«Я иду с уверенностью лунатика той дорогой, которой ведет меня провидение»
«Только того, кто будет повторять тысячи раз простейшие понятия, масса захочет запомнить»
«Мои молодые друзья! Я не знаю, почему поступаю так, а не иначе, знаю лишь, что должен так поступать. Я следую внутреннему голосу, тому же внутреннему приказу, которому некогда повиновался Арминий из племени херусков, когда он впервые решил создать некое единое целое из нижнесаксонских племен!»
Отличный подбор фактов, огромное количество литературы, с указанием авторов и года издательства. Книга позволяет читателю самому сделать вывод о пресловутом «гении» Гитлера и феномене Третьего Рейха. Сама идеология нацистов являет собой надерганные цитаты из разных антисемитских журналов тех лет. Так, когда Гитлер жил в Вене, он увлекся статьями бывшего монаха Георга Ланца. Уже в грошовых брошюрах Ланца движущей силой истории объявлялась война между «белокурой расой господ», которую Ланц называл просто «хельдингами», от немецкого слева Held — герой, и прочими, неполноценными расами под названием «аффлинги», от немецкого слова Affe — обезьяна. Ланц призывал «хельдингов» сторониться «обезьяноподобных», дабы предотвратить смешанные браки. Он считал чудовищным «расовым позором» связь белокурых женщин «высших рас» с «недочеловеками» из породы «обезьяноподобных». Между прочим, Ланц рекомендовал представителям «высших рее» иметь много жен, не обращая внимания на церковную мораль. По теории Ланца, «хельдинги» должны были устраивать специальные питомники для выведения чистых арийцев. Большое влияние на Гитлера и на его мировоззрение оказал также кумир австрийского мещанства — бургомистр Вены Карл Люгер. Первоисточником гитлеровских тирад, направленных против «монополий», против «эксплуатации», «спекулянтов» (и вообще всех тех, кто «не работает»), являлись речи Люгера, мобилизовавшего венских мелких буржуа против «капитала». Всю войну Гитлер прослужил связным при штабе полка, так и не получив чина выше ефрейторского. Даже к концу войны, несмотря на огромную нехватку командного состава, Гитлеру не дали офицерских погон. Гитлер и сам проект Третьего Рейха были антиподами всего того, что укладывалось бы в рамки человеческой логики и логики здравого смысла. Да еще и являлись антиподами христианской религии. Если Христос своей смертью должен был искупить грех всего народа, то в случае с Гитлером весь немецкий народ должен был кровью искупить его грехи. И словно специально, для этой роли подбирают едва ли не самого не подходящего персонажа. Всю войну Гитлер прослужил связным при штабе полка, так и не получив чина выше ефрейторского. Даже к концу войны, несмотря на огромную нехватку командного состава, Гитлеру не дали офицерских погон. Он всем говорил, что лечился от последствий английской газовой атаки, а на самом деле – лечился от сифилиса. И многие об этом знали. Журналист тех лет о Гитлере: ««Он похож на собственную карикатуру». Временами создавалось впечатление, что он всегда ходил с открытым ртом и с отвисшей челюстью. Вид у него был либо вопросительный, либо он сжимал губы так решительно, что опять-таки казался глуповатым». Именно Рем был не только первым начальником Гитлера, но и первым человеком, который разглядел в бывшем ефрейторе качества, нужные реакции. Гитлер мог ораторствовать в течение часа без перерыва, громя красных, разглагольствуя насчет «удара ножом в спину» и прославляя старую армию. Гитлер был нанят Ремом в качестве агента по секретным поручениям. Он должен был докладывать шефу все, что ему удавалось подслушать в казармах». Рем отправил Гитлера на специальные курсы рейхсвера, где обучались будущие политические агенты. Окончив курсы, Гитлер стал «офицером-воспитателем», не получив, впрочем, офицерского звания. Но обязанности Гитлера остались те же самые, только несколько расширились: его теперь засылали на собрания различных