Петер Каменцинд

Я продолжаю знакомиться и изучать произведения Германа Гессе и дошёл до известного романа "Нарцисс и Златоуст", в котором автор снова размышляет о Боге, искусстве и жизненном предназначении. Начинает казаться уже, что круг тем повторяется.

Вопрос о том, кого же считать главным героем. Почти всю историю мы следим за приключениями Златоуста, который сбежал из монастыря по зову сердца (или на поиски своей матери). Но автор не случайно выводит именно имя Нарцисса в названии первым. Гессе важен именно он. Чистый душой, обладающим обширными академическими знаниями и знающий своё место. Я думаю, что Гессе воплотил в нём частично себя. Но можно и рассмотреть так, что это всё анализ двух начал в человеке. Стремление к свободе и отчуждению от Бога и обратное стремление вернуться в лоно Абсолюта.

Непривычно произведение тем, что Гессе обращается в прошлое. Мой опыт чтения его творений говорит о приверженности автора к настоящему, к судьбе страны, людей, быту того времени. Но здесь он возвращается в давние века своей Родины. В небольшой прозе Гессе мало вещей, связанных именно с его отечеством. Он не Ремарк, он не пишет так о потерянном поколении или войне. Для него Германия в первую очередь культура, природа, люди. На обложке же написали, что роман стилизован под плутовской, с чем я не совсем согласен.

Видите ли, плутовской роман предполагает наличие героя без нравственных принципов. Он может кого-то убить, поранить, обворовать, а Златоуст явно не такой. Даже вынужденное убийство ему даётся со слезами на глазах. Да, он сладострастен, но не более. Да и во многом он лишь приносит удовольствие женщинам, это не насилие, не издевательство. Он играется с некоторыми, но мы не видим и чистоты самих героинь. Они охотно идут на поводу у прекрасного "Дон Жуана". Вот и получается, что плут должен издеваться над людьми, чего Златоуст не может себе позволить. Ему жалко людей, он часто хочет им помочь. А главная его цель - искусство.

Герман Гессе в очередной раз обращается к теме творчества и Творца. Златоуст ищет вдохновения, но может найти его лишь в свободе, бродяжничестве и наблюдением за всей полнотой жизни. Нарцисс же видит себя в учёности, следовании правилам и верном служении. Оба героя вдохновляются именно своим путём, но, тем не менее, они неразрывно связаны в ткани повествования. Конечно, за двумя зайцами погонишься - никого не поймаёшь. Нужно решить, какому началу следовать именно вам.

Во время чтения "Петера Каменцинда" я поставила своеобразный рекорд: больше пятидесяти раз ругала себя на чём свет стоит за незнание немецкого языка. Нет, перевод Вл. Седельника прекрасен, но разве можно сорваться в пропасть, влюбиться, сжечь то, чему поклонялся, и поклониться тому, что сжигал, в переводе, не в подлиннике? Так или иначе, 2012 год стал для меня годом Гессе: на флэшмобе его произведения предложили два разных советчика, не сговариваясь, с интервалом 3 минуты. Так что сначала ко мне в гости пришёл "Степной волк", а потом на огонёк заглянул "Петер Каменцинд", самый первый роман великого швейцарца, принёсший ему славу.

