Постыдное удовольствие. Философские и социально-политические интерпретации массового кинематографа

До недавнего времени считалось, что интеллектуалы не любят, не могут или не должны любить массовую культуру. Те же, кто ее почему-то любят, считают это постыдным удовольствием. Однако последние 20 лет интеллектуалы на Западе стали осмыслять популярную культуру, обнаруживая в ней философскую глубину или же скрытую или явную пропаганду. Отмечая, что удовольствие от потребления массовой культуры и главным образом ее основной формы — кинематографа — не является постыдным, автор, совмещая киноведение...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,7

112 оценок

5
21%
4
43%
3
31%
2
4%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 128Хотят прочитать 268

Рецензии

marina_moynihan8 сентября 2014 г.
Рекурсивная стыдобушка заключается в том, что чтение солидных книг о стыдных фильмах — занятие еще более постыдное, чем очередной просмотр этих самых фильмов. Ощущения те же, что и, скажем, при попытке посмотреть грайнду 70-х с родителями — и неважно, в ужасе они, посмеиваются, или это любимый фильм их молодости, — разнятся при этом лишь оттенки стыда. Дело, если что, не в возрасте; это какое-то идеологическое несовпадение, — когда автор какого-либо кинотекста предлагает мне не слишком задумываться над рассматриваемым фильмом, я подозреваю предвзятость; когда же предлагает, напротив, сосредоточиться, мне хочется посоветовать ему убрать руки от развлекательного кино и поверить алгеброй какую-нибудь часть собственного тела.
Все потому, что эта и ей подобные книжки рассчитаны на тех, для кого масскульт — действительно guilty pleasure, либо на адвокатов дьявола («это ужасное кино, но оно ужасно важно»). При этом точка зрения людей, испытывающих любовь к низкому жанру (здоровую или нездоровую, главное, — не отягощенную рефлексиями) остается упущенной. Вот в одной из цитат, кажется, залошили конкретно меня: «И в самом деле загадка, как мыслящие люди могут любить что мистические романы Мирчи Элиаде, что какой-то трэшевый хоррор типа Дика (sic!) Кунца или, скажем, на мой простой взгляд, почти тошнотворные ужастики какого-нибудь Лавкрафта». Ну да бог с ним, Борисом Межуевым, кем бы ни был этот последний — просто иллюстрация к тому, как горазды выдающиеся авторы текстов и постов поплевывать в несведущую толпу с высоты своей башни из слоновой кости. Получается, оправдывается и кокетливый снобизм, и ироническое фанбойство, — но только не бесхитростная синефилия.
Тактично забывая об этой прослойке зрителей, забывают и о том, что между массовым высокобюджетным и икс-рейтинговым помоечным кинематографом тоже есть жизнь (взять хотя бы телефильмы). И тут уж задумаешься — потому ли критику неинтересно препарировать, скажем, «Случай в Антаресе», что в нем, в отличие от «Ночи живых мертвецов», все метафоры мясом наружу, или потому, что второй на слуху, а первый придется гуглить?
Кстати о «на слуху»: я по-прежнему убеждена, что стоит все же смотреть фильмы, о которых пишешь. Это помогает избежать провалов вроде «Подглядывающий Том» («...Том помешан на собственных любительских фильмах» — да только главного героя Peeping Tom зовут Марк). Сюда же — техническая претензия: оригинальные названия фильмов в скобках необходимы. Все-таки в 60-х-70-х их шаблонность была фичей, а не багом, и если «Мочи их, киска! Мочи!» я еще могу опознать, то случаются и казусы. Вот, например, два предложения, курсив мой: «Хотя бельгийцы могут снимать жестокое кино, „Исчезновение“ (1990) Джорджа Слуйцера не из их числа... У режиссера, снявшего „Исчезновение“, позже вышел „Час убийств“ (1993) на ту же тему». Вот вроде звенит звоночек, но попробуй догадайся, что речь о моем любимом голландском фильме «Spoorloos» режиссера Слёйзера, «Час убийств» которого на самом деле вышел в 1996-ом!
И если поначалу я искренне смеялась над пассажами типа «[Жерару] Дамиано принадлежит ряд по-настоящему выдающихся креативных находок типа глубокой фелляции» или «Удачным изобретением [Кроненберга] может быть концентрация внимания на различных органах человеческого тела и игра с ними. Особенно это касается человеческого уха», — то на словах «Начитавшись серьезных книг типа „Потерянный рай“ Джона Мильтона или „Кентерберийские рассказы“ Джеффри Чосера...» я стушевалась. Кентерберийские? Рассказы? Серьезных? Глава, посвященная «Южному парку», подтвердила худшие опасения: он не шутит. По-хорошему, ее и статью «Социальное измерение страха» лучше было бы вовсе не включать в сборник — черт с ним, что эти два позорных текста по какому-то недоразумению когда-то появились в журналах. Вообще я убеждена, что чувство юмора здорово помогает восприятию кинематографа вообще и жанровых крайностей в частности. Эта полезная функция не дает, например, воспринимать большинство представителей того же нью френч трансгрешн иначе, как экстремально кровавый слэпстик, — мне вот странным видится замечание о том, что в таких фильмах можно или нельзя кому-то сочувствовать.
