Мятеж на «Эльсиноре». Смирительная рубашка

Дураки! Словно они могут лишить меня моего бессмертия с помощью своего неуклюжего приспособления из веревки и деревянного помоста! О нет, еще бессчетное количество столетий я буду бродить снова и снова по этой прекрасной земле! И не бесплотным духом буду я – я буду владыкой и пахарем, ученым и невеждой, буду восседать на троне и стонать под ярмом.

О, Джек Лондон точно один из тех писателей, что умеют беспрестанно удивлять своего читателя! И думаю, удивит он меня в жизни еще не единожды. Как обычно, изумляет и восхищает многообразием жанров и тем: приключения, фантастика, любовная драма... И каждый раз это будто бы новый, неизвестный доселе, совершенно непривычный Джек Лондон, и никогда не знаешь, чего от него еще можно ждать.

В этот раз, правда, не ожидала ничего. Мельком, очень бегло и поверхностно, ознакомившись с аннотацией книги (сделала в этот раз такое исключение для любимого американского классика), не поняла из нее, честно говоря, толком ничего: какая-то абстрактная, несколько туманная, невнятная, но красивая, это да, этого у нее, конечно, не отнять. Общие и размытые фразы не поясняли о книге ничего, лишь разжигали желание ее прочесть. В итоге решилась читать, положившись на высокие оценки друзей и мое давно сложившееся убеждение, звучащее следующим образом: "Джек Лондон разочаровать не может в принципе". Так оно, собственно говоря, и вышло.

Читая аннотацию, прикидывала я мысленно так и эдак, о чем все-таки может пойти речь в данной книге. Предполагала всякое, по большей части ориентировалась я на заглавие книги и мысленно воображала себе смертельно опасные полеты в космос, к тем самым далеким звездам, но обожаемой мною эзотерики в исполнении любимого автора представить себе ну никак не могла, а выходит зря: не бывает на свете невозможного. Мое давнее и серьезное увлечение эзотерикой, хоть и сошло с годами плавно на нет, изредка все же дает о себе знать - в основном в виде выбираемых для чтения художественных книг и выбираемых для просмотра кинофильмов. Меня все так же, как и десять-пятнадцать лет тому назад, манит эта загадочная, непостижимая, воистину бесконечная, хоть и недоказуемая поныне тема множественности жизней, проживаемых нами. Так, к примеру, я обожаю "Облачный атлас" - фильм, естественно, потому как до книжного первоисточника все никак не доберусь. Мне всегда интересно следить за разными воплощениями одной и той же души. И какова же была моя радость, когда я встречаю эту тему - не отголоски причем, а самую что ни на есть основную и ключевую тему произведения - в сюжете лондоновской книги! Вот после этого оторваться от романа Лондона было уже маловероятно.

Как завороженная, следила я все время чтения (а книгу проглотила в рекордные два дня: очень уж хотелось узнать, чем все итоге закончится эта душераздирающая история) за путешествиями главного героя по своим прошлым жизням - своим прошлым "Я". Заключенный и осужденный на смертную казнь, Даррел Стэндинг, вызывал у меня все чтение ворох самых разнообразных эмоций, несмотря на то, что являлся он, по сути, преступником, и не каким-то там фальшивомонетчиком или вором, нет, убийцей. Однако невозможно было с равнодушным видом взирать на все те издевательства, которым практически беспрерывно подвергался мужчина в тюрьме. И издевательства эти были отнюдь не со стороны других осужденных, вот что самое страшное...

Даже в мистико-фантастическое повествование талантливый американец умудрился вложить горькую долю реализма, показав наивному обывателю в розовых очках, как в действительности обстоят дела по ту сторону решетки. Не очень обстоят... Эти страшные, кровавые, леденящие страницы, в красках, самых мрачных и жестоких тонах описывающие бесчеловечные пытки, теперь, уже после прочтения самой книги, мне хочется поскорее и навечно выветрить из своей памяти, вот только получится ли, думаю, едва ли... Слишком уж яркими, незабываемыми получились в итоге эти бесчисленные странички - да, к сожалению, пыток, издевательств, унижений здесь будет предостаточно. И, как ни странно, получились они у Лондона вместе с тем и самыми жизнеутверждающими, наглядно доказывающими читателю все время, что можно все вынести, все стерпеть, можно сломать тело, но нельзя сломать дух человеческий. Душа неубиваема! Со смертью ничего, абсолютно ничего не заканчивается в этом мире! Бренна форма, материя, тело, этот краткий миг нахождения в нем, а жизнь вместе с тем бесконечна, бескрайняя она. И раз за разом мы будем проходить новые или все те же уроки, сталкиваться с предательством или испытывать любовь, находить друзей и любимых, радоваться, печалиться чему-то - мы будем беспрерывно жить. Веками, тысячелетиями, песчинкой в океане сквозь необъятную Вечность...

Джеку Лондону удалось создать красивое философское полотно, украсив его приключениями и фантастикой. А главное - оно вновь заставляет задуматься о вечном...

