Река Гераклита

Семья из четырех человек в кои-то веки выбралась на родственную прогулку - только вот подводные камни перевесили... Дети-студенты как трава под дорогой - отец гордится шакалистостью сына, матери они чужи, они не интересны ей; мать уснула навсегда после секунды счастья, утратив на войне свою единственную любовь, выжглась до дна с потерей вкупе с неверным выбором; отец - извелся от понимания, что так и не получил эту женщину, не исполнил свое желание, хоть и заполучил ее тело и детей, рожденных ею. И призрак первой и единственной любви Анны, давшей ей жизнь и забравший, друг отца семейства, в отличие от него не избежавший мести войны...

Анна: не-женщина - познавшая в себе женщину на миг и сразу же ее утратившая навсегда, погубившая себя "не так надо было жить, совсем иначе..." - никого больше не любившая (лишь его одного), опустошенная и выженная...

Павел: первая и последняя любовь - фантом, потерянный и потерявший шанс, вечно незримо присутствующий рядом, смысл жизни Анны, укравший эту жизнь у нее, но ждущий-ждущий...

Скворцов: муж-предательское ничто - вечно второй, не идущий в сравнение с "тем самым", трусливый обманщик, скрывший правду, которая могла бы дать жизнь Анне и Павлу.

Таня и Паша: дети без любви - шакалы, выросшие на откупных эгоисты, думающие о себе лишь.

Может быть, Анна и справилась бы кое-как со своей жизнью (и дети, быть может, выросли бы людьми, если бы родила), не соверши она ошибку - потеряв Павла выскочить за друга его (помните, "Летят журавли", чтоб ее...), но друг оказался вдруг и не друг вовсе, а враг - лгун, чье вранье чуяла наверняка Анна, оттого еще больше погружалась в себя, умирая оболочкой для всего снаружи. Возможно, справились бы они, выдержали, если забыть об адской созависимости Анны, с

И остается теперь ждать у моря погоды, ждать того, чего никогда не случалось и не случится...

На днях встретились слова: "Нет ничего ужаснее в жизни, чем несчастливый брак". Никому не нужный, мертвый, состоящий сплошь из компромиссов, валяющийся обугленной головёшкой где-то с краю костра жизни. Брак, в котором все являются не людьми, а функциями. Есть отец Скворцов, прошедший войну, выживший в немецком плену, бледненький и мягонький, директор Института по мирному использованию атомной энергии, но несущий в себе страшную тайну. Есть дети, Паша и Таня, превосходно освоившие молодежный сленг, ведущие ничем не обремененную жизнь, потому что "с предками повезло", в наследство каждому — однокомнатная квартира и "Жигули". Есть жена Анна, ученый-микробиолог, задумчивая и погасшая женщина со сжатой грудной клеткой, в которой томятся, взрываются и рыдают навзрыд воспоминания. Сын про неё говорит: "А я не верю, что мать настоящий ученый. Погасшие люди бесплодны". Проницательные дети видят этот лживый брак насквозь, и Анну им по-своему жалко: "Бедная мама — тяжело ей на двух работах". Только работ далеко не две, была и третья. Носить маску и никогда её не снимать, не иметь возможности дышать и хоронить себя заживо день ото дня. Но есть еще один мужчина, бескрайней тенью нависший над семейством и оставшийся навсегда молодым, сильным и красивым. Сияющий как солнце, полный жизни Пашка, приятель Скворцова и большая любовь Анны. Последнее прощание в Коктебеле было настоящим чудом, и хоть полноценного соития у Пашки с Анной не случилось, он навсегда наполнил её собой, сделав нечувствительной к другим мужчинам. Всё было бы не так трагично, если бы после войны Пашка не пропал — именно что "пропал", в списках погибших его не было, и одна эта разница значений давала такую невероятную надежду, которая пытала Анну долгими годами. Пошла замуж за Скворцова в надежде уловить отсвет Пашкиного сияния и согреться в его лучах, но не получилось, чуда не произошло. И счастливая на вид семья отправляется на Богояр, "инвалидный остров" — для обычных, здоровых людей всего лишь место недолгого отдыха и этакая потешочная, вызывающая пугающий интерес, для "обрубков" и "самоваров" — выбранное добровольно последнее пристанище, где среди северной природы можно спокойно заниматься каким-то делами и доживать свою жизнь. Конечно, Богояр — это Валаам, на котором какое-то время существовал дом инвалидов войны. На Богояре ивушку-Анну настигнет шторм, она будет гнуться под ураганными порывами, но выстоит ли в этот раз? Горькая, изматывающая песня о той жизни, которая могла бы быть, но не случилась. Можно называть детей его именем, можно ловить всё, чего касалась его рука, можно жить второй, призрачной жизнью, которая будет казаться реальной только во снах, но сможешь ли что-то сказать, когда увидишь его напротив себя?.. Люди терзали друг друга во все времена, но почему приходится отказываться от счастья, когда оно уже у тебя в руках? И есть ли какие-то пределы терпению? Нагибин —потрясающее открытие. Уместил на нескольких страницах одного рассказа содержание полновесного романа и создал искусное произведение, полное эротизма и чувственной любви.

