О святом Христофоре по-японски
Переиначенная на японский манер притча о простодушном великане, который ищет самого могучего владыку, чтобы поступить к нему на службу. В первую очередь меня порадовало то, что в рассказе намеренно сохранены оригинальные имена персонажей. Их приходилось раскручивать подобно ребусам, чтобы наконец вывести привычное для европейского слуха звучание. Так, например, в примечании было указано, что Кирисутохоро - это святой Христофор, Эсукирисуто - Иисус Христос, а Матай - Матфей. Для того, чтобы разобраться с именем великана Рэпуробосу пришлось заглянуть в Википедию - до принятия крещения св. Христофор носил имя Репрев (ср. лат. Reprobus).
Сюжет рассказа весьма подробно воспроизводит западную версию жития святого - в поисках самого могущественного властелина, великан поступает на службу сначала к антиохийскому царю, затем к самому дьяволу, и, наконец, обращается в христианство. Решив принять крещение, он демонстрирует свою готовность служить Господу тем, что переносит на себе путников через опасную реку. Однажды к нему обратился с такой просьбой маленький мальчик, однако чем дальше нёс его великан, тем тяжелей становился отрок. Великан уже совсем отчаялся и решил, что так они вместе и утонут посреди реки, как вдруг мальчик назвался Христом и сказал, что несёт на себе все тяготы мира. Отсюда и произошло имя великана в крещении - Христофор, что значит "несущий Христа".
Меня в очередной раз удивило обращение автора к теме христианства - как следует из вступления к рассказу, он входит в целое "христианское собрание". На рубеже средних веков и нового времени, проникающее в Японию христианство считалось в Стране восходящего солнца преступлением и каралось смертью. Существует такое мнение, что "многие христиане, прибывавшие в Японию, были мошенниками, развращающими японцев, или авантюристами от торговли" - по-видимому, эти первые попытки сближения культур весьма привлекали автора. Причудливый синтез европейской и японской культуры, столь характерный для творчества Р. Акутагавы, и на этот раз представляет собой довольно любопытное явление - даже христианские тексты в интерпретации автора приобретают традиционные черты национальной литературы. В целом, чтение было уже не таким скучным, как в случае с "Вечным жидом", а даже весьма познавательным, но всё же это совершенно не моя тематика, да и сам рассказ отнюдь не эмблематичный для Р. Акутагавы.
35 понравилось
