В. К. Арсеньев. Собрание сочинений в 6 томах. Том 2

Могу только предположить, какое это потрясающее чувство: быть первооткрывателем!  И такая яркая миссия была у незаурядного исследователя, геолога, военного офицера, педагога Владимира Клавдиевича Арсеньева.

В этих заметках ученого речь идет об экспедиции 1927 года по маршруту Хабаровск - Советская Гавань с целью выяснить, что представляют собой местности, на которой планировали провести железную дорогу. И исследователь делится с читателями, какая же это не тривиальная задача организовать экспедицию. Он, конечно, выражается очень корректно, что "вследствие недоразумений" деньги на экспедицию перевели только в конце апреля, хотя она планировалась еще ранней весной. Факт упущенного времени усложнил подготовку питательных баз по маршруту экспедиции и заставил отказаться от более легкого пути: пришлось двигаться не со стороны Хабаровска до Советской Гавани, а наоборот. Ну и, помимо этого, Совторгфлот грузы экспедиции заслал вместо Советской Гавани на остров Сахалин.

Успех своей экспедиции Арсеньев объясняет в большей мере тем, что в ее состав входили местные жители, представили малых народов: орочи и удэгейцы. Туземцы хорошо знали окрестности, умели долбить лодки и управляться с ними на перекатах, снабжали всех рыбой и мясом. Меня больше всего расстрогало отношение автора к своим помощникам: с вниманием, интересными деталями и большой любовью он описывает их. Не раз я улыбалась, когда читала моменты, связанные именно с орочами или удэгейцами. Например, когда Сунцай Геонка отказался взбираться на гору, потому что там сидит черт!

Хочу предупредить, что заметки автора - вещь достаточно специфическая, что в них очень много географических указаний, много описаний, наблюдений, где какая почва, где какие деревья, какие птицы и животные. Меня в какой-то момент несколько утомило описание удивительных птичек, интересных растений, но я отдаю должное автору: сколько в нем энциклопедических знаний и любознательности ко всему, что его окружает.

Исходя из повествования понимаешь, насколько опасной и трудной была эта экспедиция. Участники экспедиции могли легко пораниться об острые сучья валежника, замаскированного травой, из-за росшего на косогорах скользкого кустарника сорваться под обрыв и разбиться на смерть, погибнуть на спусках по горным рекам, утонуть при наводнении. Помимо вышеперечисленного, они преодолевали огромные расстояния пешком, неся на себе тяжелые котомки, страдали от чувствительных укусов насекомых, претерпевали усталость, голод и холод.

Но больше всего мне понравились описания природы, данные Арсеньевым. Так может писать человек, искренне восхищающийся природой и осознающий себя на фоне ее "двуногим пигмеем".

Хочу закончить призывом почитать про самого Арсеньева. Его судьба, к сожалению, показывает нам, как наша страна обходилась (в прошедшем ли времени только) со своими Героями...

Когда-то давно я любила книги о путешествиях. Вот знаете, чтобы постоянно какое-то движение, приключения, чтобы искры летели! С тех пор прошло немало времени, многое изменилось, и вот ко мне в руки попало одно из знаменитых произведений русского путешественника, географа Владимира Арсеньева - "Сквозь тайгу".

Повествование у В. Арсеньева достаточно неспешное, очень обстоятельное, со множеством подробностей. Но иногда оно становится очень поэтичным, как будто читаешь старую сказку, мне очень понравилось такое сравнение:

Если смотреть на них со стороны устья Иоли, они представляются руинами древнего замка, заросшими буйной растительностью. Некоторые утесы имеют странные очертания: один из них похож на сидящего человека, который несколько повернул голову и прислушивается к чему-то; другой имеет вид старика, всматривающегося в даль; рядом с ним замер в неподвижной позе уродливый карлик, поднявший кверху руку и как бы указывающий на самую большую скалу

Или вот здесь:

В этой игре света и тени лес имел эффектно-сказочный вид. Так и казалось, что вот-вот откуда-нибудь из-за пня выглянет маленький эльф в красном колпаке с седой бородой или c киркой в руках. 

