням И вымыслам, а третий подвергал Сомненью все, что в мире несомненно.

СЫН БОЖИЙ: Кто свыше просветлен Источником животворящим света, Не может Тот в учениях нуждаться, Которые основаны притом Лишь на одних предположеньях ложных.

СЫН БОЖИЙ: Прочь от Меня! Проклятьем заклейменный, Воистину ты – злобный Сатана.

- Не сказано ли так: “Ты Господу Единому послужишь И одному поклонишься Ему?”

СЫН БОЖИЙ: Пускай врагам слугою будет тот, Кто Господу и лжебогам служил.

- Томительней бывает ожиданье, Чем самое несчастие...