групп, фракций, карликовых партий, чтобы узнать, надо ли рейхсверу с ними бороться или же их можно использовать. Кроме того, ему разрешили публично выступать. И ему понравилось говорить для публики. И публике он понравился. Ему предложили вступить в «немецкую рабочую партию». И он согласился. Ибо, ни в одной другой более сильной партии Гитлер не мог бы выдвинуться. Вступив в партию Гитлер, так сказать, «сожрал» ее изнутри, оставив одну оболочку. Много позднее, в неизмеримо больших масштабах, то же произошло и с веймарским государственным аппаратом. Решающим для карьеры Гитлера уже на первом этапе было то, что он установил самые тесные связи с баварскими капиталистами. Первой из мюнхенской знати признала Гитлера семья Бехштейн — крупнейшего фабриканта роялей, имевшая обширные связи не только в Германии, но и в других странах. Финансовую поддержку Гитлеру оказывала также семья Зейдлиц, точнее говоря, Гертруда Зейдлиц, совладелица немецких и финских бумажных фабрик. Гитлера систематически подкармливали крупные баварские издатели Ханфштенгли, связанные через жену Ханфштенгля — американку, с американскими бизнесменами. Друзья Гитлера платили ему в те годы не в обесцененных немецких марках, а в долларах. До 1930 года вся энергия Гитлера была направлена на создание сильной партии нацистов. Программа партии, составленная в 1920 году, так называемые «двадцать пять пунктов», преследовала чисто пропагандистские цели и состояла из разного рода демагогических лозунгов. Ее членов связывала не программа, а круговая порука, а в дальнейшем до тонкости продуманная система привилегий и общность преступлений. Первым занялся широкой пропагандой нацистской партии некто Эссер, который так же, как и Гитлер, служил платным агентом рейхсвера. Именно Эссер ввел так называемую «пропаганду балагана»— огромные красные плакаты, нечто вроде цирковых афиш. По его же совету нацисты разбрасывали листовки с грузовиков, используя для этого всякие поводы, к примеру, ярмарки, народные гулянья и т. п. Ключ к овладению массами Гитлер видел «не в объективности, стало быть, не в слабости, а в воле и в силе». Гитлер неоднократно сравнивал толпу с женщиной, которая-де «любит повелителя больше, чем просителя». Следующее правило становится главным принципом «успеха» Адольфа: «Если уж врать, то врать беззастенчиво; крупной лжи поверят скорей, чем мелкой… Люди и сами иногда лгут в мелочах, но чересчур большой лжи они стыдятся. Поэтому им не придет в голову, что их так нагло обманывают». Когда в 1921 году, по настоянию Антанты, правительство было вынуждено распустить все военные и полувоенные организации, то при НСДАП создается так называемое «гимнастическое и спортивное отделение». 5 октября 1921 года «отделение» реорганизуется и получает новое, на этот раз окончательное название — СА, то есть Sturmabteilungen, «штурмовые подразделения». В феврале 1920 года Дрекслер, Гитлер и Федер составили так называемую программу нацистской партии — «двадцать пять пунктов». Программу никто и не собирался выполнять. В пункте 11 гитлеровцы призывали экспроприировать нетрудовые доходы, в пункте 12 — конфисковать военные прибыли, в пункте 13 —передать государству концерны. Универсальные магазины, поглощавшие мелких торговцев, согласно программе, следовало обобществить и разделить. Естественно, что такая программа пришлась многим по душе. Уже в 1921 году Гитлер стал фактическим хозяином нацистской партии. Удивительно, но позорный провал пивного путча в 1923 году Гитлер сумел превратить (извратить) в подвиг. Были впоследствии организованы празднования годовщины путча с «оживлением» мертвецов. Снова вспоминается Христос и Лазарь… После путча Гитлера и остальных участников судили показательно как изменников родины и показательно вынесли приговор, больше напоминавший профанацию. В тюрьме Гитлер начал писать «Mein Kampf». После выхода из тюрьмы Гитлер уничтожает