Сад костей

Людям со слабыми нервами изучать медицину не рекомендуется.

Редко встречаются убийцы с рогами и клыками. Они выглядят как все.

Самой впечатляющей его чертой были усы – таких кустистых Норрис с роду не видывал. Они выглядели так, будто рыжая белка вцепилась в его верхнюю губу и никак не хотела отпускать.

В ее дыхании чувствовалось зловоние смерти, словно тело уже начало гнить изнутри, а внутренние органы – разлагаться.

Как же уныл возраст, когда единственным утешением становится мысль: «во всяком случае, мы не будем голодать»!

Те, кто спасает чужие жизни, обретают особую форму бессмертия — и в поколениях, ими оберегаемых, и в потомках, кои иначе не появились бы на свет. Лечить — значит оставлять свою метку в грядущем.

Препарировать труп – дело пустячное, мертвые не жалуются. Настоящий ужас – в живой плоти.

Правда важна лишь для тех, кого напрасно обвинили, остальным до неё нет дела.

Пряником можно добиться больших результатов, чем кнутом.

Умереть летним днем в собственном саду – разве можно придумать смерть лучше?

Интерес публики к чудовищам неутолим – это я знаю наверняка.

Напуганная публика способна вести себя неразумно. И может вершить правосудие самостоятельно.

Ужасные вещи заставляют задуматься о том, что значит быть человеком и чем мы отличаемся от животных

Искусство  анатомирования – это действительно искусство.

О преданности часто складывают стихи, но в действительности она встречается крайне редко

История теперь никого не волнует. Все только и делают, что гонятся и гонятся за свежими новостями.

Случайность - вещь сильная, но обманчивая

Слабость присуща всем, даже самым закаленным из нас

Наверняка он станет ее критиковать — что еще можно говорить таким противным гнусавым голосом?

— В сущности, все мы образцы, господин Маршалл. Стоит извлечь душу, и все тела становятся одинаковыми.