«Сейчас еду в Нижний, т. е. в Лукоянов, в село Болдино. Милый мой, расскажу тебе все, что у меня на душе: грустно, тоска, тоска. Жизнь жениха 30-летнего хуже 30-ти лет жизни игрока. Дела будущей тещи моей расстроены. Свадьба моя отлагается день ото дня далее. Между тем я хладею, думая о заботах женатого человека, о прелести холостой жизни. К тому же московские сплетни доходят до ушей невесты и ее матери — отселе размолвки, колкие обиняки, ненадежные примирения, — словом, если я и не нещастлив, по крайней мере не щастлив. Осень подходит. Это любимое мое время — здоровье мое обыкновенно крепнет — пора моих литературных трудов настает, — а я должен хлопотать о приданом, да о свадьбе, которую сыграем бог весть когда. Все это не очень утешно. Еду в деревню. Бог весть буду ли иметь время заниматься, и душевное спокойствие, без которого ничего не произведешь, кроме эпиграмм на Качановского. Так-то, душа моя. От добра добра не ищут. Чорт меня догадал бредить о щастии, как будто я для него создан. Должно было довольствоваться независимостью».

С этого письма, которое написал Пушкин Петру Александровичу Плетнёву ( поэту, критику и ректору) перед отъездом в Болдино во время эпидемии холеры и накануне своей свадьбы с Гончаровой, начинается данный рассказ Нагибина. И он второй из трёх о Пушкине. "Царскосельское утро" - зарисовки о юном Пушкине в лицее. И рассказ "У Крестовского перевоза" больше посвящён его лицейскому  другу и поэту Дельвигу и его глубокой трагедии в личной жизни. Все три весьма красочны и трогательны, и я бы даже сказала очень болезненны, где, видимо, правда и фантазия автора гармонично переплетаются в интересный сюжет для читателя. По крайней мере, для меня они явились неким толчком и пробудили интерес к Пушкину как к личности. Правда, до сих пор размышляю, стоит ли нырять в глубины его жизни, потому что не хочу разочарований.

Почему разочарований? Ну вот, например, этот рассказ вызвал во мне очень противоречивые чувства. Очень проникновенно Нагибин описывает все давящие  сумрачные ощущения поэта от навалившихся материальных проблем и предстоящих земных забот, которые всегда тяготят человека творческого. Я бы даже сказала больше - разрушают внутренний мир любой поэтической души. И да, конечно, ему необходима отдушина и вдохновение, чтобы не только писать, а просто даже существовать. Я это очень хорошо понимаю. А кто ж подарит этот глоток свежего воздуха Пушкину? Конечно, женщина! Новая любовь или влюблённость, или увлечение, я не знаю. И на этот раз это простая крестьянка, резко контрастирующая с его будущей женой аристократкой, красивой и холодной, как изваяние. Февронья проста и свежа, как нежный полевой цветок, цветущий специально для него. И он его срывает, вдыхает аромат любви, любуется и касается его нежных лепестков, пока живёт в Болдино.

Не знаю, на сколько автор всё это выдумал, но пишу отзыв именно по данному рассказу. Там в Москве холера и будущая жена. Здесь простая влюблённая девушка, чистая душа, которую он сорвёт, действительно, как цветок, который постоит в его вазе до отъезда, а дальше канет в Лету жизни. Но зато будет вдохновение и много стихов, которые мы сейчас очень любим. Вот что тут сказать? Я не знаю...
Зато знаю, что пора бы мне уже наведаться в Болдино, ибо жуву в Нижегородской области, а там ни разу не была, к сожалению. И хоть сейчас июль, но октябрь уже не за горами.

https://u.livelib.ru/reader/litera_T/r/0nyz98xs/o-r.jpg">