Республика ШКИД

Авторы: -Григорий Георгиевич Белых (1906-1938гг) - советский писатель, персонаж книги (Григорий Черных); -Алексей Иванович Еремеев (1908-1987гг), псевдоним Л.Пантелеев, советский писатель, персонаж книги (Алексей Пантелеев).
Повесть о воспитании беспризорников в советской России 20х годов, тяге к знаниям, дружбе, справедливости. Написана в 1926г и впервые опубликована в 1927г. (авторам было 19 и 17 лет соответственно). У всех воспитанников школы и их воспитателей были клички. Достаточно насыщенную жизнь вели воспитанники: учились, бузили, издавали газеты и журналы, создавали государства, вели войны, занимались благоустройством, проводили лотереи, субботники, влюблялись, снимали кино, ставили спектакли, танцевали, читали книги и журналы и т.д. Упоминается что воспитанники школы читали книги по политграмоте: Ленина, Каутского, Энгельса и Адама Смита. Произведение Адама Смита - достаточно объёмное произведение, весьма удивительно, что дети читали его добровольно. У авторов был достаточно хороший словарный запас, видно, что они много читали в детстве, при том что оба были в свое время беспризорниками. Упоминается фраза «арапа заправлять» (то же что и «лепить горбатого»). Для поддержания дисциплины заведующий школой использовал самоуправление, систему разрядов (урезание прав тем, кто нарушает дисциплину), остракизм (коллективное изгнание отъявленных нарушителей порядка). Авторитетом у беспризорников пользовались преподаватели-знатоки своего предмета, требовательные и справедливые, других они просто изгоняли. Единственный рисунок по тексту книги - весёлый Роджер (череп человека с костями). В гл. «Содом и Гоморра» мешок кофе, оставленный у дверей магазина как ненужная вещь, который позднее украли воспитанники школы, выглядит неправдоподобно.
Написана живым языком, динамичный сюжет, читается на одном дыхании.
Каждая глава как отдельный рассказ из жизни школы.

Редкая для меня ситуация, когда подростковая книга, перечитанная во взрослом возрасте, не кажется глупой и наигранной. Даже наоборот... Я снова погрузилась в нее с удовольствием. И снова переживала всю историю вместе с обитателями "Школы коммуны имени Достоевского". Первый раз книга попала ко мне еще в далекие мои тринадцать лет. И уже тогда оставила хорошее впечатление.
Каждый герой со своим неповторимым характером и все вместе они составляют прекрасную мозаику "трудновоспитуемых". Малолетние бандиты, но живущие по своим строгим понятиям. Всегда готовые отстоять своих и свою точку зрения. Не важно, кто им противостоит педагоги или свои же друзья.
Мы смотрим на их жизнь как бы изнутри. Авторы не прикрывают недостатков воспитанников. Мы видим живую картину происходящих событий. Да еще и от первого лица... Кстати очень приятно было, что и свои поступков авторы не умалили.
Даже не смотря на то, что книга прошла множество обработок (уж очень веет советской идеологией), темы произведения все равно остаются вечными для любых поколений (и не обязательно для трудновоспитуемых)