Юноши, да и девушки, обдумывающие житьё, нередко прибегают к Гессе, да и к другим общепринято мудрым писателям - от Достоевского до Сент-Экзюпери - как к рецептурному сборнику стопроцентного успеха и непоколебимого душевного равновесия. И каков же результат? Самые прозорливые суждения не спасают от воров в тёмных подворотнях, кровожадных оборотней с погонами и без, химических зависимостей... Ну вообще ничего не гарантируют. Тут начинается: ах-ах, Гессе (Достоевский, Сент-Экзюпери) врёт, он никакой не мудрец, а сектант, злонамеренный сказочник или дуралей хуже моего. Так-то оно так, если не замечать очевидного: а) рецептов счастья не существует, б) и троекратное ура.
Наверное. поэтому не ослабевает популярность книг, посвящённых ученичеству, обретению мастерства, труднопереводимому немецкому Gesellenjahre, годам труда в качестве подмастерья. Петер Каменцинд - это такой швейцарский Гарри Поттер с поправкой на реальность. Гарри Поттер, разочаровавшийся в волшебстве и возвратившийся к Дурслеям в комнатку под лестницей. Дядя Вернон совсем состарился, ему надо помогать...
Ну, это я, право, перегибаю палку, не всё так уныло, однако в перегибе есть доля истины. Путешествие, чтобы состояться, должно включать в себя возвращение. То есть оценку, зачем я пошёл и то ли, что я нашёл. Петер - ни много, ни мало - хотел познать истину и найти друга.
Удалось ли? Вот вопрос и для Петера, и для нас с вами, и, как ни странно, для автора. Потому как у Германа Гессе есть Особенная Черта. Даже не черта: зазор, узкая, но глубокая пропасть между господином Героем и господином Автором.
Герой может исступленно проповедовать идеи Автора, тонко проводить их в действительность или постепенно, полегонечку к ним приходить, но никогда полностью не тождественен Автору. Непременно остаётся вопрос, в какой степени Автор с Героем изволит соглашаться. Больше того, Автор будто следит за Героем, поминутно приговаривая: "Ай, бравушки, мне бы и в голову не пришло". Как Иван Карамазов за чортом, с той лишь только разницей, что Гессе своих чертей не страшится...
И отсюда тянется красной нитью ещё один приём, из-за которого я перед Гессе преклоняюсь. Не брезгуя пафосом и не злоупотребляя им, он его тщательно дозирует. То нагнетает, то ослабляет давление. Сама фамилия Каменцинд - редкая, благозвучная, - не лишена пафоса, но Петер тут же разрушает ожидания: да у нас вся деревня Каменцинды, кроме пекаря! Далее, в рассказе о детстве: совершался странный акт искупления и наказания (градус патетики всё выше) - отец задавал мне порку, причём ни он, ни я не знали точно, за что (вся патетика псу под хвост). Так что в начале века Гессе многим казался чересчур прозаичным, а сейчас - чрезмерно воодушевлённым, наигранным.
Истина, как всегда, посередине. В пропасти. Или на шахматной доске, лежащей между Героем - восторженным бездельником-юнцом и Автором - таким же юнцом, но уже пере-жившим, пере-нёсшим, пере-страдавшим.

• Петер Каменцинд, - сказал однажды профессор истории, - ты скверный ученик, но когда-нибудь ты все же станешь историком. Ибо ты ленив, но умеешь отличать великое от ничтожного.

