
I would always rather be happy than dignified.
Каноничный образ Джейн Эйр состарился крайне прескверным образом. Сделав из своей героини спасателя из классического треугольника Карпмана, Шарлотта Бронте романтизирует страдания и демонстрирует удивительную внутреннюю мизогинию.
Джейн Эйр горда, самостоятельна и принципиальна, но только когда речь не идет о мужчине - Рочестеру она прощает все. Она называет его "хозяином" (и вовсе не потому, что он ее работодатель) и служит ему во всех смыслах этого слова. При этом после знакомства с Рочестером у нее показательно нет никаких своих желаний или стремлений, кроме обеспечивания его комфорта, ролевая женская модель по Шарлотте Бронте - это покорное мужcкой воле существо, отвергающее мирские блага (достаточно вспомнить главу сразу после их помолвки, где Джейн последовательно высмеивает все попытки Рочестера подарить ей красивые вещи).
Типичное pickme-поведение главной героини (превозношение собственных достоинств за счет унижения других женщин) - это одно из проявлений внутренней мизогинии автора: достаточно естесственный интерес к украшению, свойственный многим женщинам, вдруг становится признаком пустой натуры и отсутствующей добродетели и на этом фоне Джейн Эйр кажется поистине исключительным созданием. У Шарлотты очевидный бзик на внешности: главная пара Джейн и Рочестера нарочито некрасива, об этом будут напоминать и напоминать, чтобы никто не забыл, что чистая, верная душа обретает лишь в непривлекательном теле; две же неудавшиеся партии Рочестера (француженка и Ингрем Бланш), наоборот, очень красивы и очень пусты, расчетливы и коварны.
"Джейн Эйр", безусловно, прекрасный роман, написанный красивым языком, однако есть все же некоторое удовлетворение от того, что многие из проповедуемых Шарлоттой Бронте женских заповедей устарели.