Это было невероятно увлекательное занятие - вместе с главным героем книги перевоплощаться то в барона Гильома де Сен-Мор, отстаивающего свою честь и честь прекрасной возлюбленной на дуэлях, то оказываться восьмилетним мальчуганом, вместе с родителями прокладывающего долгий путь в поисках нового места жительства - в фургоне, через пустыню, выстрелы, стычки с мормонами, то просыпаться потерпевшим кораблекрушение, но каким-то чудом выжившим Дэниелом Фоссом, пытающимся выжить в одиночку на необитаемом острове, то, открывая глаза навстречу новому дню, сознавать себя египетским отшельником, худым, изможденным, в тени пещеры. Моим любимым его воплощением стало, пожалуй, бытие во плоти римского легионера, которому волею судеб довелось беседовать с самим Пилатом (поймала себя на мысли во время чтения: я бы сама не отказалась от подобных бесед, как, впрочем, не отказалась бы и от путешествия по собственным прошлым жизням, а вот будущие меня отчего-то волнуют мало...)

И перечисленная сейчас мною вереница жизней лишь малая толика всех его земных воплощений за тысячи лет. Красочными и выпуклыми картинками вспыхивают они, подобно зажигающимся в осенних сумерках фонарям. Хаотично, вне хронологии, приходят они в сознание и бессознательное, одаривая давно, казалось бы, утерянными воспоминаниями, но нет - все живо, как на ладони, как наяву, как будто бы вот-вот прямо сейчас все с ним и происходит. Странное, увлекающее чувство дежавю: все было когда-то и продолжается вновь. Не зря в эзотерическом учении говорится о том, что прошлое, настоящее и будущее существуют одновременно и линейно. Роман Лондона подтверждает эту догадку-гипотезу. Оно случилось уже когда-то, но ты можешь вновь пережить все это - в подробностях и деталях. Позволь "умереть" собственному телу, сделав его на время незначительным и неважным, позволь воспарить собственному духу, возвыситься над всем материально-иллюзорным (ведь материя - та же иллюзия). Признаюсь, описываемые Лондоном-Стэндингом опыты по выходу из тела и воспарению над сущим читать было несколько жутковато, те же ощущения и впечатления, помню, вызывало у меня чтение Кастанеды.

Без сомнения, роман Джека Лондона запомнится мне не только этим. Многое в своей жизни читала на тюремную тематику, так вот, книга американского классика точно одна из самых впечатляющих книг на данную тему. Запомнится мне, конечно же, описанием подневольных будней арестантов и их размышлениями в ожидании приговора. Кстати, из понравившегося на эту тему назову такие книги (вдруг кому-нибудь пригодится; кстати, все из них рекомендую к прочтению), как Стивен Кинг - Побег из Шоушенка , Стивен Кинг - Зелёная миля , Мигель Отеро Сильва - Пятеро, которые молчали , Александр Дюма - Граф Монте-Кристо , Виктор Гюго - Последний день приговоренного к смерти и отчасти - Посторонний . Вдруг оказалась, что тема эта мне очень импонирует: в заключении наиболее остро переживается все, воспоминания - ярчайшие... А вот Джек Лондон, этот главный романтик двадцатого века, убедительно доказал всем нам, читавшим его "Странника.." (видела, что книга издавалась еще под названием "Смирительная рубашка", что очень точно обрисовывает ее сюжет), что для свободного духа решеток, замков и границ не бывает. Ни одному тюремному надзирателю не силах сломить нас и нашу бессмертную душу, если мы тому этого не позволим. Не придумали еще таких виселиц, шпаг и пистолетов...

Какая нелепость! Как смехотворна эта наглость червей в человеческом облике, воображающих, будто они могут убить меня! Я не могу умереть. Я бессмертен, как и они бессмертны. Но разница в том, что я это знаю, а они – нет.

В том случае, если бы я бы был литературным критиком или преподавателем на кафедре рекомендаций лучших произведений, то на нелепый вопрос взъерошенного студента, который всем своим существом состоял из вопрошающей фразы: "Можно ли прожить никогда не прочитав данный роман?" - я бы ответил однозначное: "Да!" - под бурю неутихающих аплодисментов животрепещущей публики. "Прочтите "Мартина Идена!" Всё остальное будет казаться вторичным... Даже "Белый клык" особо не стоит внимания, если вы не держите дома несколько хаски. Без этого произведения нельзя обойтись для понимания писательской жизни, биографии автора и множества тем привычных социализму и брешах в идеологии пресловутого капитала. На сегодня лекция окончена! Все свободны!" - сказал бы я и глубоко задумался, над смыслом сказанных слов, под звуки людей, покидающих безразмерную аудиторию позабытого института.

Через пару мгновений рядом со мной оказался невзрачный студент. Он увидел бы тягость моих бесполезных раздумий и стесняясь что-то сказать терпеливо ждал бы момента, когда он будет замечен. Аудитория стала пустой, а я продолжал смотреть в непротёртые окна, будто надеялся увидеть сквозь них огромный корабль, упоминаемый в названии книги.