История развивается по спирали. Собственно, история всего (литературы, научных открытий, культуры) – это движение по спирали, и частная человеческая жизнь, моя в частности, не исключение. В том и состоит одна из главных прелестей этого мира, что общие законы приложимы ко всему. Оттого человек не так одинок и может почувствовать единство с окружающим.
Последний раз я читала Гессе давным-давно, ещё в институте, и возвращаться к нему не собиралась. Он показался мне подростковым писателем, который пишет, вполне, впрочем, бодро и занимательно, об очевидных вещах. К тому же в нём была дидактика и миссионерство, а в молодости это сильно раздражает. Кажется, что всяк тебя норовит поучить, а ты-то чувствуешь себя умнее всех. Ну, уж какого-то швейцарского писателя точно.
Книга досталась мне в игре ТТТ, и открыв её, я была приятно удивлена. Оказывается Гессе никакой не миссионер. И всё, о чём он говорит: выбор жизненного пути, вера и её отсутствие, мораль и аморальность, суть искусства, – не готовые истины, а только размышления о..., один из возможных вариантов.
Читать Гессе сейчас мне было гораздо интереснее, потому как то, что в двадцать и даже в двадцать с небольшим – прекрасная абстракция, сейчас пройденный путь, жизненный опыт. Одно дело считать, что ты всё знаешь о любви и о долге, когда по большому счёту ещё не нюхал ни того, ни другого, другое дело, когда всё это испытано на собственной шкуре, испытано не раз, часто в ситуациях экстремальных. Когда смерть тоже не нечто далёкое, а вполне осязаемая вещь – и близких я уже хоронила, и сама была не так уж далеко.
В общем, Гессе тот самый писатель, который даёт читателю ровно столько, сколько тот готов взять. Так бывает далеко не со всеми книгами, только с настоящими, остальные исчерпывают себя очень быстро. Гессе говорит о самом важном: о том, что смысл жизни человека в том, чтоб не просто совмещать в себе несовместимое, но привести несовместимое в максимальную гармонию. Это – единственный путь к счастью, но это и огромный риск, потому что на этом пути очень просто сломать себе шею. Что удивительно для меня, Гессе по сути оказался очень близок Эндо, особенно его «Скандалу», хотя формально герои Гессе стремятся к свету, а герой Эндо падает на самое дно. Но в мире всё относительно: как добро не существует без зла, так и до святости не подняться, не опустившись во мрак. Другое дело, что можно опуститься, а потом не подняться. Но это уже совсем иная история.

ФМ-2013 (8/15)

Ох, горе мне, горе!... Ну почему, почему же я забросила в свое время изучение иностранных языков??!!! Почему я лишила себя такого блаженства, как чтение литературы на языке оригинала?!

Впрочем... Впрочем, я изучала в свое время английский язык, а сетую по поводу немецкого.
Причина проста: сейчас мной овладело страстное желание прочитать эту небольшую повесть Гессе в ее исконном варианте. Ну, или хотя бы узнать у полиглотов: скажите, эта повесть так же прекрасна и на немецком, да??!!

Боже! Вот пишут же люди, а?! Слова как мед, как нектар, они льются на тебя, пропитывая своей сладостью каждую твою частичку...

Но стоп.
Это я на первых нескольких страницах была уверена, что ценность данного произведения в его стиле, в его языке, в этой паутине, опутывающей и убаюкивающей тебя.
Т.е. вначале я была уверена, что этот текст ценен как текст. Что его нужно читать ради самого процесса чтения.

Но, прочитав примерно треть, я вдруг поймала себя на том, что невероятно увлечена судьбой главного героя, что он мне близок, что уже почти любим мной - этот угрюмый, закрытый, время от времени страдающий социофобией горец, отличающийся при этом невероятной жаждой познания, филологическими и эстетическими устремлениями, чувством стиля, вкусом, способностью глубоко чувствовать и переживать.

Эта повесть - поэма. Увлекательная, порой остросюжетная, лирическая, драматическая. Поэма, воспевающая Дружбу, Любовь, Природу, Жизнь Людей.
Красивая и очень интересная вещь.

Ее можно читать вслух, ее можно заучивать, к ней можно возвращаться время от времени - иначе говоря, самая настоящая Настольная Книга.
И - это первое, что я прочитала у Гессе! Хорошее начало.

Единство и борьба противоположностей... Как же я люблю эту тему. И почему, почему так всегда? Стоит набрести на какую-то тему и посыпались романы, рассказы, даже фильмы с повторением этого мотива. Здесь Нарцисс и Златоуст, затем после решения перечитать "Записки охотника" Тургенева - первый рассказ, где Хорь и Калиныч дружат друг с другом, соединяемые притяжением противоположных зарядов, а в параллельной вселенной кинематографа  быдловатый шофёр и интеллигентный пианист в чудесном фильме "Зелёная книга" после вынужденной поездки оказываются друзьями на всю жизнь. Что происходит? Мне что, нужно усвоить материал и перестать сопротивляться очевидности. Мать - вселенная воспитывает своё неразумное дитя? Ох, не знаю, но данный роман Гессе потрясающий и выше всяких похвал, на мой взгляд.