Такие дела. И если с тем, что «Пила» — это «франшиза в стиле „пыточное порно“», я еще могу смириться, как и с тем, что «Goodbye Horses — настольная композиция для всех маньяков» (от слова turntable, что ли?), то переводить the Real как Реальность — это по-настоящему стыдно. Впрочем, менее стыдно, чем вместо заявленных философских интерпретаций ударяться в оголтелую оценочность («настолько плох, что режиссера перестанут уважать даже за его седины», «мягко говоря, совершенно непривлекательна», и даже «один из самых восхитительных фильмов 1980-х „Когда Гарри встретил Салли“»). Тем не менее, вчера зачем-то посмотрела по черно-белому кухонному телевизору «Нечто» Карпентера, — в вынужденной изоляции выбирать не приходится, — и, надо сказать, впервые за двадцать с лишним просмотров (не шучу) следила не за последовательностью выбывания персонажей, которую и так знаю наизусть, а за историей об ассимиляции и попытках сопротивляться ей в условиях, когда стены рушатся, а занавесы поднимаются. Надеюсь, следующим номером в ночной телепрограмме будет «Горизонт событий», который между прочим напомнит, что интерпретировать всякие подозрительные видосы нужно по возможности аккуратно. В общем-то, неважно, я ли столь непроницательна, или стандартный развлекательный кинчик сам собой дешифруется только после определенного количества прогонов, — главное то, что нужно все-таки смотреть, а не только выдергивать готовые цитаты из англоязычных статей. Это, наверное, капитальная претензия к «Постыдному удовольствию», но поскольку именно обзорных книжек о корчах кинематографа в его массовой ипостаси не так много, то можно смириться и с таким вариантом.
Читать далее
78
789
by_kenni29 сентября 2019 г.
Иногда я люблю пересматривать аргентинские сериалы типа "Дикого ангела" или "Мятежного духа". Не то, чтобы это слишком зашкварно, но всё же guilty pleasure. Для кого-то постыдно слушать Меладзе, для кого-то - читать Коэльо, но они это делают и получают от этого удовольствие. Почему бы и нет?
В общем, когда я начинала читать "Постыдное удовольствие", я надеялась прям краснеть, смущаться, закрывать книгу и глаза, возможно, даже иногда блевать от мерзости. Но надежды не оправдались.
Из всех прочитанных мною non-fiction книг (не так уж и много), эта - наименее структурированная и наиболее сырая. Это как будто сборник статей, эссе, рецензий. Если взять все мои удачные рецензии на ЛЛ, слегка доработать и соединить - получится примерно "Постыдное удовольствие". Поэтому, если относиться к этому, как к проработанной книге - результат неутешительный. Но если относиться, как к сборнику статей из глянцевого журнала, то вполне себе можно провести пару вечеров с этой книгой.
Я говорила, что я разочаровалась, но, конечно, не только из-за плохой проработки структуры книги. Дело в том, что я ожидала увидеть действительно что-то стыдное. Не Кубрика (я его вообще горячо обожаю), не "Монти Пайтона" и не Хичкока (при чём тут он вообще?). Эту книгу можно было бы назвать как угодно, потому что "Постыдное удовольствие" вообще никак не раскрывает ее смысл. Целые главы посвящены чёрному юмору, рассказывается про отличия сортирного юмора от мэшапа. Есть глава-рецензия на книгу о "Южном Парке". То есть сейчас я рецензирую книгу, которая рецензировала книгу, которая рецензировала мультсериал. Не обошёл автор стороной и "Бойцовский клуб", и "Секс в большом городе", и фильмы о зомби, вампирах и прочей нежити. В общем, приводить содержание тут не буду, но такое ощущение, что автор просто решил рассказать, сколько фильмов он знает и что знает о них. Молодец, держи пирожок.
Плюс у этой книги всё же есть: можно составить огромный список фильмов, которые можно посмотреть. Вроде бы, по логике этой книги, это должно быть guilty pleasure, но сомневаюсь, что мне будет стыдно смотреть "Космическую Одиссею" или "Властелина Колец". Ну, еще спасибо за новые термины, возможно, буду их применять в жизни (но это не точно).
А ещё я узнала, что меня раздражает больше, чем когда русские авторы пишут романчики о Бэллах и Джонатанах - когда русский автор разбирает по полочкам американский (в основном) кинематограф, далеко не всегда в нём разбираясь. Я не причисляю сюда качественные обзоры (например, Антона Долина мне интересно читать и слушать), но если критик даже не удосуживается перепроверить оригинал прежде, чем писать мысль - о чём уже говорить?

