Странное свойство глаз у восточных племен искажать очертания предметов, этот недостаток, благодаря которому все вышедшие из их рук пластические изображения представляются фантастическими и лишенными духа жизни, у Иоанна было доведено до крайности. Болезнь, которую он носил внутри себя, все окрашивала своими цветами. Он смотрел глазами Иезекииля, автора книги Даниила; или, вернее, он не видел ничего, кроме самого себя, своих страстей, своих упований, своего гнева. Туманная и сухая мифология, уже носившая каббалистический и гностический характер, основанная исключительно на превращении отвлеченных идей в божественные ипостаси, удерживала его вне условий пластического искусства. Никогда еще не бывало подобной полной обособленности от всего окружающего: никогда не бывало такого явного отрицания чувственного мира, такого стремления подставить несообразную химеру новой земли и нового неба на место гармоний реального.