Тьма Египетская

Орден Святого Станислава — орден Российской империи с 1831 до 1917 года. Самый младший в иерархии орденов Российской империи, главным образом для отличия чиновников. (Википедия)

За трилогией Крестовского еще при жизни автора закрепилось звание антисемитской прозы, а в одной из аннотаций говорится

читателю самому предстоит сделать вывод о «тенденциозности» романа.

Во второй части "Тамара Бендавид" рассказывается о русско-турецкой войне 1877-1878 годов. Описывается ситуация, которая сложилась в стране накануне войны, о том, как простой народ, интеллигенция восприняли ее начало, о сражениях под Плевной и размышления главной героини о необходимости этой освободительной для болгар войны.

Из Украинска, о котором идет речь в первой части, события переносятся в Кохма-Богословск, вымышленный городок, где-то в средней части России. Сюда бежал подлый граф Каржоль, а следом за ним пребывает Ольга Ухова, брошенная им любовница, со своим отцом генералом и в сопровождении поручика Аполлона Пупа, безнадежно влюбленного в нее. Немного комично описывает автор свадьбу Ольги и Валентина Николаевича Каржоля, которая все же состоялась.

Главная героиня Тамара Бендавид, косвенная виновница погромов в родном Украинске, вынуждена бежать и попадает в одну из православных сестрических общин Петербурга, где принимает Крещение. Ее чувства к Каржолю не остыли, а о женитьбе графа она, конечно же, даже не догадывается.

Так складывается судьба главных героев накануне войны. Крестовский на протяжении всего повествования будет балансировать между любовным романом и исторической прозой, так и не сорвавшись в ту или иную пропасть.

Особую роль занимает тема еврейства в России и в частности в военной кампании. Подробно Крестовский опишет, как на снабжении армии, воюющей с турками, зарабатывались огромные средства. Товарищество, в котором заправлял Абрам Иоселиович Блудштейн поставляло некачественные продукты питания, обмундирование, подрывая тем армию изнутри. Но "работали" они под прикрытием подставных организаций, которые были оформлены на русских с громкими фамилиями. Когда делишки вскрылись, то следствие , выйдя на высокопоставленных особ, "замазало" дело. Абрам Иоселиович еще и Станислава получил за заслуги перед Отечеством. Одним из представителей русской аристократии, которые во время войны только и занимались, что кутежом и развратом, получая деньги от евреев, и был граф Каржоль. Скупость, алчность, беспринципность вместо дворянской чести и совести проникает в высшие слои русского общества.

Честная и бескорыстная еврейка Тамара Бендавид, полная противоположность графа. Она испытывает стыд и неловкость перед работниками госпиталя, когда узнает, что ее жених связан с Товариществом. Противопоставляя этих двух главных героев, автор, как раз призывает не относиться к людям с ненавистью только потому, что они принадлежат к какой либо нации. Важно не какой ты национальности принадлежишь, а какой ты человек.

Надеюсь, что Тамара к концу второй части все же сняла розовые очки, очень похоже, что на Каржоле она наконец-то поставила точку, а там как знать, как знать. Есть еще третья книга "Торжество Ваала." P.S. Большая просьба не обращать внимание на обложку аудиокниги. Это не Тамара Бендавид!))

Тьма египетская - девятая казнь из десяти, обрушившаяся на Египет за отказ фараона отпустить порабощенных израильтян. Тьма была настолько кромешной, что люди "не видели друг друга, и не вставал со своего места никто три дня". События в первой части цикла, имеющего довольно вызывающее название "Жид идет!", длятся тоже три дня.

Провинциальный малороссийский Украинск, 1876 год. Ортодоксальная иудейская семья богача аристократа рабби Соломона Бендавида, состоящая из его жены Сары, внучки Тамары, дальнего родственника гимназиста Айзика и приживалки готовится справлять шабаш, субботний отдых. В предшествующей дню субботнему проповеди талмудист рабби Ионафан несколько раз подчеркивает, что для иудея нет ничего страшнее вероотступничества, уж, лучше смерть.