– Сергей Алексеевич, извините, но не могли бы Вы ответить мне почему это всё же не стоит читать? - спросил он, взглянув на меня с крупицей непонятной надежды.
– Просто это бездарно, - сказал я и упрямо посмотрел на него со всей тяжестью авторитета, обрушившегося на хрупкие, юные плечи.
– В чём именно бездарность данного произведения автора? Я прочёл множество книг и среди них не видел откровенно слабых позиций, - не унимался он, пытаясь услышать критику в адрес любимого писателя книг.

Он скромно подойдя к протёртой кафедре стал пристально ждать, несмотря на желание выйти во двор и обсудить прошедшую лекцию с остальными студентами. В его страсти я видел себя самого лет пятнадцать назад. Тяга к знаниям, к новому, когда хотелось прочитать все книги и испытать запредельный восторг, что воскресал бы желание жить. Когда это всё казалось необходимым наркотиком, где ты каждый раз увеличивал дозу, постепенно дойдя до уровня понимания постмодернизма.

– Когда я был более глуп... Я не верил оценкам друзей и текстам рецензий. Писал свои, но в них подавно не верил, не признавая себя авторитетом, способным влиять. Честно говоря, пишу я предельно бездарно и я усердно пытался всё оценить, не осознавая понимания текста и часто не испытав наслаждений. Вот тогда я решил прочитать эту книгу наперекор всем другим. Думал, что могу понять то, что другие не смогли оценить по достоинству. Наверное где-то в пространстве вселенной я оказался бы прав делая подобные громогласные выводы. Может быть даже в этой вселенной. Но послушай... Это правда не стоит читать! Данный роман не может спасти не аудиокнига, не писатель дрейфующий на корабле, борясь с десятком серьезных невзгод. Писатель ходит по короблю на протяжении книги, складывает мнение о людях, считая себя выше других и нелепо влюбляется в женщину. Интересное чтиво? Он однозначно уступает "Морскому волку" и видимо, служил всего лишь средством для заработка денег и раздаче долгов, при условии того, что более талантливое произведение схожее по тематике было написано значительно раньше той книги, на которую написан текст этой рецензии. Борьба классов, ничтожное и потребительское отношение к женщине, неизвестная судьба многих людей и мятеж, который начинается ближе к концу этого незатейливого романа, который однозначно не стоит читать для того, чтобы разобраться в таланте писателя. Вот всё что ждёт человека, кто решится это прочесть! Только лишь любовная линия, надменная радость от классового превосходства и постоянные разговоры о том, что грядёт нелепая расправа над правящей элитой, которая сомневается в компетентности команды выполняющей поручения свыше. Здесь лишь много смертей и бесполезных прогулок по трапу в ожидании рваных событий. Лондона в те времена, наверное, безмерно волновали теории Ницше, давшие толчок для художественного размышления и упаковки в виде собственной книги. Правильно ли он осознал их наружность? Вполне. Интересно ли это читать? Нет! Всё сухо и пресно за исключением воды за бортом, некоторых рассуждений о жизни и описании корабля, что плывёт по волнам, несмотря на происходящие действия у пространства кривого штурвала. Можно потратить свободное время на поход по магазинам, посадку деревьев, принятие душа или выходом на работу в сверхурочное время. Всё из этого списка гораздо приятнее, чем суть авторской мысли, что была преподнесена в виде развлечений и размышлений читателю. Я бы мог рассказать тебе больше, но я и так этой историей отвожу всё от сути прочтённого, добавляя ненужного текста, что не каждому будет по вкусу. Не трать своё время. Прочти Ницше, разочаруйся в боге, начав писать его имя с маленькой буквы, полистай "Морской волк" и перечитай "Мартин Иден". Вот где скрыто наслаждение в авторском стиле, сотни цитат и поводов мыслить. Ты понял?
– Честно говоря, не особо убедительно, Сергей Алексеевич. Я подумаю своей головой или всё же попробую! - сказал он и вышел из аудитории следом за остальными.
– Ну ладно он любопытный дурак, а Вы? - спросил я и взглянул на читателя этой рецензии. - Не тратьте лишние минуты зря! "Читайте только хорошие книги!" (с)

Книга "Странник по звездам, или Смирительная рубашка" Джека Лондона вызвала у меня очень противоречивые мысли.

Дэррел Стэндинг приговорен к смертной казни. Ожидает он её в одиночной камере, а это ожидание скрашивается еще и пытками. Его туго завертывают в "смирительную рубашку" и оставляют на несколько дней. Для того, чтобы избавиться от мучений, он пробует отпустить тело, "умереть". К своему удивлению он не просто освобождается от тела, но и отправляется в путешествие по своим прошлым жизням.

Сами описания прошлых жизней меня оттолкнули своей шаблонностью.

Я родился в бурю, после битвы, и пеленками моими была волчья шкура.

Но идея победы духа надо плотью и то, что поднимается важная социальная проблема, наверное, перевешивают.