Избранное

“– Ты хочешь сказать, почему мы не устроим переворот?
Я никак не ожидал, что он знает это слово, – забыл, сколько переворотов было в Кошачьем государстве.
– А-а, никто уже не верит! От переворотов мы только теряем, а они приобретают.”

“Ничто не спасет людей-кошек, если они не поймут, что их душит собственная глупость.”

“Люди всегда жестоки к тем, кого презирают.”

“Я понял, что междоусобицы людей-кошек были своеобразной приманкой для вторжения иностранцев.”

“Да здравствует мяуизм! Да здравствует кошкизм!”

“Чтобы обеспечить всех чиновников службой – или бездельем, – требовалось как можно больше учреждений. Мне показалось, что их уж слишком много, но людям-кошкам, по-видимому, было недостаточно.”

“Иностранцы любят чистоту, – пояснила Дурман, – грязь – лучшее заграждение от них.”

“Мы не желаем быть рабами! Человеческая совесть долговечнее жизни.”

“Мы пережили слишком много политических потрясений, и с каждым из этих потрясений все человеческое обесценивалось, а злодеи побеждали. Теперь они ждут последней победы, и тогда выяснится, кто же из них злее всех.”

“Сейчас об экономике вообще никто не беспокоится; восстановить ее не легче, чем воскресить мертвеца.”