Тамара Бендавид, девятнадцатилетняя красавица, миллионная наследница, которая "по своему образованию и развитию перешагнула за общееврейский женский уровень" . О ее родителях, жизни в Вене, учебе, первой любви, сомнениях в вере отцов подробно узнаем из личных дневников, они занимают добрую треть книги. В то время, когда рабби провозглашает в проповеди о воспрещении дочерям и сынам Израиля вступать в брак с иноверными, о поддержании чистоты расы, голова этой прекрасной девушки занята мыслями о Каржоле де Нотреку, русскому графу с иностранной фамилией. Далее события какое- то время будут развиваться в духе авантюрного романа, но любовная составляющая все же не главная, книгу скорее можно отнести к исторической прозе.

Крестовский подробнейшим образом опишет быт, нравы, обычаи, еврейские обряды. Коснется иудейского и христианского вероучений, проанализирует в чем разница между этими двумя религиями. Через прозрение главной героини автор раскритикует иудаизм и будет восхвалять христианство, но не все так односложно и если перейти на личности, то окажется, что симпатии писателя не на стороне евреев или русских, а людей честных, бескорыстных, у кого есть в этой жизни иные ценности, кроме денег, капитала, кто еще не попал под власть золотого тельца.

Помимо самой Тамары Бендавид явную симпатию вызывает ее дед Соломон, придерживающийся старых иудейских традиций, а среди православных положительный персонаж - игуменья монастыря матушка Серафима. Остальные христиане граф Каржоль, его возлюбленная Ольга Ухова, епархиальный секретарь Горизонтов, местная власть выглядят, мягко говоря, малопривлекательно. В дневнике Тамары есть интересные рассуждения о формальных иудеях и формальных христианах, а приняв православие и уже потом узнав о еврейских погромах, поводом для которых стал уход из семьи Тамары, честная девушка недоумевает и это "христиане… те самые христиане, к которым она так стремится."

Еврейские погромы, еще одна важная и болезненная тема, которой в книге уделено внимание. Крестовский подает эти события так, что основную долю ответственности за них возлагает на самих евреев. Они, не приняв добрую волю и выбор Тамары, хотят силой забрать ее из монастыря, бросают камнями в ворота, забрызгивают грязью лики святых. Чувство негодования охватывает православных христиан, создавшаяся у монастыря потасовка, перерастает в погром и далее автор как бы оправдывает его участников.

Из Википедии

Слово "жид" , вынесенное в название цикла, в романе встречается часто. Оно используется в разговорах местной русской аристократии, часто слетает с уст графа Каржоля, неся высокомерно-пренебрежительный оттенок, в иных случаях, как в приведенной цитате, автор использует его, когда речь заходит о скупости, жадности, алчности, не зря же последнюю часть трилогии он назвал "Торжество Ваала."

Приведу еще статью, которую нашла в интернете, перепечатанную из еврейского журнала 1918 года, о еврейском погроме в моем родном городе с упоминанием о Марке Шагале ( может кому-то будет интересно)

Накатала много, роман зацепил и вызвал неоднозначное отношение, интересно, что далее судьба уготовала Тамаре Бендавид.

P.S. Не могу не выразить своего недоумения по поводу оформления аудиокниг этого цикла издательством «Вира-М». К чему тут красотки с современных глянцевых журналов? Может сложиться впечатление, что Крестовский написал эдакую "клубничку".

Русские писатели умеют, конечно, удивлять. Ну, скажем, выбором темы: то Николаю Семёнычу вдруг в голову взбредёт о попах написать, то Алексей Феофилактыч с масонами отчебучит, а то и Всеволод Владимирович своими евреями жахнет. И появляются на поляне русской литературы такие «благорастворяющие воздухи» цветочки как «Соборяне», «Масоны» и «Тьма египетская». Уникальные, самодостаточные книги, не вписывающиеся в канон русской классики, эдакие «шедевры-в-себе».