Так, он пишет (если только это не ошибка переводчиков - по английскому тексту я не сверял),...
А, может, стоило бы?
Это была бы реально очень крутая работа, если бы автор решил остановиться подробнее на небольшом количестве картин, но разобрал бы их вдоль и поперёк, вместо того, чтобы растекаться мыслию по древу и надкусить 100500 фильмов, толком не рассказав ни про один. А еще всё-таки сосредоточиться на творчестве режиссёров, к которым испытывается симпатия, потому что необъективная ненависть (к Копполе, например) очень чувствуется и лично у меня вызывала негативные эмоции.
Резюмируя, хочу сказать, что если вам нужен список фильмов по тематикам или рандомный фильм для этого самого гилти плэже (у всех же стыд и удовольствия разные, может, кому и "Список Шиндлера" стыдно смотреть, но нравится), то эта книга вам подойдёт. Если ищете качественный нон-фикшн о кинематографе, ищите дальше, он здесь не спрятался.
Читать далее
23
419
AlexSarat24 января 2015 г.
На эту книгу я наткнулся через портал Постнаука, куда я часто выбираюсь за поиском новой интересной информации.
Увлекаясь кинематографом, данная книга не могла не привлечь мое внимание, хотя с первого раза в глаза больше бросается дизайн обложки книги, чем само ее название. Следующая работа Александра Павлова — попытка анализа кино как основного вида современной массовой культуры, что априори уже, как по мне, является интересным.
Главные моменты данной работы:
Дальше...

