Цитаты из книги Другое небо

«Отец мой, я знаю только то, чего не хочу сделать, но не знаю, какая сила, кроющаяся во мне, пробудится в тот миг, а потому не могу сказать, не буду ли я принуждена погубить его».

Мрак внутри был такой полный, что, казалось, принадлежал не ночи, а пустоте. Не просто отсутствие света, а ничто.

В первой линии будут дьяволы, демоны, суккубы, инкубы и все прочие того же класса. Правым флангом командует Велиал, левым — Вельзевул. Его Сатанинское Величество возглавит центр.

— Попахивает средневековьем, — пробормотал генерал Делл.

Послышалось мощное гудение - это пульсировала энергия девяноста шести миллионов планет. По огромному пульту забегали огоньки.

Из груди ее цветок Потянулся алый, Но лето сожгло его, И песни не стало.

Мы ведём войну с врагом настолько хитрым, что он скрыл от нас сам факт этой войны.

— Интересно, как там машина — уже закончила? По времени — как раз.

Чак не ответил, и Джордж повернулся к нему. Он с трудом различил лицо друга — обращенное к небу белое пятно.

— Смотри, — прошептал Чак, и Джордж тоже обратил взгляд к небесам. (Все когда-нибудь происходит в последний раз).

Высоко над ними, тихо, без шума одна за другой гасли звезды.

Все когда-нибудь происходит в последний раз.

Знаешь, бухгалтером может стать каждый. Но лишь считанным единицам подвластно искусство Черной Магии.

Высоко над ними, тихо, без шума одна за другой гасли звезды.

— Понял: как только мы закончим нашу работу, наступит конец света.

даже лучшие из нас могут ошибаться

Нам понадобились тысячелетия, чтобы понять, что единственным непобедимым оружием является идея. Идею никто не может взорвать, сжечь, раздавить. Идею может победить только другая идея, более высокая, более разумная.

— Ни один человек не может стоять выше другого. Ни один человек не имеет права указывать другому, в чем состоят его обязанности. Если на Терре кто-то обладает подобной идиотской властью, то только потому, что идиоты это ему позволяют. Они боятся свободы. Они предпочитают получить указания. Они любят выполнять приказы. Ну и люди!

— Деньги, — сказал Гаррисон, — это то, что мы используем для упрощения торговли. Их печатают. Что-то вроде документированных обов различного достоинства в письменном виде. — Понятно. Отсюда можно сделать вывод, что людям, которые письменно документируют каждый об, доверять нельзя, потому что они сами себе не доверяют.

Ни один человек не может быть важнее другого.

Чем радужней надежды, тем сильней разочарование.

желание тем сильнее, чем меньше возможности его удовлетворить.

Самое правильное — это при жизни проявлять терпимость, а смерть встретить с достоинством.