Еврейство – сложная тема. До сих пор многие читатели видят в русских классиках «интеллигентных антисемитов». Хотя еврейский вопрос в русской классической прозе упоминается вскользь и достаточно редко бывает главной темой, да и то – в рассказах. А тут – целый роман на крайне скользкую тему, да ещё, похоже, и с вымаранными цензурой страницами (если это не художественный приём Крестовского) – о тёмной стороне иудаизма, еврейском погроме, еврейских порядках и характерах. При написании романа Вс. Вл. проделал титаническую исследовательскую работу – он скрупулёзно изучал русский иудаизм – быт, нравы, вероучение и в непотребных количествах разлил всё изученное по тексту. 80% романа – описание малороссийского еврейства через веру и обычаи и только одна пятая текста – художественная составляющая. Нравоописание Крестовскому даётся хорошо – достоверненько, нет передёргиваний и квасного патриотизма – на орехи достаётся всем – русским, евреям, иудеям, православным, архипастырям и раввинам, всё честно. Касательно еврейства мне очень понравилось одно рассуждение евреев в романе о том, что им Израиль как отдельное государство не нужен, что мол у них свой Израиль и так в каждом государстве, ну будет ещё одна бессмысленная Румыния, только не плодородная. Очень интересно.

Сюжет банален. Но разыгран просто превосходно. «Лучший парень на деревне» (дело происходит в малороссийском городке Украинске) граф Каржоль влюбляет в себя наследницу миллионного состояния еврейку Тамару Бендавид и предлагает ей перейти в православие, чтобы жениться на ней и решить все свои финансовые проблемы. Тамара, как полагается, предпочитает розовые монокли и свято верит в рыцаря на белом осле, вопреки здравому смыслу. И вот тут-то начинается нешуточная кутерьма: Тамара прячется в монастыре, евреи требуют её выдачи официально и неофициально – евреи глумятся около монастыря, вследствие чего происходит погром; владыка и губернатор приходят упрашивать настоятельницу монастыря выдать Тамару евреям; дед Тамары скупает все векселя Каржоля на 45 тысяч и предъявляет их ему, от Каржоля откупаются за 5 тысяч рублей. Весь роман у большинства персонажей «не выгорает», как выражается сам автор – всё происходит совсем не так как представляется и это крайне интересно наблюдать.

Персонажи не выписаны подробно, но, тем не менее, они вполне себе монументальны. При всей неприглядной картине еврейства в целом, за исключением Тамары, которая не нашла в нём себе места, её дед Соломон и бабка Сара – патриархальные честные старики, благородные и по-еврейски аристократические. Это положительные персонажи! А от православия единственным честным человеком выступает настоятельница монастыря. Три – один в пользу иудеев. Крестовский – честный писатель. В книге выведены шикарные образы иудейских проповедников и бунтарей, «политиков» - архиерея и губернатора, мерзавца Горизонтова и подлеца Каржоля.

Отдельную архиблагодарность заслуживает язык автора. Есть такой литературный и кинематографический приём – «гэг иностранного языка», это когда, например, в советском фильме «17 мгновений весны» нацисты между собой говорят по-русски, а с русской радисткой – через переводчика. Так и в романе – евреи говорят между собой на прекрасном русском языке, а это – идиш и ни где в тексте этого не сказано, а с русскими на смешной смеси языков. Мне дюже понравились словечки: «сшлиозы», «фанатызма» и «сшвирепый характер».

«Тьма египетская» - первый роман трилогии, здесь происходит только завязка истории, но роман вполне автономен, с открытой концовкой. В отличие от упоминаемых в начале рецензии Лескова и Писемского, прямых учеников Гоголя, Крестовский явно из соседней школы – он у Пушкина учился, но умение найти свою тему, это - да, объединяет. Читать – не перечитать! В полном восторге и упоении. Крестовский прекрасен.