Я думаю, что каждый, читающий этот роман, непременно начнёт задавать себе вопрос - а кто же я из этих двух друзей, один из которых стал монахом, а другой - искал познание жизни в миру? На кого же похож больше я? На того, кто познаёт бытие через осмысление разумом всех закономерностей жизни, как через некие математически - психологические формулы, которые можно наложить, словно матрицу на любой происходящий процесс? И живёт больше духом и разумом, нежели ощущениями. И если думающий об этом читатель найдёт в себе отклик на такое восприятие жизни, то будет больше походить на Нарцисса.

А если вы - сладострастный поглотитель жизни, воспринимающий её больше через образы и ощущения, а не через осмысление, то вы, как правило, имеете творческую профессию или хобби, в которых стараетесь воплотить пережитые мгновения и образы, встречающиеся вам на жизненном пути. Если вы размышлениям предпочтёте, к примеру, живопись, музыку, танцы или, скажем, бесконечное прелюбодеяние... Тогда вы точно будете напоминать Златоуста.

Боже, как же я примитивно описала то, что Гессе раскрыл в полной мере в этом философском романе и двух противоположностях, взаимно дополняющих друг друга, что подтверждает скорее не дружба, а связь между ними длиною в жизнь и вечная тоска друг по другу, будто они часть чего-то одного целого и общего.  Ибо"цель не в том, чтобы слиться друг с другом, а чтобы познать друг друга и научиться видеть и уважать в другом то, чем он является: противоположность и дополнение другого."
"Ведь всякая жизнь обогащается и расцветает благодаря раздвоенности и разладу. Что значили бы рассудок и трезвый расчет, не будь на свете упоения, что значило бы чувственное наслаждение, не стой за ним смерть, и что значила бы любовь без вечной непримиримой вражды полов?"

И тем не менее, родились они разными и прошли каждый свой путь познания жизни, цель которой в конечном итоге стремление к некоему Абсолюту.  Нарцисс в бесконечных размышлениях, в которые он погружался за стенами монастыря, где как бы хоронился от жизни, уберегая себя от всех её ухабов, чтобы они не мешали ему погружаться  в нирвану и стремиться к совершенству. А Златоуст в миру, пробуя жизнь на вкус, прогоняя через себя всё, что способен испытать человек, включая голод, холод, болезни, смерти и даже убийства. Он не был ничем защищён, прошёл через множество искушений, испытаний, которые очень часто помимо наслаждения приносили немыслимые страдания, и тем не менее остался влюблённым в жизнь и с чистой душой, как ни странно. Вот какой вывод сделал его друг Нарцисс, который был всегда убеждён, что находится на верном пути и смотрел на своего Златоуста с некоторым снисхождением, хоть и с любовью :

"Наше мышление - это постоянное абстрагированное игнорирование чувственного опыта, попытка построения чисто духовного мира. Ты же принимаешь в сердце как раз самое непостоянное и самое смертное и провозглашаешь смысл мира именно в преходящем. Ты не отворачиваешься от него, ты отдаешься ему, и благодаря твоей отдаче оно становится высшим, подобием вечного. Мы, мыслители, пытаемся приблизиться к Богу, отделяя мир от него. Ты приближаешься к нему, любя его творение и воссоздавая его еще раз. Оба есть дело рук человеческих и оба недостаточны, но искусство более невинно."

Роман Гессе философский и очень многогранный, и моя рецензия - просто жалкая попытка передать внутренний отклик на него. О таких книгах трудно писать отзывы. Они понятны и воспринимаются как единое целое, которое ты, не дробя на части, легко вмещаешь в себя, включая все тонкости и детали. Но стоит тебе взяться передавать впечатление собственным текстом, то хочется просто цитировать, а не рассуждать, чтобы не нарушать стройную авторскую мысль. И в конечном итоге, ты не получаешь никакого удовольствия, а напротив, какое-то зудящее чувство неудовлетворения от того, что разворошил что-то прекрасное, но толком ничего путного не сказал. Будучи философским, роман имеет очень интересный сюжет и не утомляет сложными оборотами умозаключений, как это часто бывает в подобных книгах. Поэтому его надо просто с восторгом читать, а не с досадой писать о нём.