Основные категории для разграничения границы между разными видами кино — модернизм и постмодернизм (+ где-то проскальзывает реализм). Для меня эта стало новой классификацией разного рода кинопродукта, в ней что-то есть.
Каждая лента (анимационная, документальная или художественная) несет в себе некий идеологический посыл, что включает в себя те или иные политические нормы. Это выгодно не только государству, что в основном нацелено на патриотическое воспитание граждан, и не только корпорациям, которые нацелены на рекламирование общества потребления, но и самому обществу, а то и вообще каждому человеку. Каждый ищет что-то свое, свою идентичность (это уже мой вывод).
Персонажи современных фильмов ужасов ведут свою долгую историю с разных уголков мира (например, зомби от культуры колдовства вуду, вампиры от мифологических монстров славянских народов и так далее).
Автор восхищается творчеством Д. Кроненберга, не до конца понимает творчество С. Кубрика и не любит работы Ф. Ф. Копполы.
"Симпсоны", "Гриффины", "Южный парк" и "Американский папаша" — не такие уж и тупые мультсериалы. Это целое воплощение определенной художественной сатиры на разные моменты политики, экономики и культуры США, а местами и всего мира. Так, "Симпсоны" — воплощение консервативного направления в американской культурной традиции, "Южный парк" — воплощает идеи либертарианства, а "Гриффины" и "Американский папаша" — воплощают либеральную критику социально-политической жизни американского общества. И на самом деле, в этом что-то есть.
Есть кино высокого качества, есть кино низкого качества, середины тут не бывает. Но везде есть некий смысл, только где-то он виден сразу и думать не надо, а где-то нужно поднажать свои интеллектуальные способности, если они конечно есть (это также моя вставка).
Славой Жижек смог понять суть современного кинематографа, его интерпретации проходят через призму лакановского психоанализа и современного неомарксизма. Жаль только, что не каждый может понять суть идей самого Жижека.
Каждая кинолента — отображение определенного социального или политического запроса в обществе на те или иные идеи, на те или иные образы, просто так ничего никогда не случается. Кому-то нравятся "Сумерки", кому-то "Улица разбитых фонарей", а еще кому-то "Нимфоманка" Ларса фон Триера. Интерпретация окружающей реальности бывает абсолютно разной, следовательно существуют разные фильмы, сериалы или мультфильмы отображают разные вкусы и запросы. Не нравится интерпретация любви в "Сумерках" — тогда ищете ту интерпретацию, которая вам больше по душе. Например , "Титаник" или "Аватар", которые, к тому же, полны марксистских идей. "Найди свою любовь!"
Так я вижу основные моменты этой книги, где во многом я буду согласен с автором. После прочтения "Постыдного удовольствия" я стал существенно по другому смотреть на фильмы "низкой пробы", правда. Когда я недавно наткнулся по телевизору на "От заката до рассвета 2", то я думал не о том, какой же это плохой фильм, а для какой целевой аудитории он предназначен; поразмышлял о том, чем соотнесено такое количество трупов и сексуальных сцен; проанализировал внешний вид самих вампиров, почему они выглядят в этом фильме так, а не иначе. Короче, я убил в себе потенциального потребителя массовой культуры, без романтики "пипл хавает" у меня отпал всякий интерес смотреть некоторые фильмы.
Но есть у меня и некоторые претензии к автору по самому содержанию.

Часто научный анализ переходит в критиканство работ определенных книг или фильмов. По-своему это прекрасно, но сама работа изначально определялась, как общий анализ массовой кинематографа, а не сборник кино-рецензий. В отдельных моментах это помогает, но слишком уж это приобрело общей характер в работе, где субъективное мнение автора может маскироваться под научной терминологией. Так, полный разгром Френсиса Форда Копполы по фильмам "Дракула" и "Между" может рассматриваться, как чисто субъективная неприязнь Александра Павлова к этому режиссеру. Он прошелся исключительно по его не самым лучшим работа, при этом ни словом не упоминая о "Крестном отце" или "Апокалипсис сегодня". Что тут можно думать? Где искать истину? Слишком выборочно. Глава про Дэвида Кроненберга по своему объему в два раза перевесила главы о Стэнли Кубрике и Френсисе Форде Копполе. У каждого есть свой любимый режиссер, но есть определенная этика написание научных работ, где А. Павлов не всегда попадал в такт.
Практически в каждой главе автор обозначал, что он будет рассматривать, но снова не всегда само содержание отражало анонс. Автор отвлекался, забирался на другие темы и слишком увлекался рецензированием отдельных кинокартин, по видимому любимых. Местами авторот научного дискурса, пусть и в обложке популярной науки, переходил на личности и в размышления в качестве просто зрителя, а не увлекшегося исследователя.
Мой взгляд на эту книгу, как и на фильмы, также субъективен. Работа стоящая внимания, открывает новые исследовательские горизонты. Например, я не люблю фильмы про зомби, терпеть их не могу, если честно, но читал про них весьма увлечено. Отсутствие в самой работе "четкой линии сюжета" и определенной структуры текста, дает книги определенный шарм. Это очень по постмодернистски!
Для общего развития своего интеллектуального аппарата данная книга весьма и весьма полезно. Читайте, не пожалеете!
Читать далее
9
473

Все рецензии

Цитаты

ReneeMadison9725 мая 2016 г.
искусство должно быть разрушающим, хотя и не в буквальном смысле слова. оно должно будоражить, тонко указывать на то, что мир не является таким уж безопасным и уютным...
2
174
robot3 января 2015 г.
«Я не говорю: давайте ничего не будем делать. Я просто хочу сказать, что самое радикальное действие, которое мы можем совершить, это не делать ничего».
1
137
ScarArt16 июля 2018 г.
Филип Рифф считал, что в XX в. общество вступило в эпоху антикультуры, утратив власть и отказавшись от "второго мира", мира авторитета, в котором существовали нормы и запреты.
0
168