оппозицию к самому себе в лице Штрассера, который считался организатором партии. Не последнюю роль в победе Гитлера над Штрассером сыграло то обстоятельство, что фюрер в это время уже обладал большими средствами, которые он черпал от промышленников, Если Штрассер призывал своих сотрудников к умеренности и даже аскетизму, то Гитлер обеспечивал им богатую жизнь. Руководство НСДАП делилось отныне на два отдела, или, как они назывались, политические организации: ПО-1 и ПО-2. Задача ПО-1 заключалась в подрыве веймарского республиканского строя, ПО-2 занималась организационными вопросами. По замыслу Гитлера, ПО-2 после захвата власти нацистами должна была стать своего рода готовым органом государственной власти. Вся Германия была поделена на 34 «гау» — области, примерно соответствовавшие избирательным округам в Веймарской республике. Кроме того, были созданы еще 4 «гау» за пределами Германии: в Австрии, Данциге (Гданьск), в Саарской и Судетской областях. Во главе «гау» стояли назначаемые Гитлером гаулейтеры. «Малейшее отклонение или самая незначительная критика предписанных догм внутри собственных рядов считались смертельной опасностью. Члены НСДАП постоянно выискивали «индивидуалистов» и «еретиков», обнаружить и уничтожить которых считалось более почетным, чем обратить в свою веру полдюжины открытых противников». В 1929 году в НСДАП было официально отменено тайное голосование. Члены партии должны были даже при выборах партийных руководителей выражать свою «волю» поднятием рук и криками. Уже в двадцатых годах в партийном аппарате был создан специальный институт «наблюдателей», которых обязали записывать крамольные высказывания членов НСДАП и передавать их по инстанциям. Даже гаулейтеры были лишены какой бы то ни было самостоятельности. Гаулейтер не имел права добровольно уйти с поста. Каждый из них знал, что он в этом случае будет объявлен ренегатом и предателем. Уже в середине двадцатых годов Гитлер учредил специальный партийный суд под названием УШЛА — «Комиссию по расследованию и улаживанию». Была создана и служба охраны (охранные отряды) – СС. СС были задуманы как военная организация (только более элитарная) в противовес СА, у которых уже сложились свои традиции неповиновения. Только в 1929 году для СС нашелся настоящий фюрер. Им стал бывший секретарь Штрассера, владелец птицефермы Генрих Гиммлер, которого в нацистской партии первое время звали «Гиммлер-навоз». Когда «Гиммлер-навоз» стал во главе СС, в рядах охранных отрядов насчитывалось всего лишь 200 человек. На выборах 1930 года в Рейхстаг партия Гитлера получила 107 мандатов и поднялась на второе место. Больших успехов добились нацисты и на выборах в ландтаги. Особо важными были при этом итоги голосования на выборах в прусский ландтаг, состоявшихся 24 апреля: нацисты, имевшие до этого всего 9 депутатов, провели в ландтаг 162 своих сторонника. Они стали самой сильной фракцией в парламенте Пруссии. Таким образом, Пруссия впоследствии превратилась в их основную опору в борьбе за власть. Также как Гитлера никто сперва не воспринимал всерьез, не воспринимали всерьез и Папена, которого выдвинули на пост главы правительства. Очевидно, действовали по принципу Клемансо, который как-то сказал: «Выбирайте глупейшего!» Таким образом, Папен должен был служить лишь переходной фигурой к более жесткому правителю. В политической области правительство Папена пошло прежде всего на далеко идущие уступки нацистам: 4 июня был распущен рейхстаг, вслед за этим отменен запрет СА. Но наиболее важное значение имели меры, проведенные Папеном в Пруссии: здесь был подготовлен и проведен в жизнь государственный переворот, сыгравший решающую роль в расчистке дороги Гитлеру. 