P.S. В одной из рецензий этого сайта на этот роман я прочитала следующее. Прокомментировать данную мысль не могу, но поделиться считаю нужным:

ВНИМАНИЕ! ВПЕРЕДИ ОДИН БОЛЬШОЙ СПОЙЛЕР!

...И стоял под синим небом, под сенью каштана монастырь Мариабронн.
И случилось встретиться в благословенном месте том двум единственным и особенным: послушнику Нарциссу и ученику Гольдмунду.
И полюбили они друг друга, и полюбили встречи и долгие беседы. И до того добеседовались, что оставил Гольдмунд мечту стать послушником, служителем духа, и ушел из монастыря, ведомый образом забытой матери.
И шел он по свету, солнцем палимый, и любил всех девушек, которые того желали, а которые не желали - в тех распалял желание и любил!
И встретился на пути его замок, и две прекрасные юные дочки хозяина замка ожидали его - но не обломилось.
И дальше двинулся он в путь, на котором случалось ему пировать и голодать, убивать и избежать смерти самому, да и девиц любить он не забывал, порою искренне полагая свое в том предназначение.
И в городе ремесленном встретил он мастера, и учился у него, и создал образ друга своего, Нарцисса, но остаться в городе не пожелал, ибо жизнь бродяжная манила его.
И вновь ушел он, и видел чуму, и страдания, и смерть, и думы разные терзали нашего героя, а какие - того мне пересказать недосуг.
И возжелал он фаворитку графа Генриха, и одну ночь провел с нею, а на вторую застигнут был графом на месте и приговорен к лютой казни. Однако ж Нарцисс, который времени не терял, в отличие от непутевого друга, и был уже настоятелем благословенного монастыря Мариабронн, вытащил Гольдмунда из цепких лап благородного рогоносца.
И был Гольдмунд отвезен в Мариабронн, и занимался там искусством, покуда не надоело, и еще раз пробовал скитаться, без всякого успеха, и умер в душевных метаниях.
И да пребудет мир с его прахом отныне, присно и во веки веков.

Во времена уныния и нечитуна я спасаюсь Гессе. Устав от пресности современной литературы, от злобы и обиды Ницше, я вернулась к нему. (Скоро я перечитаю всего Гессе, но это и не важно.) Можно открыть любую его книгу и окунуться в неповторимый полный магии реализм, необыкновенное внимание и любование деталями, ощущениями, переживаниями, одухотворяющей природой и природой души человека.

И не так важен сюжет, герой, действие… Они могут вызывать отторжение, осуждение, несогласие. Но я бесконечно наслаждаюсь мыслями мудреца, поэтичным слогом, взглядом художника.

Начинается «Петр Каменцинд» с описания детства простого деревенского паренька. Казалось бы, что там интересного? Но уже с первых строк ныряешь в восхитительную глубину его души, растворяешься в красоте швейцарских Альп.

Петр не такой как все. (Каждый из нас не такой, как все. И в этом мы так похожи, так близки.) Петр любуется каждой травинкой, каждой сосенкой, горами и ветром, при этом не до конца понимает и принимает людей. Ему предстоит этому научиться.

Шаг за шагом, страница за страницей мы следуем за героем через его детство, отрочество, юность и зрелость, через горы и города, Италию, Францию, Швейцарию.
Петр покидает родную деревню, чтобы получить высшее образование, стать журналистом, поэтом, путешественником и найти в себе писателя. Мы проживаем вместе с ним влюблённость и пылкую дружбу, первые потери и трагедии. А в итоге все равно возвращаемся в родную деревню…

Ах, мне так не хватило конца – старости, пусть бы и смерти! Даже проверила, точно ли у меня полная версия книги? Но со временем пришло понимание: все неспроста.