Конечно, "Республику ШКИД" писали совсем не те, чьи имена указаны на обложке. Белых и Пантелеев скорее всего просто предоставили какие-то факты из своей биографии, и на их основе писалась книга совсем другими людьми, привыкшими сочинять всякие небылицы. Иначе трудно объяснить, откуда в книге столько ляпов. Взять к примеру главу "Великий ростовщик", о хлебном воротиле Слаенове. С чего же начал свой бизнес Слаенов? Авторы нам объясняют - половина шкидцев были хронические идиоты, готовые взять в долг 50 грамм хлеба в обед, чтобы уже вечером вернуть 100. Ладно, допустим голод был настолько сильный, что напрочь отключал мозги. Но как быть с оставшимися? Вундеркинд и тут нашел выход - он просто обыграл их всех в карты. Почему из всей школы для малолетних преступников, которые по идее в карты должны играть на уровне гроссмейстера не нашлось ни одного шулера, который бы оставил Слаенова не только без хлеба, но и без штанов, остается только догадываться. И вот, "хлебный король", как нам сообщают авторы получает чуть ли не весь паек школы - "полтора-два пуда хлеба". Все бы хорошо, но возникает вопрос - а где весь этот хлеб хранить? Не стоит забывать и о том что это не целые буханки, а затасканные по карманам и облапанные грязными руками "четвертки" и "осьмушки". И вот это вот богатство, как нам повествует книга, Слаенов выменивал на "деньги, колбасу, масло, конфеты." Хорошо хоть не на водку и наркотики. А то мог бы и женщин с пониженной социальной ответственностью, как сейчас модно выражаться в школу привести - Викниксор как раз на время этой главы куда-то запропастился, он появляется только в ее конце, чтобы навешать люлей хлебному старосте Савушке, которого Слаенов заставлял "подделывать птички". Каким образом "заставлял" - непонятно, точно так же как и то, зачем ему это было надо если денег и так немеряно.

Табурет по голове и Крокодил.
ZT. В молодости, ещё задолго до моего увлечения Антоном Семеновичем Макаренко и вообще педагогикой, листал "Республику Шкид", но, в отличие от широкой публики, совсем этой книгой не восторгнулся. Особенно меня покоробили главы "Крокодил" и "Содом и Гоморра".
Фильм Г. Полоки ни разу до конца не досмотрел, ибо - не приятно. (У Г. Полоки мне вообще ни один фильм не понравился).
"Не шали" - фраза КостАлМеда (Павел Луспекаев) из фильма Г. Полоки "республика Шкид" (1966 г.). Это когда его (КостАлМеда) со всей силой сверху табуреткой по голове. Это в фильме оценивается "милым" Г. Полока как "милая шалость".
Меня, ZT, поразило:
1) Где же элементарное достоинство учителя?
2) Как можно дружными баранами в ряд восхищаться фильмом с таким вот эпизодом?
Но это вообще говоря пустяк на фоне подавляюще для элементарного художественного вкуса невыносимой пошлости всей ткани пошлого фильма "Республика Шкид" супер-пошляка Г. Полоки.
"Республика Шкид" Г. Полоки представляет собой сцепку эпизодов, сделанных не по законам кино, а по законам театральной сцены. Это так режет глаза и уши, что сколь-нибудь долго смотреть указанную "кино"халтуру – ну совершенно невозможно...

ZT. .. В "Республике Шкид" есть сквернейшая глава "Крокодил". Упоённые и восторженные воспоминания Г. Белых и Л. Пантелеева (у него и в "Последних халдеях") о том, как они травили и избивали несчастных "халдеев".
ZT. Неизвращенному человеку такие страницы в РШ без чувства глубочайшего возмущения читать невозможно.
ZT. Нельзя забывать, что это было время страшной безработицы. Тогда от безработицы немало людей кончало с собой. В то время должность в Шкиде была многим крайне важна даже для простого выживания. Это именно, как правило, были совершенно несчастные люди, судорожно цеплявшиеся за свои должности в Шкиде и готовые терпеть там любые унижения. Их можно было и их надо было понять и пожалеть. Но в Шкиде бессердечные Иошка, Белых, Пантелеев и Компани этих, по сути, несчастных людей - с хамским азартом травили и избивали...
ZT. Однако миллионы, де (! по всему миру !), пошлых и недалеких читак читали эти вот пакостные и возмутительные страницы РШ (и "Последних халдеев") - с, де, восторгом...

Подробности в: "Последняя гимназия" Ольховский Павел Григорьевич (1907-1983), Евстафьев Константин. Последняя гимназия. Предисл. Анат. Горелов. Л. ЛАПП ПРИБОЙ 1930.256 https://zt1.narod.ru/doc/Poslednyaya-gimnaziya-txt.doc .