20 июля 1932 года в результате тихого переворота власть в Пруссии перешла к нацистам. Также в 1932 году рейхсвер становится на сторону Гитлера. После окончательного прихода Гитлера к власти он начинает восстанавливать вермахт и мочить коммунистов. Правда, Димитрова он, почему-то пощадил. Видимо, исключительно для того, чтобы тот опозорил нацистский суд… Впрочем, и коммунисты еще те борцы оказались с нацистами. Такие борцы, что нацистам самим пришлось Рейхстаг поджигать. Были «самораспущены» все партии, кроме НСДАП. Новые профсоюзы сменили распущенные старые и цель у них была не защита индивидуума, а воспитание рабочих в нацистском духе. Интересный факт: нацистская партия и гитлеровский террористический аппарат были неразрывно связаны друг с другом. Однако нацистская партия насчитывала до 7 миллионов человек, а число членов всех нацистских организаций достигало 25 миллионов. Поэтому и над самой партией Гитлер установил надзор, создал органы, которые держали ее в постоянном страхе. Эту задачу выполнял, в основном, огромный штат платных функционеров от блоклейтеров до гаулейтеров. Функционеры проходили особую подготовку, к тому же большинство из них было вооружено. По словам самого Гитлера, в Германии насчитывалось 300 тысяч функционеров и они составляли «резерв фюрера», его глаза и уши в нацистской партии, костяк или, как выражались гитлеровцы, «становой хребет» нацистского движения. Непосредственно в террористический аппарат Гитлера входили: Отряды СС — до 1 млн. человек (в годы войны). Полиция—140 тыс. человек. Служба безопасности (СД) — до 70 тыс. человек. Гестапо (тайная полиция) — 40 тыс. человек.
Если рассматривать фигуру Гитлера как феноменального гипнотизера, то это выведет цепь рассуждений за рамки рационализма. Фашизм сам по себе стал проектом, в котором не просто «цель оправдывает средства», но и где отсутствует даже видимость права. Сказки про Гитлера-гипнотизера выгодны тем, кто не хочет замечать, что для основы пропаганды своих идей нацисты использовали 14 пунктов Вильсона. Авторы книги не делают единственного, напрашивающегося после прочтения книги, вывода о том, что вторая мировая война больше напоминала спектакль, в котором участвовали разные актеры и каждому был обещан свой гонорар, в соответствии с сыгранной ролью. К большому сожалению, роль СССР, в этом спектакле, который Советам казался ненастоящим, оказалась не только главной, но и драматической. 11 июня, еще до начала агрессии против СССР, фашистский диктатор издал «приказ № 32», в котором распорядился к осени 1941 года… значительно сократить вооруженные силы Германии. Из приказа явствовало, что Гитлер считал, будто «русская кампания» к тому времени закончится и Европа окажется в полной власти «Держав оси». «Для обороны европейского пространства и дальнейших наступательных операций, — говорилось в приказе, — можно будет ограничиться значительно меньшими вооруженными силами, чем мы держали прежде». «По всей вероятности, для выполнения дальнейших задач, — вещал фюрер, — нам хватит 60 дивизий, не считая сил наших союзников и друзей». И это говорилось не за столом, не в порядке досужих домыслов, а черным по белому было записано в официальном приказе. Гений фюрера говорите? Далее Гитлер предписывал начать перестройку военной промышленности, значительно уменьшить выпуск военных материалов, необходимых для сухопутной армии. «Размер резервной армии, — говорилось в приказе, — следует привести в соответствие с сокращенной действующей армией… Призыв резервистов 1922 года рождения надо отложить на возможно более дальний срок». И еще один абзац: ««Вооружение и техническое оснащение войск… следует сократить до размеров, необходимых для продолжения еще не законченных полевых операций». Незадолго до своего самоубийства Гитлер узнает о предательстве Гиммлера и разражается краткой тирадой, подходящей для финальной сцены спектакля: ««Никто меня не щадит. Мне пришлось испытать все — разочарование, предательство… А теперь еще и он. Все кончено. Нет такой несправедливости, какую бы мне не причинили». Занавес
3 понравилось
