Вместо вступления: Есть книги, которые возвращают в детство. У меня одной из настольных была то ли "Кухня Робинзона", то ли еще что-то подобное. Про то, как вкуснее съесть сурепку и где найти подорожник. В комбинации с Майн Ридом читалось на отлично. Адаптировало.
Не стоит ждать особой художественности и событийности. Проснулся, покормил коня. Едем, покормил коня. Где мой конь? Покормил коня. Продал коня. Хотя, стоп, подождите. О чем это я! Первое самостоятельное путешествие П.С.Массагетова по Казахстану и Средней Азии в 1921 году на свой страх и риск. 3000 км. за 144 дня на двуколке. Пустыни, солончаки. Дожди, сели и реки, что выходят из берегов. Переправы. Дорога, которую легко потерять. "Много дорог - нет дороги". Лихорадка, а хинина нет. Несчастье в Верном. То, чем живет человек. И великолепье флоры.
После завтрака занялся самым любимым делом - осмотром растительности на новом месте. Это ни с чем не сравнимое наслаждение, занятие, полное неожиданностей, волнующих загадок и красоты: красоты формы, цвета, аромата, всего, что может дать только мир растений...
Да, уж если чему и следует поклоняться, то растению, от него человек черпает все необходимое для жизни. Больше того, человек - детище растения, растение создало все населяющее Землю и самого человека. Того не замечая, мы, атеисты, поклоняемся растениям, преклоняемся перед их красотой, не можем отказаться от ритуала жертвоприношения - приносим в жертву цветы, даря их близким и любимым в дни радости и в дни траура.
Травы, что могут даровать жизнь.
И еще одно растение не могли мне показать. Оно тоже растет на высокогорных пастбищах - джайляу, но там, на юго-востоке. Это "мамыры" - лучшее лекарство при детских болезнях: скарлатине, дифтерии, кори. О могуществе мамыры даже пословица существует: "Мамыры болса, балайм ульбёйт эля" - "Был бы мамыры, мое дитя не умерло бы"...
Богатые, редкие, скромные. Вся книга пропитана их ароматом, "расцвечена" фотографиями (пусть черно-белые, но, сколь они наглядны!)
Сразу же стали встречаться новые растения, какие-то астрагалы, а обычная здесь додарция с темными фиолетовыми цветами показалась мне экзотическим растением.
И здесь, на сопках, преобладает желтая краска: цветут патриния и желтушник, на склонах сизо-зеленый кустарник - майкараган с крупными желтыми цветами. Введен ли он в культуру? А лапчатка гусиная? Какой плотный ковер из ее перистых листьев строгого рисунка! И по ковру рассыпаны золотисто-желтые звездочки цветов. Подует ветерок - зеленый ковер оживляется еще и тусклым серебром обратной стороны листьев. Травка лапчатки сама просится к человеку: и стричь не надо, и сеять - раз на несколько лет, и цветет до самой осени
А за стеной тамарикса оказался лес. Лес из невиданных деревьев со скрученными и гладкими - без коры - стволами и свисающими темно-зелеными нитями вместо листьев. Саксаул! Мы в настоящем саксауловом лесу. Необычность окружающего была настолько велика, что исчезли напряженность и беспокойство. Корявые, обтертогладкие, вытаращенно следящие за нами стволы были похожи на тела змееобразных ископаемых, а свисающие зеленые космы - на шерсть этих чудовищ.
Травы, хранящие свои тайны.
Оказывается, только покрытые ржавчинным грибком листья костяники и есть "измоден", а все прочие - просто трава
Долгие разговоры с местными жителями, люди, их знания, надежды, ожидания, люди предлагающие помощь и принимающие благодарность.
Мельник сидит у повозки, ни о чем не спрашивая. Почему? Спрашивать нет нужды, и так видно, что за человек. На лице у каждого написано, отображено и хорошее, и плохое, надо только уметь видеть. А то любопытство, с которым я сталкивался, совсем иное, это интерес к "хабару" - новости. Узнав новое, человек в степи пользуется вниманием, он теперь не простой человек, теперь он отличается от других. Чем меньше человек, тем больше он нуждается хотя бы во временном возвышении. А кроме всего человек любознателен
Мои спутники усердно, с удовлетворением и даже некоторой торжественностью помогают отыскивать и выкапывать растения. Таких бы товарищей в моих будущих экспедициях - любознательных, наблюдательных, с доброй, открытой душой! Как важно, чтобы рядом были люди, которые понимают и разделяют твои чувства, твое состояние! Вот что я нашел в этих горах.
Вот оно, еще одна россыпь. Люди, их характер, слова, поступки. Кров, обычаи, блюда, присказки. Автор походя собрал не только потрясающий ботанический материал, но и этнографический.
И снова Питигрим Массагетов... Приветствует неведомое Семиречье. (В книге настоящий культ рек. Потрясающее представление каждой: свой характер, свой образ. И первая встреча как первое свиданье)
Думал о реке; такую реку забыть нельзя; представил себе, как я вновь приеду сюда и познакомлюсь с ней ближе. Рекой можно увлечься, можно полюбить с первого взгляда. Знакомство с новой рекой - событие в моей жизни...
Приветствует неведомые травы
А вот и награда за вчерашний трудный брод: новое, неизвестное мне растение. Цветков уже нет, и листья блеклые, пожелтели, но есть плоды - коробочки, такие могут принадлежать только семейству пасленовых. В легком песчаном грунте без труда выкопал корни, не под стать слабой травке мощные упругие клубни
встретил необычайное растение: шаровидная кисть с множеством полупрозрачных пузыревидных перепончатых коробочек-плодов; каждый плод походил на погремушку, в которой находилось одно-два семени, твердых и крупных, как картечь. Что-то знакомое было в этом устройстве плодов. Но не таких же гигантских размеров может достигнуть леонтика! Какие же корни у этого незнакомца? Я долго искал растение, еще не сорванное ветром, но так и не нашел. На бивуак принес сухих стеблей, чтобы собрать семена.
Обретает "означивание", миссию:
Некоторое время мы молчали. Я находился под впечатлением разговора: до сих пор я был один. Теперь получил опору и признание нужности, оправданности своего путешествия. Вот что дорого, оказывается. Не ощутив этого, я знал, как мне необходимы и это признание, и эта оправданность! За истекшие полчаса узнал, что с дарминой связаны большие хозяйственные проблемы и, главное, что обследование ее налагает на меня ответственность. С этим еще не приходилось сталкиваться.
Отправляет в полет научную мысль и исследовательскую "фантазию".
Вторая тема была еще более увлекательной: должна существовать фиксация растительной клеткой картин окружающей среды. И если разработать способ восстановления этих картин, палеоботанические экспонаты рассказали бы нам о далеком прошлом с достоверностью очевидцев...
P. S. Да, в предварительной статье был, абзац про то, что "П. С. Массагетову принадлежит честь открытия многих ценных алкалоидоносных растений и алкалоидов". Но соотнести эту информацию с неожиданной пасхалочкой - особенности обработки опиумного мака, некоторые составляющие насвая и "анашисты, дайте затянуться" - как-то не вышло.
9 понравилось