Перед нами зрелый мужчина, так и не создавший свою семью. Его отец болен, крыша дома протекает, любовь всей жизни растит не его детей. Все, что осталось – начало рукописи и воспоминания.

Мне увиделось, что конец – лишь начало новой жизни Петра. Он допишет рукопись. И создаст не одну книгу. Я же знаю, кем стал его творец. А мы, творцы, вечно пишем о самих себе)

Книгу мне посоветовали в #Новогоднийфлешмоб2021 . И это самая не интересная, нудная и тягучая книга, которую я читала в своей жизни. А читаю я много.
Возможно в книге есть какой-то скрытый, глубокий, философский смысл - который до меня вообще не дошел. Лично я такую книгу могу порекомендовать, только тому - кто мне максимально не нравится и кому я желаю много супер скучных вечером.
По содержанию. В книге рассказывается история двух друзей Нарцисса (монаха, девственника и праведника) и Златоуста (бродяги, развратника и художника). Эти два героя противоположности друг друга, вместе с тем между ними существует незримая духовная связь, которая сохраняется сквозь расстояние и долгие годы разлуки. Жизнь Златоуста проходит очень бурно и насыщенно, у него очень много женщин. Он обучается искусству. Сталкивается с препятствиями на своем пути. О жизни Нарцисса мы почти ничего не знаем, кроме того что у него отличная карьера и он всю жизнь помнит Златоуста.
Это мое первое знакомство с автором.

Флешмоб-2011, 23/31, рекомендация TibetanFox

Не по-немецки буддистская книжка. Лобовое столкновение рационального и эмоционального, логики и страстей, целибата и флирта. Дуэль добра и зла, сердца и мозга. Вот только что здесь добро, а что зло? Сердце - зло, а мозг - добро? Или все-таки наоборот?

Поначалу, каюсь, я чуть было не бросила читать. Эта книга - первое знакомство с Гессе, поэтому грешным делом родилось стойкое предчувствие, что книга будет о гомосексуалистах в средневековом монастыре:) Но слава-те-госпаде, ощущение развеялось достаточно быстро. И где-то к концу первой половины книги стало намного занятнее.

Герр Гессе напичкал "Нарцисса..." всевозможными смыслами и подтекстами под самую завязку. Здесь вам и роль матери в формировании личности мужчины, и природа любви, влюбленности и страсти, и природа греховности, и определение истинного искусства... Но, самое главное, что хотел сказать автор, на мой взгляд, это извилистость путей, ведущих к вершинам самопознания. Гольдмунду-Златоусту чего только не доводится пережить, чтобы понять наконец свое предназначение в этом мире и стать самим собой, а не беззаботным бродягой-ловеласом. Путь от беспричинного счастья к испепеляющей грусти, от любви к печали и забвению, через потерю близких и любимых людей, через порог смерти, от красоты и обаяния к первым сединам и морщинам - длинная дорога привела Гольдмунда в точку отправления, и только там он смог познать себя.

Если бы эта книга попалась мне лет на 10 раньше, я была бы восхищена тем, о чем пишет Гессе. Но ту нишу в моей голове, которую он мог бы занять, уже давно занял Ошо. Нет, Гессе вовсе не плох. Но истины, которые он преподносит и разжевывает достаточно банальны. Слог, как на мой вкус, несколько чопорен и заунывен. Компенсировать это могли только любовные похождения Гольдмунда, которые с этой задачей благополучно справились:)

Но, в целом, впечатления от первого знакомства приятные. Гессе - дааалеко не глупый дядька, который любит пофилософствовать о смысле жизни, пишет умные вещи и разделяет мои взгляды на жизнь:) В следующий раз, когда меня накроет волной самокопания и философствований, попробую почитать у него еще что-то.