Книга написана одним из учеников школы им. Достоевского и знакомит читателя с тем временем, бытом и методами воспитания.
Отличная книга об исправлении дефективных детей, о их становлении на правильный путь. Читая, забываешь, что все эти дети воры и преступники, а все их проделки воспринимаешь только как шалость. Мальчишки очень разные, но все по-своему развитые. Они очень целеустремленные и интересующиеся. Некоторые парни до прихода в ШКИДу побывали во многих исправительных местах. Казалось бы им уже не помочь, но нет, они исправляются! Им интересно читать и получать новые знания. Им нравится учиться! Все в жизни детей происходит волнами. Сначала они запоем выпускают газеты, запоем изучают Комсомол, затем у всех случается любовь.
Ученики этой школы дружны. Они либо принимают учителей, либо не принимают. Но делают это вместе. Если учитель не знает своего предмета, Шкида без лишних слов выпроваживает его. И это здорово.
Книга добрая, нужная. Я очень рада, что познакомилась с ней.

Книга замечательная! Как-то все в классе уже прочитали раньше, а я нет. Они были правы - эту книгу стоит прочитать. А Наталия Николаевна устраивает спектакли, предлагает проекты, задает сделать газеты. Забавно переделывать имена своих учителей: Серсерник, Алвиккал, Натниккон, Петигзах, Еланмас, Илантар, Натильрив, Аналкош, Людмихшик, Ольалмих... Захотелось прочитать еще произведения Пантелеева. Правда, издание clever мне совсем не нравится. Написано, что вставки погружают в атмосферу тех лет. Мне кажется, книга сама - лучший способ попасть в то время, а вставки, отрывают от чтения, как будто ты ныряешь, плывешь, тебе под водой хорошо, но кто-то тебя выталкивает из воды.

В общем... боюсь, что к настоящему времени эта книга очень устарела. В качестве исторического документа, где не факт, что всё вполне правдиво и не приукрашено, хорошо подходит. В качестве напутствия, примера и образца воспитания соответствующих идеалов — нет.
Вот толпа "дефективных" малолеток — воришек, мокрушников. Вот их всех собрали в одном доме и стали воспитывать из них членов общества. Если я скажу, что затея удалась, это спойлером не будет, иной вариант повествования не пропустила бы советская цензура. Сюжет в целом отсутствует, скорее это альбом с воспоминаниями. У читателей советского времени может быть и колыхалось в груди ностальгическое чувство, у меня — нет. Во время чтения мне было, пожалуй, даже скучно. Не за что зацепиться. Желание вступать в комсомол, всякие там общественные ячейки, колхозы и прочее — чуждо и незнакомо. И несмотря на то, что герои повествования — криминальные элементы, они все какое-то... наивные, что ли. И книга тоже наивная со всей своей верой в дальнейшее лучшее и светлое.
"Дом, в котором..." — её преемник, сходство прослеживается невооружённым глазом, те же "дефективные", но уже в более прямом смысле слова, те же клички и уроки. Но Дом мне знаком, а Шкида — совершенно нет.

Книга несёт и передаёт читателю подростковый уличный задор, который напоминает задор весенних воробьёв. С беззаботностью и оптимизмом вчерашние малолетние преступники описывают суровые полуголодные будни Шкиды. На что только не шли некоторые ребята, чтобы получить лишний кусок хлеба в послевоенном Петрограде - воровство, спекуляции, не говоря уж о банальном обмане. Однако лично меня, например, удивило то, что эти подростки, несмотря на все свои асоциальные наклонности, хотели учиться. Даже они понимали, что надо выйти в люди. "Побузили - и баста!". В этом плане, как и написал в предисловии Маршак, сыграла решающую роль революция. К революции 17-го года можно относиться по-разному, но нельзя отрицать того факта, что в итоге она творила чудеса, делала настоящими людьми даже тех, которым при императоре были уготованы либо эшафот, либо приют для нищих.