Согласитесь, совершенно потрясающие, волшебные описания! Порой представление природных ландшафтов мне действительно напоминало произведения Дж. Р.Р. Толкина, настолько зачарованным казался лес, необычными звери и птицы, будто бы это и не наша родная тайга, а Лориэн - "край сновидений".

Автор со скрупулёзной точностью описывает всю флору и фауну, которую встречает на своем пути возглавляемая им экспедиция на пути от Советской гавани до Амура длиной в 1873 километра. Весь маршрут они преодолели за 106 суток, пешком и на лодках. Текст изобилует большим количеством географических названий, особенно рек и горных массивов, о которых я и не слышала никогда.

На своем пути экспедиция повидала не только множество природных красот, но и опасностей, которые таит в себе глухая тайга, где так легко пропасть человеку неподготовленному и неопытному, даже несмотря на помощь провожатых - местных туземцев, о которых автор отзывается с большой теплотой, с уважением относится к их местным поверьям и предрассудкам, что придает повествованию особенное очарование.

"Сквозь тайгу" для меня было сродни экскурсии в край далекий и неизведанный, в который ступить сама я бы наверное побоялась, но благодаря данному произведению смогла хотя бы поверхностно, но познакомиться с ним и его чудесами чуточку ближе.

106 дней пути или 1873 километра. Именно столько заняла экспедиция по маршруту от Советской Гавани до реки Амур. Пешком с котомками сделано 863 километра, а на лодках — 1010 километров. Экспедиция пересекла 5 водоразделов.

Просто читать не получилось . Пришлось сидеть с планшетом возле ноута и спрашивать у деда Гугла что это за реки, притоки, где они. Заодно и фото посмотрела, потому что реально фото не хватило в книге. Заодно и флору, фауну погуглила. В общем, довольно тоненькая по объёму книжечка заняла очень много времени на прочтение.

Местами было скучно читать. Очень уж утомляли эти непривычные названия.

Много описаний тайги, флоры, фауны, местного населения, их обычаев.

Может, кому будет интересно, также описано как туземцы лодки выдалбливали, опаливали.

Понравился язык и описания.

Вот, например, описание начала грозы:

В виде страшного лохматого чудовища летела туча над землей, протянув вперед свои лапы и стараясь как бы охватить весь небосклон. От рева его содрогалась земля, и из пасти вылетали длинные языки пламени. Вдруг на земле сразу сделалось сумрачно — чудовище поглотило солнце. Несколько крупных капель упало на землю, деревья сердито зашумели и все разом качнулись в одну сторону. Вслед за тем хлынул ливень вместе с градом. Молнии прорезывали темные тучи огненными стрелами, сильные удары грома сотрясали воздух, отчего дождь шел еще сильнее. Эхо вторило им в горах и широкими раскатами перекидывалось через все небо от одного облака к другому.

Или описание скал Омоко Мамача, будто и сам там оказался:

... я ходил к скалам Омоко Мамача.

Если смотреть на них со стороны устья реки Иоли, они представляются руинами древнего замка, заросшими буйной растительностью. Некоторые утесы имеют странные очертания: один из них похож на сидящего человека, который несколько повернул голову и прислушивается к чему-то, другой имеет вид старика, всматривающегося в даль, рядом с ним замер в неподвижной позе уродливый карлик, поднявший кверху руку и как бы указывающий на самую большую скалу. Это и есть Омоко Мамача. Потому ли, что я знал смысл этих двух слов, она показалась мне похожей не то на монаха в длинной одежде, не то на колдунью с гневным лицом, скрестившую на груди руки. Это была странная игра природы. Точно кто-нибудь нарочно гигантским зубилом вытесал из камней разные фигуры. Как в облаках при некоторой фантазии можно видеть очертания людей, птиц, животных, так и в этих камнях было что-то такое, что заставляло отождествлять их с живыми существами.